Глава 77: Больше не буду срывать с тебя одежду
В конец
— Что, если я действительно окажусь человеком Холодных Воронов или связан с ними. Что тогда делать?
После того как Ли Чантянь задал этот вопрос, во внутренней комнате на мгновение воцарилась тишина, нарушаемая лишь их лёгким дыханием.
Янь Шу не ожидал, что Ли Чантянь поставит вопрос так прямо, без обиняков.
Не всё можно вытаскивать из сердца наружу.
Это сделало бы всё кровавым и невыносимо ужасным.
Но если не сказать об этом, то никакую проблему не решить.
Суть в том, хочешь ли ты решить проблему.
Теперь Ли Чантянь этого хотел.
В голосе Ли Чантяня было беспокойство, но он не уклонялся. Он смотрел прямо на Янь Шу и задал вопрос, ответ на который хотел узнать больше всего:
— Если я и в самом деле человек Холодных Воронов, даже если у меня нет прошлого и нет желания больше следовать за ними. Ты всё равно будешь испытывать ко мне отвращение и считать меня врагом?
— Не стоит попусту терзаться из-за того, что ещё не предопределено.
Намеренный уход от ответа косвенно выражал и позицию Янь Шу.
В глазах Ли Чантяня промелькнуло разочарование, и он про себя взмолился.
Небесный владыка, дай мне судьбу обычного человека!
— Точно! — Ли Чантянь внезапно что-то вспомнил, достал из-за пазухи одну вещь и протянул Янь Шу. — Посмотри, знакомо? Я вчера подобрал это в покоях фанчжу, но, кажется, оно не из её вещей.
Янь Шу взял у Ли Чантяня предмет и поднёс поближе, чтобы рассмотреть.
Это была золотая фольга с облачным узором, очень тонкая, из тех, что можно инкрустировать в оружие. Скорее всего, она случайно отлетела во время боя.
Янь Шу тоже показалось это очень знакомым, но с ходу он не мог припомнить, где это видел.
Оба задумались, напряжённо вспоминая.
Вдруг обоих одновременно осенило, и они, переглянувшись, воскликнули в один голос.
В тот день на постоялом дворе, в гостевой комнате Ли Чантяня, когда Шэнь Юйшу в гневе упрекнул Янь Шу за его мрачное лицо, он в сердцах хлопнул веером о дверную раму.
На поверхности того веера как раз была золотая фольга с облачным узором.
— Через несколько дней пойдём спросим в Горное поместье Небесного Предела, — немного разволновался Ли Чантянь, отыскав зацепку.
— Не к спеху, пусть раны немного заживут, — сказал Янь Шу.
— И то верно, — кивнул Ли Чантянь. — Хотя, может быть, Юйшу сам придёт к нам на постоялый двор, тогда и спросим, узнает он что-нибудь или нет.
Фамильярное обращение Ли Чантяня к Шэнь Юйшу заставило Янь Шу запнуться.
Янь Шу беспричинно ощутил раздражение и даже досаду. Он помрачнел и спросил:
— Мне и прежде было любопытно: как же вы с Шэнь-гунцзы всё-таки познакомились?
— Да так… просто… в тот день в Павильоне цветов. я же собирал сведения, помнишь? — Ли Чантянь испуганно опустил голову, натянуто улыбаясь. — Там его и встретил, мы неплохо поладили, ну и решили познакомиться. Разве не говорят: "Больше друзей — больше дорог"[1]?
[1] поговорка целиком звучит так 多个朋友多条路，多个冤家多堵墙 (Duō gè péngyǒu duō tiáo lù, duō gè yuānjiā duō dǔ qiáng) - дословно: «Больше друзей — больше дорог, больше врагов — больше стен».
В словах Ли Чантяня не было совершенно ничего предосудительного.
Хоть Янь Шу и не любил углубляться в тонкости человеческих отношений и житейской мудрости, он тоже понимал одну истину.
Настоящий мужчина, благородный муж, должен заводить друзей среди героев четырёх морей[2].
[2] Страна четырёх морей – это Китай. В китайской мифологии четыре моря (东海, 南海, 西海, 北海 — Восточное, Южное, Западное, Северное) — это символические рубежи Поднебесной, охраняемые драконьими царями. В древнекитайской космологической модели мира Поднебесная мыслилась как квадратная земля, окружённая четырьмя морями по сторонам света. Речь не о географическом представленнии, а о схематичном: центр — это Китай, а по периметру — четыре моря, за которыми лежит «варварская» периферия.
Из-за неудержимой вспышки гнева и душевной тревоги.
Не подобало ему иметь такой нрав и уж тем более такие чувства.
Пусть сейчас они шли вместе, но в конце концов Ли Чантянь найдёт своё место, обретёт кров и надёжное пристанище — как Чжун Ли.
А разве он сам, вывозя Ли Чантяня из городка Чуюй, не собирался именно помочь ему отыскать родных?
Значит, когда Ли Чантянь найдёт свою семью, наступит час их расставания.
