Глава 81 Экстра 7

В конец

Живи своей жизнью, а я буду жить своей - колодезная вода с речной не смешивается[1]. Значит, так и будем.

Я приоткрыл дверь пошире. Сун Сяо, обернувшись, наконец заметил это.

— Пора есть, — беззвучно произнес я губами.

Сун Сяо слегка смущенно кивнул и поспешно положил трубку.

Нинси играла на полу кубиками. Я подошел к ней, наклонился, уперся руками в колени и сказал:

— Может, сначала поедим, а потом продолжишь собирать?

Казалось, она только сейчас заметила мое присутствие, резко вырвалась из своего сосредоточенного состояния и радостно протянула ко мне ручки.

— Мама!

Я поднял ее с пола:

— Как только старший брат вернется, можно будет садиться ужинать.

Она огляделась вокруг, заглядывая мне за спину, и спросила:

— Где папа?

— Папа сегодня занят в компании, он не придет ужинать.

Она надула губки:

— Значит, я снова не увижу папу перед сном…

Девочка боялась его, но и тянулась к нему. Не видя Сун Байлао и дня, сильно по нему скучала — возможно, таковы уж узы крови.

— Пусть папа разбудит тебя завтра утром перед работой, хорошо?

Она вздохнула с видом умудренной опытом, словно смирившись с неизбежным.

— Ладно, — обвила она мою шею ручками и сказала детским голоском: — Скажи ему, чтобы он больше со мной играл, а то я уже вырасту.

***

— Неужели она так и сказала?

Когда Сун Байлао вернулся домой вечером, было уже девять, Нинси давно спала.

— Ты правда давно не отдыхал. Как раз у Мо-мо скоро каникулы, давай в ближайшее время вместе куда-нибудь поедем? — он снял пиджак, который я взял из его рук и повесил на вешалку.

— Путешествие? — неспеша расстегнул он пуговицы рубашки, обнажив мускулистое тело. — Если подумать, мы с тобой еще ни разу вместе не путешествовали.

Одежда по очереди падала на пол. Он вышел из груды вещей полностью обнаженным и медленно направился в ванную.

— Тогда подумай, куда бы ты хотел поехать, я не возражаю.

Взяв сменную одежду, я отнес ее в ванную. Едва переступив порог, я ощутил на лице облако горячего пара.

— Почему не включил вытяжку? Не душно? — я положил вещи и пошел к выключателю на стене.

Раздался непрерывный звук льющейся воды. Сун Байлао лежал на спине в просторной ванне, провел рукой по мокрым волосам.

— Забыл, — в его голосе слышалась легкая хрипота.

Я собрался уходить, но замедлил шаг и подошел к ванне. Я присел на край и потрогал его лоб.

Его слегка прикрытые глаза дрогнули, медленно открылись:

— Что такое?

Приложив ладонь к его мокрому лбу, я внимательно посмотрел на его лицо и, не обнаружив ничего особенно плохого, с облегчением выдохнул.

— Боялся, что ты устанешь и заболеешь, — пальцы соскользнули со лба, прошли по вискам, коснувшись и того яркого, режущего глаз шрама за ухом.

Он тихо рассмеялся, схватил мою руку и прижал к своей щеке.

— А ты становишься слишком уж осторожным, — он поднял на меня взгляд, его черные глаза были бездонными. — У меня со здоровьем все прекрасно, хочешь проверить?

Хотя это и был вопросительный тон, не дожидаясь моего ответа, он уже схватил меня за запястье и потянул к себе.

— Что ты делаешь…

Я уперся руками в край ванны, пытаясь не упасть в воду.

— Что делаю? — он многозначительно посмотрел на воду. — Конечно, делаю то, что положено в это время.

— Я еще в одежде, подожди, пока я…, — не успел я договорить, как сила, тащившая меня, только усилилась, и в следующий миг я уже полностью оказался в воде.

Мгновенно брызги полетели во все стороны. Я, в мокрой пижаме, с ногами, болтающимися за бортом ванны, неуклюже плюхнулся на колени Сун Байлао.

С кончиков волос капали капли воды, я с досадой и раздражением уставился на виновника:

— Не мог подождать, пока я разденусь?

Он нежно приподнял мой подбородок и чмокнул в уголок губ.

— Не могу ждать.

Промокшая одежда тяжело прилипла к телу. Я вздохнул, обвил его шею руками и сам углубил этот поцелуй.

***

Вопрос с отпуском таким образом был решен. Хотя он и сказал «как скажешь», Сун Байлао все равно не мог надолго уехать из Сянтаня. Чем дольше отпуск, тем больше работы накопится, и потом все равно придется разгребать ее сверхурочно.

Я выбрал ближайший остров, с приятным климатом, солнечный, с обилием фруктов и морепродуктов, до которого лететь около пяти часов.

