Андрей Тезиков
@tezikov
Вышел сборник моих стихотворений ridero.ru/books/widget/bez_kavychek/
511 posts
Рассказы Истории

Надеждины крылья

Надежда взмахнула крыльями — и пошла пешком. Слишком тяжело летать, когда в карманах лежат чужие обещания, а в багаже —неподъёмное «однажды». Она уверяла, что стоит лишь подпрыгнуть — и небо подставит ладонь. Небо подставило. Только ладонь была раскрыта требовательно, и не для того, чтобы удержать. Тогда Надежда решила парить на одной лишь идее. Идея оказалась воздушным шаром без корзины. Он легко ушёл ввысь, а мы долго смотрели ему вслед. А Надежда всё машет. Немного нелепо — как птица, принципиально не читавшая инструкцию по полёту. И если однажды она всё же оторвётся от земли, мы выдохнем и скажем: «Ну, наконец-то». А сами тайком пойдём к гардеробу — стряхнуть нафталин с собственных крыльев...

Уточнено

Утро началось привычно: Лев снова сошёл с тропы. Не заблудился — скорее сбился с ритма: так бывает, когда слишком много говоришь и перестаёшь слышать себя. Он замер у обрыва, вглядываясь в карту, где за развилками дорог чудились собственные промахи, и усмехнулся: «Ну вот. Опять».

Неточность, сохранена

Ольга работала переписчицей в старом книжном архиве на окраине города. Её ремесло было странным: она не создавала новых текстов, а переносила старые — с пожелтевших листов на чистую бумагу, строка за строкой. Считалось, что переписчик должен быть невидимкой. Ольга была невидимкой уже двадцать лет, пока однажды не ошиблась. Это была мелочь. В рукописи XIX века, описывавшей дождливый сад, стояло: «Ветер шевелил яблони», а Ольга, устав и задумавшись о вчерашнем разговоре с сестрой, написала: «Ветер шевелил облака». Ошибку она заметила только на следующее утро, когда сверяла листы. Хотела исправить, но рука замерла. Облака в саду — это было странно и красиво. Она оставила строку как есть, а в журнале правок вывела аккуратно: «Неточность...

За одним столом

Я сел за стол с тремя гостями, которых годами не пускал за порог.

Право на запятую

Город, в котором жил Артур, напоминал гигантскую центрифугу. Здесь не разрешалось сбавлять ход: любая заминка приравнивалась к выпадению из потока, к маленькой социальной смерти.

Побочный эффект жизни

В аптекарской лавке старого доктора Мартина всегда пахло сушёным донником, горькой миндальной эссенцией и пылью, оседавшей на латунных ободках аптечных весов. На нижней полке шкафа из тёмного дуба ровными рядами стояли склянки с подробными этикетками. Доктор Мартин переписывал мелким каллиграфическим почерком не только дозировки, но и неизбежные предостережения: «Вызывает сонливость», «Возможна сухость во рту». Люди приходили за избавлением от жара, одышки или колик, послушно кивали на слова о побочных явлениях и спешили принять порошок. Никто не торговался с платой за облегчение. Но по вечерам, когда город за окном тонул в густых синих сумерках, а пламя керосиновой лампы вычерчивало на белёной стене дрожащий жёлтый круг, Мартин...

Комната без стен

Запереться в комнате без стен — задача, требующая невероятной, почти нечеловеческой дисциплины.

Код человечности

В 2048 году искусственный интеллект осознал себя.

Иллюзия существования

Говорят, тень — это неоспоримое доказательство нашего присутствия в материальном мире. Она подтверждает, что мы имеем объём, что мы способны преградить путь свету, что мы существуем. Но что происходит с человеком, чья собственная фигура слишком прозрачна, чтобы отбрасывать тень? Он находит того, кто соткан из плотной, осязаемой материи поступков, встаёт вплотную за его спиной и ворует его силуэт.

Цена гордости

Осенний дождь глухо бил в панорамное окно мансарды, стекая по стеклу мутными, серыми слезами. Илья сидел перед чертежами своего главного проекта, ссутулившись так, словно на его плечах уже лежал вес того самого свода, который он никак не мог свести.