Глава 15. «И, как же мне тебя отблагодарить?»

В конец

Фэн Чу в этот момент внезапно осознал, что был охвачен страстью и чуть не выдал Лин И свои истинные чувства.

Сейчас явно не подходящее время для признания. Без должной подготовки Фэн Чу не считал, что Лин И согласится быть с ним.

Доктор Чжао сел на стул. На террасе дул сильный ветер, его белый халат развевался, а взгляд за очками был очень острым:

— Позвольте мне быть откровенным, господин Фэн. То, ваше поведение не совсем порядочно.

Фэн Чу с детства был своенравным и не терпел, когда его поучают. Он усмехнулся:

— О?

— Он пациент, — сказал доктор Чжао. — Сейчас он переживает самый уязвимый период в своей жизни.

Выражение лица Фэн Чу не изменилось:

— Я знаю.

— Если вы ищете развлечений, то реабилитационный центр — не лучшее место.

Доктор Чжао действительно не мог понять: у такого человека, как Фэн Чу, вокруг должно быть множество поклонниц[1], он мог бы найти кого угодно, но почему из-за минутного порыва выбрал слепого юношу.

Голос Фэн Чу похолодел:

— Доктор Чжао, следите за своими словами.

— Я знаю, что одно ваше слово — и мне некуда будет податься. Но я все равно хочу сказать, — тон доктора Чжао был серьезным. — Лин И – прекрасный парень. Он вам доверяет. Совсем недавно он попросил меня поговорить с директором о повышении вам зарплаты, причем разницу он собирался оплачивать сам. Хотя Лин И не сказал мне причину, я полагаю, он считает, что у вас финансовые трудности.

Фэн Чу действительно не ожидал такого.

— Лин И несколько дней назад ездил домой. Его отец снова женился и относится к нему очень холодно. В будущем он вполне может лишить его содержания. Сейчас он слепой. Я до сих пор не решался сказать ему, чтобы не огорчать, но шансы на восстановление его зрения не так уж велики, — доктор Чжао вздохнул. — Господин Фэн, если вы просто играете с ним, пожалуйста, пощадите этого ребенка.

Фэн Чу холодно ответил:

— Если бы я действительно хотел с ним поиграть, от него давно бы и косточек не осталось.

С тех пор как умер его эксцентричный отец, семья Фэн вела себя очень скромно. Многие считали, что новый глава семьи избегает публичности, боясь привлечь лишнее внимание. На самом деле Фэн Чу просто не любил, когда внешние взгляды мешали его действиям. Он был жесток и расчётлив, и один за другим его конкуренты пали под его натиском. Семья Фэн при нем стала еще более могущественной, чем при его отце.

Фэн Чу сейчас всего тридцать два года, но некоторые люди на двадцать-тридцать лет старше него вряд ли были так же хладнокровны.

Доктор Чжао чувствовал лишь сильное давление от непроницаемого Фэн Чу. Это давление было почти удушающим. Фэн Чу оставил только одну фразу:

— Доктор Чжао, кроме вас, я больше всех забочусь о Лин И.

Нет, Фэн Чу заботился о нем даже больше, чем доктор Чжао.

Доктор Чжао хорошо относился к Лин И, потому что тот был его пациентом. А Фэн Чу влюбился в Лин И с первого взгляда, и это были первые за тридцать лет его жизни настоящие чувства.

Фэн Чу взял стоявший рядом термос: Лин И, уходя, не забрал его.

Он ждал полчаса в комнате Линь И, даже заказал ему напиток.

Когда Лин И вернулся, он не знал, что в комнате кто-то есть. Он машинально направился к дивану, чтобы сесть и обнять своего плюшевого медвежонка.

Но на месте медвежонка сидел человек.

Лин И испугался.

Фэн Чу внезапно открыл глаза и схватил его за руку:

— Это я.

Лин И вздохнул с облегчением:

— Господин Фэн.