Сун Сяо уже бывал там раньше и дал мне много советов перед поездкой. Еще сказал, что у детей слабый желудок, и попросил не кормить их слишком большим количеством морепродуктов, чтобы не вызвать расстройства.

Я не знал, что на самом деле происходит между ним и Ло Цинхэ. Но если он не хочет говорить, я сделаю вид, что ничего не заметил, и тем более не стану рассказывать Сун Байлао.

Раньше между ними стояли семья, метка, недопонимание и обиды длиной в более чем десять лет. Но сейчас семья и метка уже не являются проблемой. Независимо от того, проживут ли они жизнь, не общаясь друг с другом, или возобновят старые чувства и воссоединятся, — это их свобода, и другие не вправе это обсуждать.

Так я думал, но в глубине души у меня было предчувствие, что они сойдутся снова.

В конце концов, разве и ненависть, и нежелание смириться — это не проявление того, что они не могут отпустить? Именно потому, что в сердце еще есть место друг для друга, они так сильно переживают.

Однако к моему удивлению, Сун Сяо уехал из Сянтаня еще до нашего отпуска. Снова, не оглядываясь, погрузился в дело, которое он любит. А Ло Цинхэ, будучи занятым депутатом, был обречен на то, что не может сорваться в погоню за любовью.

Так они и оказались вдали друг от друга, и неизвестно, когда произойдет следующая встреча.

Я проводил Сун Сяо в аэропорт, долго стоял и смотрел в след его беззаботно машущей руке фигуре, прежде чем развернуться и уйти.

Ладно, оба уже не дети, должны понимать, что делают.

***

Нинси была маленькой и не до конца понимала значение слова «семейное путешествие», и не проявляла особого восторга. По сравнению с ней, Сун Мо ждал этой поездки гораздо больше, заранее собрал свои вещи и даже составил план.

— Мэй-мэй, когда мы приедем на остров, ты не сможешь ходить одна. Только если я держу тебя за руку, тогда можно заходить в воду. Поняла? — накануне отъезда Сун Мо снова серьезно подчеркнул важность безопасности.

Нинси сидела на полу, скрестив ноги, но из-за полноты не могла сделать это как следует.

Она сосредоточенно собирала свой конструктор, нашел момент кивнула:

— Поняла.

***

Остров был небольшим, но, будучи популярным туристическим направлением, вдоль побережья было множество пятизвездочных отелей. Среди этого разнообразия Ли Сюнь забронировала для нас отель с бассейном с бесконечным краем на крыше, откуда открывался вид на синее море[2].

Побоявшись, что троим мужчинам с маленькой девочкой будет неудобно, я взял с собой и тётушку Цзю. Всего получилось три номера, ночью она спала с Нинси. Так все могли хорошо отдохнуть и быть спокойнее.

***

— Мама.., — Нинси, строившая замок из песка под зонтом, подняла голову, посмотрела вперед и вдруг спросила: — А потиму[3] у вас с папой на теле есть рисунки?

Я последовал за ее взглядом и увидел мужчину, стоящего в волнах спиной к пляжу, с обнаженной широкой спиной, на которой отчетливо выделялись черные санскритские письмена.

Затем я взглянул на свой живот: из-за того, что шов был вертикальным, плавки не могли полностью скрыть татуировку, и выглядывал маленький ярко-красный кусочек.

Для маленькой девочки это, конечно, были «рисунки».

— Взрослые могут по своему желанию наносить на тело узоры, которые им нравятся. Когда вырастешь, тоже сможешь сделать.

Девочка сразу оживилась:

— Тогда Мэй-мэй хочет нарисовать слона!

Я с удивлением спросил ее:

— Почему именно слона?

Нинси похлопала по своему замку и очень серьезно заявила:

— В лесу слон самый большой. Все остальные животные его боятся. Если кто-то рассердит его, он может раздавить их одним шагом!

Детские слова заставляют кровь похолодеть.

Я нервно рассмеялся и погладил ее по голове:

— Хорошо, когда вырастешь, сможешь сделать себе татуировку со слоном…

Нинси кивнула, что-то напевая нестройную самостоятельно сочиненную песенку, и продолжила играть с песком.

— Слон, слон, раздави его…

Ее среда воспитания была явно здоровой и полной любви, откуда же в ней столько жестокости?

Внутренне вздохнув, я взглянул на отца с сыном, резвящихся в воде вдали. Они вовсю плавали и, вероятно, не скоро выйдут на берег. Сказав тётушке Цзю, я поднялся и направился в туалет.

Туалет находился внутри отеля, недалеко, всего в нескольких шагах.

Но я и подумать не мог, что мир настолько тесен, что я столкнусь с тем, от кого у меня сразу же разболится голова. С тем, с кем я вообще не хотел бы иметь никаких дел.

