Глава 29 «Но у него не было ни малейшего намерения отпускать».
В конец
Фэн Чу прибыл в город С уже послезавтра глубокой ночью.
Помощник Чжан напомнил Фэн Чу:
— Господин Фэн, вы ведь каждый месяц в пятнадцатых числах ездите в старый дом навестить старого господина и госпожу Фэн. Вы не были там эти два дня из-за командировки. Вчера госпожа Фэн велела своей помощнице позвонить мне и спросить, поедете ли вы к ним сегодня вечером?
Фэн Чу хотел сразу поехать в санаторий навестить Лин И.
Но время было уже слишком позднее: самолет приземлился в половине одиннадцатого ночи, а до реабилитационного центра он добрался бы только к половине двенадцатого — в это время Лин И наверняка уже спит.
Как раз завтра утром поеду в реабилитационный центр.
В резиденции госпожи и старого господина Фэн круглосуточно стояла многоуровневая охрана. Когда он приехал, было уже половина двенадцатого ночи. Охрана пропустила машину Фэн Чу на территорию парка. Госпожа и старый господин Фэн уже давно спали, управляющий встал среди ночи, чтобы встретить Фэн Чу.
Хотя Фэн Чу здесь не жил, он был одним из хозяев этого дома. Охранники, служанки и управляющий старого дома относились к нему с большим уважением и не пытались строить из себя[1] важных персон перед Фэн Чу, пользуясь тем, что они ухаживают за госпожой Фэн.
[1] в оригинале 摆谱 bǎi pǔ - идиома, букв. "разыгрывать ноты"
Управляющему старого дома было чуть больше пятидесяти, он выглядел бодрым. Он шел за Фэн Чу:
— Вернулся молодой господин[2]! Все эти дни госпожа Фэн только и делала, что вспоминала вас, часто расспрашивала о ваших делах.
[2] хотите про обращения почитать https://dzen.ru/a/aCi5cDAYggyI3gKQ#13__shoy_shaoe
Фэн Чу вошел в гостиную и снял пальто:
— Как здоровье стариков? У них все в порядке?
Старый управляющий поспешно принял его пальто:
— Доктор Ху каждую неделю приезжает осматривать госпожу Фэн и старого господина Фэн. У обоих все в порядке. Кстати, позавчера госпожа Чу велела прислать старикам несколько коробок ласточкиных гнезд[3] и других тонизирующих продуктов.
[3] Слышали о них? Я немного слышала, а вот подробности https://dzen.ru/a/aGqhg9tHxjW44Me6
— Не знаю, наверное, попросила друзей из Гонконга прислать, — сказал старый управляющий: — Вашу комнату постоянно убирают, ковер вчера поменяли на новый. Молодой господин, вы устали от работы, идите сначала отдохнуть. Если что-то понадобится, зовите нас в любое время.
— Возьми несколько коробок ласточкиных гнезд и положи в мою машину, завтра заберу.
Можно было забрать и все, потому что в семье Фэн никогда не было недостатка в таких вещах, госпожа Фэн могла съесть их в любое время.
Старый управляющий удивился: Фэн Чу определенно не интересовался едой, обычно он просто ел то, что готовил домашний повар, меню на неделю было разнообразным и менялось, он никогда не просил что-то конкретное.
Он подумал: ходят слухи, что Фэн Чу завел парня, возможно, это как раз для него.
Фэн Чу принял душ и лег спать.
Госпожа Фэн и старый господин Фэн были в возрасте и вставали рано. Когда Фэн Чу спустился на следующее утро в шесть часов, он обнаружил, что оба старика уже пьют чай в столовой.
— Сколько времени тебя не видела, иди сюда, дай бабушке на тебя посмотреть.
Фэн Чу широкими шагами подошел:
Господин Фэн кивнул ему в ответ. Госпожа Фэн взяла руку Фэн Чу и осмотрела его:
— Еще больше похорошел. Мой внук с возрастом становится все краше. Недавно дедушка Чэнь Цяня тебя хвалил.