При этой мысли Янь Шу вдруг стало трудно дышать.
Грудь его будто пронзили десятки тысяч тонких игл, поднимая волну колкой, ноющей боли.
Лицо Янь Шу сделалось мертвенно-бледным, дыхание сбилось, он прижал руку к груди.
Янь Шу внезапно вспомнил два прежних случая, когда они расставались.
В первый раз — в городке Чуюй. Он умчался прочь на коне, не испытывая ни малейших колебаний.
А повернул назад, наверное, только потому, что вздохи Ли Чантяня накануне вечером пробудили в нём жалость, и от этого возникла мысль помочь Ли Чантяню найти родню.
Во второй раз — в Шофане. Он гнал коня по казённому тракту, а затем повернул назад. На этот раз — и от беспокойства, что Цинь Цзюэмин снова придерётся к Ли Чантяню, и от желания иметь спутника в дороге.
Если бы тогда он действительно расстался с Ли Чантянем, Янь Шу, возможно, испытал бы сожаление, грусть, давно не испытываемое чувство одиночества.
Но уж точно не такое, как сейчас, когда сердце сжималось и болело рывками.
Оклик резко привёл Янь Шу в чувство.
— Что с тобой? Почему ты держишься за грудь, у тебя болит в груди? — в глазах Ли Чантяня была одна тревога.
Янь Шу убрал руку и сказал очень тихо:
Ли Чантянь уже собирался продолжить расспросы, как дверь в боковую комнату отворилась, и старый лекарь вошёл со склянками и горшочками для снадобий.
— Ай-яй-яй, ты как на койку-то забрался? Ай-яй-яй, и не тесно вам двоим, здоровым мужикам? Ну-ка, поднимайтесь оба, будем менять повязки! — зычным голосом прокричал старый лекарь и затем сноровисто перевязал обоих, добавив ещё несколько наставлений.
Оба были премного благодарны и непрестанно кланялись в пояс.
Отдохнув полдня в лечебнице и накопив немного сил, они вернулись на постоялый двор.
Ли Чантянь, поддерживая тяжелораненого Янь Шу, довёл его до комнаты, расстелил ему постель и помог лечь.
Янь Шу, помня, что у Ли Чантяня у самого рана, не мог смотреть, как тот хлопочет, и сказал:
Ли Чантянь кивнул, повернулся, чтобы выйти, но дойдя до двери, вернулся и предложил:
— Может, поселимся вместе? Попросим хозяина подыскать большую комнату с двумя кроватями, так удобнее будет друг за другом ухаживать.
Янь Шу пробормотал в нерешительности, но потом кивнул:
Они вместе провели на постоялом дворе несколько дней, не выходя наружу. Еду велели приносить служке постоялого двора.
Рана Ли Чантяня заживала быстрее, чем у Янь Шу, и уже на третий день он мог свободно скакать повсюду.
Но Ли Чантянь не бегал наружу, он оставался подле Янь Шу. То сидел у его постели и болтал с ним, то просил научить его определять время по солнцу и тени.
Хотя и после целого дня занятий у Ли Чантяня всё путалось, к счастью, Янь Шу был терпелив и без устали втолковывал ему снова и снова.
Всё шло складно, за исключением шестого дня.
В тот день Ли Чантянь сменил повязку и решил, что одежда, прилегая, жмёт рану, а тут ещё погода стояла довольно жаркая. Поэтому он накинул лишь нижнее платье, да и то не завязал, так что светлая, гладкая грудь и обмотанный хлопковой тканью живот были наполовину обнажены.
У Янь Шу как раз был дневной отдых, и, проснувшись, он увидел Ли Чантяня полуголым до пояса — тот сидел, прислонившись боком к столбику кровати, и, указывая пальцем на тень на полу, определял час.
— Ты… ты… почему ты непристойно раздет?! — Янь Шу отвёл глаза с таким видом, будто не мог больше этого выносить.
— Жарко же, да и душно. А у тебя рана на плече разве не зудит? — Ли Чантянь припомнил, как раньше в тяжёлых условиях полевого госпиталя, в жару без кондиционеров, его товарищ по отряду с ранением плеча не носил верхней одежды по предписанию врача — опасались, что пот и духота вызовут воспаление и инфекцию.
Может, и у Янь Шу рана заживает медленно по этой же причине?
— Я слышал, что под повязкой рана заживает хуже. Может, тебе тоже раздеться до пояса? — сказал Ли Чантянь Янь Шу.
Услышав это, Янь Шу на мгновение изобразил крайнее изумление.
Зная, что Янь Шу с раненым плечом трудно самому одеваться и раздеваться, и руководствуясь желанием помочь, Ли Чантянь подошёл к постели Янь Шу и потянулся к его поясу:
— Ничего, мы же оба мужчины, не стоит так заморачиваться.
