Глава 78 Экстра 4
В конец
Недавно произошли два громких события.
Одно из них – кумир эстрады Лян Цюян в скором времени женится на многообещающей восходящей звезде медицинского мира, наследнице больницы "Янхэ" Ло Мэнбай. Другая – операция по удалению желёз наконец-то прошла клинические испытания, и Сянтань стал первым районом, где узаконено удаление желёз. В день вступления закона в силу Ло Цинхэ появился на публике, уже пройдя эту операцию.
Протестов, конечно, было предостаточно. Многие консерваторы считали, что трёхлетнего клинического наблюдения совершенно недостаточно для сбора надёжных данных. Для такой важной операции, способной изменить будущее всего человечества, необходимы долгосрочные испытания с участием тысяч людей в течение десяти или даже нескольких десятков лет.
— Разве C20 и так не отнял у человечества достаточно? Он уничтожил десятую часть населения Земли, а затем заставил нас, подобно зверям, склониться перед ним. Если мы не решимся на кардинальные перемены, то навсегда останемся его рабами, – так Ло Цинхэ ответил на вопросы журналистов у входа в парламент.
Ввиду потенциальных рисков, эту операцию можно делать только совершеннолетним и добровольно. Если человек состоит в браке, то для операции необходимо его расторгнуть.
В день свадьбы Лян Цюяна и Ло Мэнбай Сун Байлао из-за срочной важной встречи не смог поехать с нами. Так что я поехал заранее с двумя детьми, а он пообещал успеть до обмена кольцами.
Так как оба новобрачных были очень популярны в своих сферах, количество гостей было огромным. Только службы безопасности было более сотни человек.
Местом проведения свадьбы стало частное винодельческое поместье семьи Ло. Архитектура выдержана в тосканском стиле: белые стены, красная черепица, вокруг – бескрайние виноградники, словно прекрасный замок из сказки.
Пройдя через ворота поместья, мы увидели перед домом огромный европейский сад, украшенный белыми и золотыми шарами. Сцена для церемонии была декорирована обилием изящных цветов.
— Мо-мо, как ты себя чувствуешь? Не хочется ли кашлять?
Весна – сезон, когда учащаются случаи астмы. Пару дней назад у Сун Мо был приступ астмы. Я сначала хотел оставить его отдохнуть дома, но он не согласился. На площадке было так много цветов. Хотя Ло Мэнбай говорила, что их тщательно проверили. Я всё равно боялся, что что-то упустили.
— Не хочется, — Сун Мо был в маске, и голос его звучал приглушённо. — Мама, я в порядке, не волнуйся.
В этом году ему исполнилось десять лет. Альфы обычно крупнее и выше, чем беты и омеги. Последние пару лет это было не так заметно, но с прошлого года он вдруг начал стремительно тянуться вверх, как бамбук после дождя, и сейчас он мне уже по подбородок.
— Старший братик, фрукты, — не успел я договорить, как Нинси, потянув Сун Мо за руку, направилась к длинному столу, заставленному угощениями.
На ней было белое детское платьице, которое специально для неё приготовил Лян Цюян, волосы были собраны в полухвост, украшенный жемчужными цветами. Подобно тому, как Сун Мо был «мальчиком с кольцами» на нашей с Сун Байлао свадьбе, Нинси предстояло подать кольца Лян Цюяну и Ло Мэнбай.
Видя, что Сун Мо, всегда готовый идти куда угодно за сестрой, вот-вот будет уведён, я быстро схватил её за другую руку и поднял на руки.
— Потерпи немного, не ешь сейчас, а то если испачкаешь платье, когда будешь подавать кольца тёте, будешь выглядеть не такой красоткой.
— Но там..., — она с тоской смотрела на стол, полный фруктов, — ...есть клубничка[1].
[1] мне кажется, что детская речь в оригинале это интересно: 莓莓 méiméi – скорее всего она сократила слово 草莓, cǎoméi – клубника и удвоила слог. Китайские дети обычно удваивают слоги, вероятно чтобы их лучше понимали. И это звучит мило.
Я глянул: да, клубника, целая большая тарелка.
Хотя она родилась на четыре месяца раньше срока, с рождения и до сих пор у неё не было никаких проблем со здоровьем. Хорошо ест, хорошо спит, к четырём годам стала беленькой и пухленькой, и... даже чересчур пухленькой.
Врач велел мне контролировать её вес, но, честно говоря, это было сложно.