— Бабушка, я еще молод, вы тоже молоды.
— Бабушка просто мечтает, чтобы ты поскорее женился. Вечно один, без спутника жизни.
Сказав это, госпожа Фэн вдруг вспомнила, что у Фэн Чу есть парень. Но так как Фэн Чу никогда не появлялся с Гу Жочунем вместе, госпожа Фэн, увидев Фэн Чу, подумала, что все по-старому.
Вспомнив о Гу Жочуне, госпожа Фэн больше не хотела, чтобы Фэн Чу женился.
За последнее время Гу Жочунь выманил у госпожи Фэн немало денег. У пожилой дамы любое украшение стоило миллионы или даже сотни миллионов, так что для нее это были мелочи, она просто не могла принять его мелочную жадность[4].
Но она не могла рассказать об этом Фэн Чу, как будто дух мелочной семьи, с узким сердцем и грудью[5] и намеренно сеет рознь между влюбленными.
Госпожа Фэн дорожила репутацией[6] и не хотела об этом говорить.
[4] в оригинале 眼皮子浅 - идиома, букв. "веки мелкие"
[5] 小家子气心胸狭隘 xiǎo jiāzi qì xīnxiōng xiá'ài - Означает "мелочный, ограниченный, злопамятный"
[6] в оригинале 好脸面 hǎo liǎnmiàn - "дорожить лицом"
Она поспешно потянула Фэн Чу за руку:
— Садись завтракать, ты давно не пробовал, что готовит наш повар.
Старый господин Фэн спросил о нескольких делах в группе компаний. Фэн Чу позавтракал, пошел в кабинет, доложил ему о некоторых делах и покинул дом семьи Фэн.
Когда он добрался до реабилитационного центра, было уже девять утра. В это время Лин И наверняка уже встал и, возможно, гулял по какой-нибудь тропинке в санатории.
Фэн Чу отдал ласточкины гнезда медсестре Лю, специально велев повару центра каждый день готовить для Лин И одну порцию ласточкиных гнезд с молоком в качестве перекуса, и заодно спросил, в своей ли комнате Лин И.
Медсестра Лю взяла на руки несколько изящно упакованных коробок и закивала:
— Господин Лин вернулся в комнату после завтрака. Он сказал, что на улице слишком холодно, и не хочет выходить.
Обычно медсестра Лю побаивалась Фэн Чу. Он выглядел как человек высокого положения, обладающий огромной властью, непостижимый и к тому же всегда был серьезен и хмур.
Но Фэн Чу всегда хорошо относился к Лин И. Медсестре Лю казалось, что Лин И обычно слишком одинок, и то, что у него есть такой друг, как Фэн Чу, который его навещает, на самом деле очень хорошо.
Фэн Чу отправился в апартаменты Лин И. Гостиная была пуста и безлюдна, апартаменты Лин И всегда были чистыми, как будто в них никто не жил.
Фэн Чу открыл дверь спальни. Как и ожидалось, Лин И был в спальне.
Лин И лежал на боку и читал роман. Он быстро выучил шрифт Брайля, и хотя учился недолго, теперь уже хорошо его знал.
Услышав шаги, Лин И слегка приподнялся с кровати:
Теперь он мог различать шаги разных людей. Походка Фэн Чу была очень уверенной.
В следующее мгновение Лин И прижали к кровати.
Он тихо ахнул, половина его тела погрузилась в мягкую подушку. Он был так удивлен, что даже забыл сопротивляться.
Фэн Чу раздвинул волосы Лин И по обеим сторонам, обнажив его худое и изящное лицо, затем уперся лбом в лоб Лин И:
Лин И никогда не был так близок с кем-либо — разве что до шести лет. В детстве мама часто укачивала его на коленях, но тогда Лин И был слишком мал, воспоминания стерлись, поэтому он не привык к тому, чтобы кто-то подходил так близко.