Янь Шу в смятении отбил его руку и глухо выкрикнул:
— Разденься, так рана быстрее заживёт! — Ли Чантянь потёр ушибленную руку, но настаивал. — Да брось ты все эти этикеты и приличия. Здоровье — это капитал революции![3]
[3] в оригинале 身体才是革命的本钱 shēntǐ cái shì gémìng de běnqián - «Здоровье – уставной капитал/основа революции» Эту фразу сказал Мао Цзедун. В те годы здоровье рассматривалось как главный ресурс для построения нового общества и совершения «революции». Фраза стала массовым лозунгом, который знали все. Сегодня это выражение полностью утратило свой строгий политический подтекст и превратилось в повседневную, часто шутливую или прагматичную идиому чтобы оправдать отдых, хороший сон или заботу о себе.
Лицо Янь Шу омрачилось. Он закутался в одеяло и лёг спиной к Ли Чантяню, не говоря ни слова, казалось, он был вне себя от злости.
— Не злись, я просто беспокоюсь о твоей ране. Ладно-ладно, я был неправ, совсем стыд потерял, прости. Не волнуйся, я больше не буду срывать с тебя одежду.
Но сколько Ли Чантянь ни извинялся мягким и ласковым тоном, Янь Шу, похоже, и не думал успокаиваться.
Лёжа на боку, он крепко вцепился в одеяло, повернувшись к Ли Чантяню спиной и застыв, словно камень.
Ли Чантяню оставалось только принять это. Не смея больше докучать, он сел на свою кровать и затих, боясь выдохнуть.
К счастью, за вечерней трапезой Янь Шу отошёл. Вернулся к своему обычному спокойному и сдержанному виду и ровным тоном заговорил с Ли Чантянем.
Оба не сговариваясь больше не вспоминали об этом случае.
Прошло ещё три дня, рана на плече Янь Шу наконец покрылась коркой. Ночью, после ужина, Ли Чантянь открыл окно. Прохладный вечерний ветерок, неся ароматы трав и деревьев, мягко впорхнул в комнату. Ли Чантянь глубоко вздохнул, и на душе сразу стало легче.
Янь Шу как раз пил чай. Держа белую фарфоровую чашку, он каждым движением невольно излучал утончённое изящество.
Ли Чантянь сел рядом и услышал от него:
— Завтра идём в Горное поместье Небесного Предела.
— М? Уже завтра? — взгляд Ли Чантяня упал на плечо Янь Шу. — Но твоя рана…
— Пустяки. Сейчас Сюй-дажень неизвестно где, и неведомо, что замышляют Холодные Вороны. Если медлить с расследованием, боюсь, возникнут непредвиденные осложнения, — спокойно ответил Янь Шу, ставя чашку на стол.
— Хорошо, — кивнул Ли Чантянь. — Завтра встретим Юйшу, покажем ему золотую фольгу. Если он что-то знает, он обязательно нам скажет.
Янь Шу посмотрел на Ли Чантяня и произнёс с неясным подтекстом:
— Ты очень доверяешь Шэнь-гунцзы.
— Ну да, — не раздумывая, выпалил Ли Чантянь.
— Почему же? — спросил Янь Шу.
Мы с ним сродни:мы у края небес попаданцы из другого мира. И мы повстречались; так нужно ли нам заранее знать друг друга![4]
[4] снова мое любимое: в оригинале 因为他俩同是天涯穿越者，相逢何必曾相识啊！ это аллюзия на строку Бо Цзюйи(白居易) из стиха Пипа(琵琶行) 同是天涯沦落人，相逢何必曾相识。Tóng shì tiānyá lúnluò rén, xiāngféng hébì céng xiāngshí. – перевод Льва Эйдлина «Мы с нею сродни: мы у края небес затеряны и забыты. И мы повстречались; так нужно ли нам заранее знать друг друга!»
https://chinese-poetry.ru/poems.php?action=show&poem_id=3386
Авторка заменила: 沦落人 - «скитальцы», те, кто «опустился» в рамках одного мира на 穿越者 — «попаданцы» те, кто вырван из своего мира и заброшен в чужой
— Потому что он хороший человек! — после долгих раздумий Ли Чантянь смог выдавить только это.
Помолчав, Янь Шу неожиданно спросил:
— А что для тебя значит "хороший человек"?
— А? — Ли Чантянь не ожидал такого вопроса и на мгновение опешил. Он напряг все свои мозги и сказал. — Ну, смотри: с ним легко общаться, он пылкий и открытый, энергичный, без задних мыслей, да, без задних мыслей…
Пока Ли Чантянь говорил, в дверь неожиданно постучали.
Ли Чантянь и Янь Шу переглянулись, читая в глазах друг друга удивление.
Ли Чантянь встал и открыл дверь.
Как только дверь открылась, снаружи ворвался человек и тут же заключил Ли Чантяня в объятия.
— Чантянь! — воскликнул Шэнь Юйшу. — «Ай-я-яй, я так по тебе соскучился!!
✦✦✦ Оглавление ✦✦✦
В начало
Перевод: Korean Ginseng
Подпишитесь, пожалуйста, на бусти, чтобы поддержать мою работу
Телеграмм: korean_ginseng_novel