Фэн Чу сунул термос в руки Лин И:

— Ты забыл это.

Лин И покорно сделал глоток.

Он не забыл, а намеренно оставил, не ожидая, что Фэн Чу принесет его обратно.

Фэн Чу приподнял бровь:

— Не хочешь пить?

Лин И кивнул:

— Какое-то время я каждый день ел свежие ягоды годжи.

Ему давно надоел этот вкус.

Фэн Чу взял термос и допил за него.

Лин И захотелось фруктов. Он открыл холодильник, ощупал вторую полку и достал коробку инжира и один гранат. Обычно в холодильнике чаще всего были черника и яблоки. В последнее время поспели гранаты, и в городе Б. они были особенно вкусными. Медсестра Лю часто мыла их и клала Лин И несколько штук.

Фэн Чу смотрел, как Лин И берет гранат размером больше его лица, и невольно усмехнулся:

— Сможешь разломить?

Лин И слегка поморщился:

— Господин Фэн, я хоть и слепой, но сил у меня хватает.

Он даже яблоки мог разломить, неужели не справится с гранатом.

Этот гранат был особенно большим, один плод весил почти килограмм. Лин И собирался разломить его и отдать половину Фэн Чу, но после двух попыток так и не смог раскрыть его.

Фэн Чу протянул руку:

— Дай мне.

Он легко разломил огромный гранат пополам, обнажив ярко-красные, сочные зерна.

Фэн Чу взял маленькую пиалу, высыпал в нее все зерна и дал Лин И есть ложкой.

Лин И ел медленно, изящно выплевывая косточки на салфетку.

Фэн Чу смотрел на его розовые губы:

— Сладкий?

— Чуть-чуть кислит.

Раздался звонок в дверь. Фэн Чу открыл — это привезли заказанный им напиток.

Фэн Чу заметил, что в тот день Лин И понравился напиток «Сочный виноград», и сегодня специально заказал его. Напиток был хорошо упакован, сырная шапка еще не растворилась во фруктовом чае.

Лин И с любопытством спросил:

— Что это?

Фэн Чу воткнул трубочку и поднес к губам Лин И:

— Фруктовый чай.

Лин И с недоверием сделал маленький глоток.

Он поставил пиалу и взял у Фэн Чу чашку с «Сочным виноградом»:

— Спасибо, господин Фэн.

Фэн Чу между делом почистил для Лин И инжир.

Мякоть инжира была очень нежной, спелый плод источал сильный аромат и был очень сладким. Лин И наклонился и откусил инжир из руки Фэн Чу.

Поскольку он не видел, первый раз он откусил мякоть, а во второй раз прикусил подушечку среднего пальца Фэн Чу.

Сначала Лин И не понял, что укусил руку Фэн Чу. Он провел языком, почувствовав шершавую тонкую мозоль. Ему показалось это странным, и он укусил глубже.

Кадык Фэн Чу дернулся:

— Лин И, ты кусаешь мой палец.

Лин И с растерянным видом выпустил палец Фэн Чу, проглотил мякоть и достал из кармана хлопковый платок, чтобы вытереть Фэн Чу руку:

— Простите.

У Лин И была легкая брезгливость, он особенно не любил пот. Летом, в жару, пот все равно появлялся. Ему не нравилось ощущение салфеток на коже, поэтому он не вытирал лицо и руки бумагой, а всегда носил с собой носовой платок.

С течением времени Лин И стал класть платок в карман не только летом, но и в любое другое время года, по привычке.

Руки Лин И были руками пианиста — изящные, длинные пальцы. Он с детства редко контактировал с людьми. Коснувшись грубых, твердых мозолей на ладони Фэн Чу, Лин И машинально надавил на них:

— Господин Фэн, что это?

— Мозоли.

Фэн Чу любил скалолазание. Скальная порода настолько твердая, что руки скалолазов сначала покрываются волдырями, а затем мозолями.

Лин И не знал об этом увлечении Фэн Чу и, естественно, ошибся.