Дома я обычно люблю готовить маленькие тортики и печенье. С тех пор как пришлось контролировать её диету, приходится делать это тайком и есть тоже тайком. Но девочка теперь сама умеет открывать холодильник, и иногда, увидев там торт, она специально спрашивает меня, можно ли его съесть. Я говорю «нельзя», и тогда она идёт спрашивать Сун Мо. А Сун Мо совершенно не может устоять перед сестрой и в конце концов всегда приходит упрашивать меня.
Против одного я ещё могу устоять, но когда двое детей смотрят на меня такими невинными, жалобными, как у олененка, глазами, я могу только капитулировать.
И так, понемногу, накапливаясь, контроль превращается в его отсутствие.
Так что она до сих пор пухляшка.
— Может, сначала выпьешь немного сока? — не знаю, генетика это или простое совпадение, но Сун Байлао и оба его ребёнка – ярые поклонники клубники, среди фруктов они любят только её, остальное презирают.
— Не хочю сок, — тоненьким голоском отказала девочка, а затем довольно обиженно взглянула на Сун Мо. — Старший братик, я хочю клубничку.
Сун Мо посмотрел на неё, потом на меня, хотел что-то сказать, но не решался.
Я сделал строгое лицо и стал её воспитывать:
— Не командуй старшим братиком.
Девочка тут же надула губки и начала хныкать, собираясь заплакать.
Сун Мо ещё больше забеспокоился:
— Мама, можно всего одну? Можно дать сестрёнке всего одну ягодку?
На этот раз я не пошёл на уступки:
Нинси тут же протянула руки к Сун Мо, чтобы он взял её.
— Я не хочю кибе[2], я хочю к братику.
[2] вот китайская фраза 我不要哩了 wǒ bùyào lǐ le в ней другой иероглиф-омофон 哩 и пропущено слово 你(ты), правильно фраза выглядит так 我不要理你了 (wǒ bù yào lǐ nǐ le) – «Я не хочу иметь с тобой дела». Надеюсь вы поняли мой искаженный перевод: «я не хочу к тебе»
Не успел я отреагировать, как Сун Мо уже взял её у меня из рук.
Он легонько похлопывал девочку по спине, утешая:
— Мэй-мэй, не плачь, если глазки опухнут от слёз, потом, когда будешь подавать кольца, будешь выглядеть некрасиво.
Эти слова, можно сказать, попали точно в цель. Девочка, которая только что рыдала, уткнувшись в его грудь, мгновенно умолкла.
— Мэй-мэй саа-амая красивая![3] – с плачем заявила она.
[3] оригинальная фраза 妹妹缀好看 Mèimei zhuì hǎokàn – китайский ребенок произнес 缀 (zhuì/чжуй шить) вместо 最 (zuì/цзуй самая) и не добавил частицу 了 (le), которая придиает завершенность восклицательной фразе. И уже брат отвечает ей правильной фразой 妹妹最好看了
— Красивая, красивая, — без умолку кивал Сун Мо. — Мэй-мэй самая красивая.
Я не знал плакать мне или смеяться. Нинси позволяла себе такие выходки только с мной и Сун Мо, а как только видела Сун Байлао, сразу становилась паинькой.
Справиться с маленьким демоном может только большой демон.
Лян Цюян, до этого окружённый толпой гостей, наконец-то смог выбраться и направился к нам.
Сегодня на нём был строгий костюм, что делало его необычно статным и стройным.
— Вы наконец-то приехали, — он подошёл и обнял меня, затем погладил по голове Сун Мо и Нинси. — Я так нервничаю, даже сильнее, чем перед своим первым концертом.
Я поправил его слегка перекосившуюся бутоньерку и спросил:
— Наверху, красится. Девочки, знаешь ли, всегда дольше собираются. А Сун Байлао где? Почему его не видно?
— У него срочные дела, но он скоро будет.
— Дядя[4], можно я отведу Мэй-мэй перекусить?
[4] гуфу 姑父 gūfu - дядя (муж сестры отца)
Это обращение «дядя» попало Лян Цюяну прямо в сердце. Он даже не задумался, с умилением махнул рукой и сказал:
Словно боясь, что я его остановлю, Сун Мо с Мэй-мэй на руках мигом исчез у нас с Лян Цюяном на глазах, двигаясь быстро, как ветер.
Ради того, чтобы Мэй-мэй получила свою вкусняшку, он даже научился хитрить.
— Опять ест? — когда они скрылись из виду, я кивнул в сторону, куда ушли дети, и вздохнул. — Ты же видишь, до чего Мэй-мэй растолстела.
Лян Цюян выразил полное несогласие:
— Что ты говоришь о моей крестнице? Это что, толстая? Нет, это пухленькая! Говорю тебе, твой свёкор[5] уже приехал, там, общается с роднёй. Чтобы он не услышал, как ты называешь его внучку толстой, а то смотри, как бы он тебя не отругал.