Он был одет в стиле островного отдыха. На маленьком лице — огромные солнцезащитные очки, волосы были выкрашены в светло-пепельный цвет, что сильно отличалось от образа в моей памяти, поэтому я сначала его не узнал, пока он не окликнул меня.

— Сяо-Юй, — он снял очки, обнажив все такое же изысканное лицо. — Ты тоже приехал отдыхать?

Из всех 365 дней в году, из всех возможных курортов мира — и вот мы с Чжу Ли оказались в одно и то же время в одном и том же отеле. Прямо роковая связь.

— Да, — мы не общались с ним несколько лет. Даже новости о Нин Ши доходили до меня окольными путями. Это действительно была «встреча после долгой разлуки».

То, что Жуань Линхэ смог удалить железу, естественно, означало, что его брак с Чжу Ли был расторгнут. Как бы Жуань Хуасюн ни ценил Чжу Ли, он не мог позволить постороннему слишком сильно вмешиваться в семейный бизнес. Говорили, что тому выплатили немало денег, а затем с сожалением «попросили» уйти из "Яньхуа Сеньчури". А Чжу Юньшэн после инсульта несколько лет назад был парализован и прикован к постели. Сейчас его здоровье с каждым годом ухудшается, и компания семьи Чжу уже не та, что раньше, когда могла быть частью техножника[4] с семьей Жуань и "Ся Шэн".

Я читал комментарии СМИ об этом браке по расчету. Все говорили, что это был просчет семьи Чжу. Они не получили никакой выгоды, а лишь навлекли на себя кучу проблем и вдобавок настроили против себя Сун Байлао и стоящего за ним Ло Цинхэ. Но я всегда чувствовал, что все не так просто. Неужели Чжу Ли так легко было победить? Он приложил все усилия, чтобы выйти замуж за Жуань Линхэ, потратил четыре года впустую, и он согласился просто уйти с деньгами?

— Ты давно не видел свою мать, верно? — в уголках его губ играла улыбка. — В последнее время она постоянно ко мне пристает. Надоела, пришлось уехать на остров, чтобы найти покой.

Пока Чжу Юньшэн жив, имущество не будет разделено. Нин Ши, конечно, приходится вырывать кусок мяса изо рта Чжу Ли. Она, вероятно, тоже понимает, что если Чжу Юньшэн умрет и завещание будет обнародовано. Скорее всего ей мало что достанется. Поэтому она так стремится и пристально следит за ним.

— Она еще и спрятала моего отца, чтобы я не мог его найти. Если у тебя будет возможность связаться с ней, передай ей… — на его лице играла невинная улыбка, но слова были полны агрессии. — Ей со мной не справиться. Если хочет спокойно дожить старость, пусть будет умнее и не злит меня постоянно.

Я нахмурился:

— Ваши дела меня не касаются. Если есть что сказать, скажи ей сам, я не посредник.

Я уже собирался пройти мимо него в туалет, как изнутри послышался детский голосок, и вскоре передо мной возникло маленькое знакомое лицо.

— Мамочка, я помыл руки.

Увидев меня, он замер, его глаза медленно расширялись:

— А, мама уродины!

Я нахмурился, не успев ничего сказать, как стоящий рядом Чжу Ли наклонился, похлопал сына по голове и отчитал его:

— Сяо Чжу, нельзя быть невежливым. Даже если это правда, некоторые мысли не стоит высказывать вслух, понял? — он ткнул пальцем в губы мальчика. — Ты всегда должен нравиться людям, чтобы легче получать то, что хочешь.

Теперь я понял, почему сын Чжу Ли был так на него похож характером. При таком воспитании может получиться только еще один коварный соблазнитель.

Из-за его наклона я мог лучше разглядеть его затылок. Следы укуса альфы все еще были там. В отличие от обычных помеченных омег, вокруг следов укуса были видны синеватые следы. При внимательном рассмотрении можно было разглядеть не исчезнувшие следы от уколов — вероятно, от инъекций ингибиторов.

Даже после развода, будучи брошенным альфой, он сохранил метку. Неужели Чжу Ли, как и консерваторы, боится неизвестных побочных эффектов удаления железы? Это не похоже на его стиль.

— По… понял, — мальчик послушно кивнул.

Чжу Ли довольно улыбнулся:

— Иди к Эмили, я немного поговорю с дядей.

Мальчик кивнул и побежал к девушке, ждавшей у двери — похоже, это была няня.

⋘ Предыдущая глава

✦✦✦ Оглавление ✦✦✦

Следующая глава ⋙

В начало

Перевод: Korean Ginseng

Телеграмм: korean_ginseng_novel

Читайте новые главы ➨ Активные переводы

А пока ждёте, то читайте ➨ Законченные переводы