Глава 57 Я действительно умею драться

В конец

— Гунцзы, идите же сюда... — голос госпожи Павильона Ветра был мягким и сладким, словно мог украсть душу. Белые, как слоновая кость, зубы слегка покусывали алые губы.

Янь Шу остался неподвижен, равнодушно глядя на неё.

— Ай, — госпожа Павильона Ветра убрала руку и вздохнула. — Не ожидала, что гунцзы окажется таким скучным человеком, ну да ладно-ладно.

Внезапно она снова хихикнула:

— Получить верительный знак моего Павильона Ветра, надо сказать, ни сложно, ни просто. Мой Павильон Ветра — единственный павильон в этом доме «Узорной цитры», откуда можно увести девушку. Однако не каждый может увести: во-первых, нужно согласие самой девушки, а во-вторых... только такие богатые и знатные люди, как Шэнь-гунцзы, могут увести. Так что и с верительным знаком то же самое. Мы с Шэнь-гунцзы давно в хороших отношениях, так что уступлю вам ради нашей дружбы. Поэтому если золота и серебра будет достаточно, верительный знак ваш.

— Благодарю, гунян, — сказал Янь Шу. — Осмелюсь спросить, сколько серебра потребуется?

— Тысяча лян... — госпожа Павильона Ветра, улыбаясь, протянула слова, — ...золота[1]...

Выражение лица Янь Шу внезапно изменилось, он слегка нахмурился, выказывая крайнюю озабоченность.

Он долго молчал, выглядя очень неловко и стеснённо.

— Коль не найдётся таких денег... — госпожа Павильона Ветра, видимо, устав ждать, зевнула, затем с ленивым видом улыбнулась Янь Шу. — Можете переспать со мной — тоже подойдёт.

Янь Шу, Ли Чантянь: «...»

У Ли Чантяня расширились от потрясения[2]:

— Что за чёрт?!

— Иди сюда, гунцзы, — госпожа Павильона Ветра подмигнула Янь Шу. — Один миг весенней ночи любви стоит тысячи золотых[3]

Янь Шу тяжело вздохнул, накрыл кулак ладонью в приветственном жесте баоцюань и сказал:

— Побеспокоил гэчжу.

С этими словами он развернулся, собираясь уйти, как вдруг кто-то заговорил.

— Подождите, — Шэнь Юйшу окликнул Янь Шу. Подумав мгновение, он обратился к госпоже Павильона Ветра. — Цзецзе, я вам дам эту тысячу лян золотом. Сейчас же велю людям принести золото, как вам?

— Ой... Не зря говорят, что Шэнь-гунцзы: кинул тысячу золотых[4], и глазом не моргнул, — госпожа Павильона Ветра прикрыла рот рукавом и засмеялась.

— Разве не моргнул? Отдав вам эту тысячу золотых, я надолго не смогу прийти в дом «Узорной цитры» поиграть, — проворчал Шэнь Юйшу.

— Тогда не отдавайте, — улыбнулась госпожа Павильона Ветра.

— Отдам! Сейчас же велю принести, — Шэнь Юйшу решился, стиснув зубы.

— Хорошо-хорошо-хорошо, поняла, — госпожа Павильона Ветра поднялась, достала шкатулку для румян, оклеенную сусальным золотом, вынула оттуда нефритовую табличку с вырезанным иероглифом «Ветер» и протянула Шэнь Юйшу. — На, Шэнь-гунцзы, держите.

— Спасибо, цзецзе, — Шэнь Юйшу поблагодарил, взял табличку, повернулся и бросил её Янь Шу. — Держи, спрячь хорошенько.

Янь Шу ловко поймал, лицо его выразило удивление, он опустил взгляд и тихо сказал:

— Неудобно принимать такой дар... Я с гунцзы совсем не знаком, не должен принимать подобные подарки...

Юный молодой господин скривил губы, перебив Янь Шу:

— Я так хочу! Слушай внимательно и заруби себе на носу[5]! Я! ТАК! ХОЧУ!

— Благодарю, — Янь Шу сжал нефритовую табличку и искренне поблагодарил. — Вчера я был груб и невежлив. К счастью, у гнуцзы широкая душа и он не вменил мне это в вину.

— Ох... — Шэнь Юйшу был очень доволен похвалой. — Ты, оказывается, довольно интересный человек! Неплохо! У Чантяня хороший глаз! Так и быть, отныне я считаю тебя другом! Пошли-пошли, дальше! Павильон Цветов!

С этими словами Шэнь Юйшу, гордый и воодушевленный, потащил Янь Шу и Ли Чантяня в Павильон Цветов.

— Я вам двоим скажу: слышал, гэчжу этого Павильона Цветов — необыкновенно красивая женщина с невероятным боевым мастерством. Чтобы увидеть её, нужно подписать соглашение о жизни и смерти! — рассказывал Шэнь Юйшу на ходу Ли Чантяню и Янь Шу.