[5] гунгун 公公 gōnggong - отец мужа
Ло Цинхэ уже здесь? Значит, позже нужно будет подойти поздороваться.
— Она настолько "пухленькая", что в четыре года выглядит как пяти- или шестилетний ребёнок. Подозреваю, что она, пока мы спим, тайком открывает холодильник.
— Если любит поесть, пусть ест, — Лян Цюян вдруг словно что-то вспомнил, приблизился ко мне и тихо сказал на ухо. — Кстати, Жуань Линхэ сегодня тоже здесь. Кажется, недавно он обратился к Мэнбай, чтобы удалить железу, его отец чуть не умер от злости.
Я очень удивился. Хотя несколько лет назад он уже кричал о разводе, все эти годы не было никаких новых слухов. Я думал, что Чжу Ли смог его утихомирить. Не думал, что он так запросто, без всяких колебаний, удалит железу.
— Они развелись? А Чжу Ли? Он тоже удалил железу?
Если альфа или омега овдовеют, реакция отторжения хотя и сохраняется, но периода гона/течки больше не будет. Насколько я знаю, если помеченный альфа удаляет железы, а его партнёр не сделает того же, то партнёр всё равно будет страдать от периодов гона/течки.
Многие в мире выступают против этой операции именно из-за потенциального вреда, который она таит в себе для омег. Если они не хотят мучиться от периодов течки, они вынуждены тоже удалять свои железы.
— Кажется, железы он не удалял.
— Тогда как он переживает периоды течки?
Пока мы с Лян Цюяном разговаривали, подошли Сун Байлао и Сун Сяо.
Сун Сяо вернулся в Сянтань пару дней назад и остановился в городском отеле. Его фотоальбом готовится к публикации. Говорят, там ему ближе к издательству, удобнее обсуждать с редактором детали публикации в любое время.
— Вы как приехали вместе? — я тоже давно не видел Сун Сяо. Он был таким же, как прежде, полудлинные волосы собраны в хвост сзади. Разве что его кожа стала немного смуглее, приобретя здоровый пшеничный оттенок, возможно, из-за постоянной работы на открытом воздухе.
— Случайно встретились по дороге, — сказал Сун Сяо. — Я ехал на такси до главных ворот поместья, думал, что внутрь можно быстро дойти, а оказалось, нужно пройти через огромное виноградное поле, я шёл десять минут и всё не мог дойти. Хорошо, что встретил Байлао, а то не знаю, когда бы я дошёл.
Благодаря регулярным физическим нагрузкам и хорошему настроению, последние пару лет он совсем не старел. Даже, кажется, с каждым годом выглядел моложе. Кроме морщинок в уголках глаз от привычки часто улыбаться, кожа на остальных участках была упругой и гладкой, на теле даже появились мышцы.
Сун Байлао огляделся и спросил меня:
Он посмотрел на меня с намёком на улыбку:
Что касается моего контроля над питанием Нинси, он не одобрял и не осуждал. Просто наблюдал со стороны, иногда даже получая удовольствие, глядя на то, как его дочь облизывается от желания поесть.
— На этот раз не я, — я рассказал им о том, что произошло.
Выражения лиц Сун Байлао и Сун Сяо после этого стали разными.
— Мэй-мэй, наверняка, опять притворилась, что плачет.
— Дети растут, организм развивается, если хочет есть, пусть ест. В прошлый раз, когда я её брал на руки, не показалось, что она очень толстая.
Лян Цюян наконец-то нашёл единомышленника:
— Верно? Я тоже сказал, что Мэй-мэй не толстая. У неё такое маленькое личико, даже меньше моей ладони.
Ей всего четыре года... У тебя самого-то лицо сейчас не больше моей ладони.
Сун Сяо и Лян Цюян начали обсуждать со мной необходимость контроля за питанием Нинси, а Сун Байлао вёл себя как травинка на ветру – кивая, кто бы ни спросил.
— Вообще-то, любить поесть – лучше, чем не есть вовсе. Я встречал много детей, которые не любят есть...
Я видел, что Сун Байлао опять кивает, и незаметно ущипнул его за бок.
Он вскрикнул от боли, поймал мою «подкравшуюся» руку и зажал её в своей ладони.
В этот момент вдали раздался пронзительный девичий крик.
Я сразу узнал голос Нинси. Сердце моё сжалось от страха, и я бросился бежать в направлении, откуда донёсся звук.
✦✦✦ Оглавление ✦✦✦
В начало
Перевод: Korean Ginseng
Телеграмм: korean_ginseng_novel