Ни у кого из его друзей и одноклассников не было мозолей на руках — разве что от письма, — поэтому для Лин И это было первым подобным прикосновением.

Даже не видя, он знал, откуда они берутся — обычно от тяжелой физической работы.

Фэн Чу усмехнулся:

— Тебе понравился вкус моего пальца? Держишь и не отпускаешь.

Лин И поспешно отдернул руку:

— Извините.

Фэн Чу был не против, чтобы Лин И прикасался к нему, скорее наоборот, ему нравился контакт с Лин И.

Но если у самого Лин И не было ни страсти, ни желаний, никаких двусмысленных мыслей, то Фэн Чу прекрасно осознавал свои непристойные помыслы в отношении него.

Когда рука внезапно опустела, сердце Фэн Чу тоже опустело.

Он почистил еще один инжир и накормил Лин И:

— Доктор Чжао только что сказал мне, что вы хотите повысить мне зарплату.

Лин И не ожидал, что доктор Чжао его выдаст.

На самом деле Лин И не хотел разглашать это и уж тем более не хотел, чтобы Фэн Чу узнал — он больше воспринимал Фэн Чу как друга в реабилитационном центре. Между друзьями разговоры о деньгах всегда немного неуместны и при неосторожности легко могут привести к разногласиям.

Лин И размышлял, как объяснить ситуацию, когда в ушах прозвучал низкий голос Фэн Чу:

— Спасибо, я знаю, у тебя добрые намерения. Но... Лин И, как же мне тебя отблагодарить?

Лин И ответил:

— Господин Фэн тратит время и силы, сопровождая меня. Это вполне заслуженное вознаграждение.

Фэн Чу увидел, что Лин И поднял трубочку вверх, чтобы пить сливочную шапку. Он открыл крышку и, как в прошлый раз, маленькой ложечкой поднес шапку к губам Лин И:

— Мое материальное положение не настолько плохое, я могу себя обеспечивать. Не беспокойся обо мне слишком сильно.

Даже для содержания Лин И было бы более чем достаточно. Даже если бы Лин И в будущем транжирил деньги, Фэн Чу мог бы его обеспечить. В крайнем случае, он работал бы изо всех сил — разве может мужчина позволить, чтобы его возлюбленный голодал.

Аппетит у Лин И всегда был не очень хорошим. На этот раз он съел довольно много и начал клевать носом.

Подошло время его обычного послеобеденного сна. Он накинул на себя плед:

— Господин Фэн, я хочу немного поспать.

Фэн Чу салфеткой вытер влажные губы Лин И:

— Тогда я пойду.

Лин И пока не очень привык к тому, что кто-то прикасается к его лицу. Он отстранился, но Фэн Чу придержал его за плечо:

— Не до конца вытер. Не отворачивайся.

Лин И тихо сказал:

— Я сам.

— Раз повысили зарплату, надо делать больше, — сказал Фэн Чу. — Иначе я попрошу директора отменить повышение.

Лин И вздохнул про себя. Он искренне считал Фэн Чу очень ответственным и терпеливым мужчиной, который, несмотря на жизненные трудности, все равно усердно работал и жил.

Лин И очень завидовал таким людям.

После ухода Фэн Чу в комнате остался один Лин И. Слепому человеку действительно одиноко и грустно в одиночестве. Он не мог читать, смотреть фильмы, видеть зрительные образы. С момента открытия глаз до их закрытия он пребывал в безграничной тьме.

⋘ Предыдущая глава

✦✦✦ Оглавление ✦✦✦

Следующая глава ⋙

В начало

Перевод: Korean Ginseng

(･ω<)☆

Подпишитесь, пожалуйста, на бусти, чтобы поддержать мою работу

☆(>ᴗ•)

Телеграмм: korean_ginseng_novel

Читайте новые главы ➨ Активные переводы

А пока ждёте, то читайте ➨ Законченные переводы