— Соглашение о жизни и смерти? — спросил Ли Чантянь.

— Ага! Точно! Потому что желающие увидеть гэчжу Павильона Цветов должны участвовать в боевых состязаниях. Только победитель может её увидеть, — пояснил Шэнь Юйшу. — Павильон Цветов допускает к подписанию такого соглашения не более двенадцати человек в день!

Ли Чантянь вспомнил помост в форме лепестка цветка, которую видел вчера в Павильоне Цветов, и его осенило.

За разговором трое вошли в Павильон Цветов. Красные ленты обвивали балки, звонкие голоса красавиц оглашали зал[6], а пестрота нарядов и улыбок слепила глаза[7]. Янь Шу слегка удивился, увидев повсюду расставленные в Павильоне Цветов стойки с оружием.

Шэнь Юйшу остановил девушку, которая грациозно проплыла мимо них, и спросил:

— Гуньян, скажите, где подписывают соглашение о жизни и смерти?

Девушка прикрыла рот рукавом, улыбнулась и указала троим направление к помосту.

Они подошли к помосту и увидели: слева от неё стоял здоровенный детина «со спиной тигра и талией медведя[8]. Рядом с детиной стоял медный гонг высотой в половину человеческого роста, а перед ним — деревянный стол, на котором лежали кисть, тушечница, бумага и тушь.

— Здесь подписывают соглашение о жизни и смерти? — спросил Шэнь Юйшу.

Детина окинул троих свирепым взглядом раскосых глаз[9]:

— Верно. Чёрным по белому[10], отпечаток пальца красной тушью. Поставишь имя, вступишь на помост — а дальше жизнь и смерть зависят от судьбы.

Услышав последние слова Янь Шу слегка нахмурился. Он как раз взвешивал все за и против, как вдруг Ли Чантянь, стоявший рядом, шагнул к столу.

Янь Шу опешил, не успел протянуть руку, чтобы остановить, а Ли Чантянь уже лихо вывел своё имя на соглашении и приложил красный отпечаток пальца.

— Ты... Как ты... — Янь Шу поспешно схватил Ли Чантяня за руку и оттащил к себе. — Такой опрометчивый!?

— А? Нет, я не опрометчивый. Я считаю, что я очень хорош в драках, — с улыбкой сказал Ли Чантянь.

Янь Шу, нахмурившись, промолчал, шагнул вперёд, чтобы исправить имя Ли Чантяня.

Детина протянул руку, загораживая путь:

— Гунцзы, передумать нельзя.

Янь Шу нахмурился ещё сильнее. Он взял кисть и собрался поставить свою подпись в соглашении, но детина снова остановил его.

— Гунцзы, не принимайте на свой счёт, но у Павильона Цветов есть свои правила. В день мы допускаем к подписанию не более двенадцати воинам-дзянху[11]. Этот свиток уже заполнен на сегодня. Только что подписавшийся гунцзы был последним.

Лицо Янь Шу помрачнело. Он уставился на имя Ли Чантяня в соглашение о жизни и смерти, словно готов был проглотить его заживо.

— Не волнуйся, — Ли Чантянь похлопал его по спине. — Я действительно умею драться, не сомневайся.

Янь Шу повернулся к нему и спросил:

— У кулаков и ног нет глаз[12]. Как ты можешь ручаться, что не пострадаешь?

— А... — Ли Чантянь на мгновение опешил.

Он даже не думал о том, чтобы выйти из боя невредимым.

Как в состязании можно не получить травму? Раньше на тренировках, когда он просто перебрасывался приёмами с сюнди, всё равно случались мелкие ушибы и царапины. А уж когда дерёшься по-настоящему, обязательно будет та или иная травма.

— Да как же это гарантировать? В состязании обязательно... — Ли Чантянь внезапно замолк, потому что увидел, как лицо Янь Шу мгновенно помрачнело.

— Не сердись. Я просто хочу помочь, я не хотел быть обузой, я... — заторопился, забормотал Ли Чантянь.

Янь Шу слегка опешил, уже собираясь ответить, как вдруг рядом раздался звонкий, словно падающие на блюдо нефритовые бусины[13], смех:

— Ой, да это же тот самый гунцзы, что на днях пел песню?

Ли Чантянь весь содрогнулся от ужаса. Повернув голову, он увидел, что та самая девушка в тёмно-зелёном, которая тогда крепко обнимала его и не отпускала, прикрывая лицо круглым веером[14], с улыбкой приближалась.

⋘ Предыдущая глава

✦✦✦ Оглавление ✦✦✦

Следующая глава ⋙

В начало

Перевод: Korean Ginseng

(･ω<)☆

Подпишитесь, пожалуйста, на бусти, чтобы поддержать мою работу

☆(>ᴗ•)

Телеграмм: korean_ginseng_novel

Читайте новые главы ➨ Активные переводы

А пока ждёте, то читайте ➨ Законченные переводы