Сейчас тело Фэн Чу придавило Лин И, ему даже дышать стало немного трудно. Он растерянно глубоко вдохнул:
Фэн Чу знал, что его действия оскорбили Лин И. Такая близость неуместна между друзьями, она возможна только между близкими любовниками.
Но у него не было ни малейшего намерения отпускать.
Лин И постеснялся прямо оттолкнуть его, но и не хотел, чтобы мужчина лежал на нем. Ему действительно было неловко от такой тесной близости, да и Фэн Чу, мужчина ростом почти два метра, был очень тяжелым:
Фэн Чу наклонился и вдохнул запах шеи Лин И:
Когда он говорил, его теплое дыхание касалось шеи Лин И. Это было очень уязвимое место. Лин И обхватил руками плечи Фэн Чу:
Фэн Чу очень хотелось укусить, но он боялся, что после укуса Лин И станет его остерегаться.
В такой атмосфере Фэн Чу неизбежно захотел Лин И.
К счастью, в комнате было очень тепло, под одеялом было жарко, и почти не имея возможности дышать, Лин И не обратил большего внимания на что-то необычное.
В конце концов Фэн Чу ничего не сделал. Он давно заметил, что Лин И хрупкий, как орхидея, которая может выжить только в определенных условиях — чуть тронешь веточку или листик, и они ломаются.
Он действительно не мог заставить себя что-либо сделать с Лин И.
Фэн Чу потерся кончиком носа о нос Лин И:
— Я так по тебе скучал эти дни, поэтому немного потерял над собой контроль.
— Очень тяжело, когда на тебе лежат.
Ведь это факт, который нельзя изменить. Даже если сейчас Лин И не привык, ему придется научиться, нельзя же вечно сидеть на Фэн Чу?
Фэн Чу думал, что в таком случае Лин И, возможно, придется труднее.
Примерно через четверть часа Фэн Чу наконец отпустил Лин И.
— Наверное, рука господина Фэн оставила синяк.
Фэн Чу подумал, что вряд ли. Он лишь слегка сжал плечо Лин И рукой, вовсе не прикладывая особых усилий, не прижимал его силой к своей груди, тем более не кусал и не щипал. Откуда же взяться синяку?
Он стал закатывать рукав Лин И вверх, чтобы посмотреть на его плечо, но потом решил, что так закатывать рукав глупо — потому что манжеты домашней одежды Лин И были на резинке, и как ни закатывай, плечо не оголишь. Тогда он просто сдернул воротник одежды Лин И влево.
Полплеча предстало перед глазами Фэн Чу, и на нем действительно были отчетливые следы от пальцев. Кожа Лин И была слишком бледной, и следы на ней выделялись особенно явно.
Фэн Чу поправил на нем одежду:
Характер у Лин И всегда был хороший, ко многим он относился терпимо. Он не рассердился из-за случившегося, лишь слегка улыбнулся Фэн Чу и покачал головой.
Фэн Чу вышел, нашел аптечку. В ней было все необходимое. Он взял два средства для рассасывания синяков и улучшения кровообращения. Запах спрея был немного резким, в воздухе распространился сильный лекарственный аромат. Лин И, почувствовав запах, невольно закашлял.
Фэн Чу прижал Лин И к себе, обняв одной рукой, и взял книгу со шрифтом Брайля, лежавшую рядом. Он не учил шрифт Брайля и, естественно, не мог его прочесть, но на обложке было название на китайском: «Невыносимая легкость бытия» Милана Кундеры.
В этот момент вдруг зазвонил телефон Лин И.
Лин И не узнал номер, подумал, что, возможно, какой-то друг сменил номер, взял телефон и вышел на балкон ответить.
Погода сегодня была холодной, но солнце светило по-настоящему ярко. Лин И сел на диван на балконе и нажал «Ответить».
— Это Сяо И? Это твоя тетя Су.
Выражение лица Лин И стало растерянным. Спустя долгое время он тихо произнес:
Су Пэйвань теперь была замужем за отцом Лин И, то есть стала его мачехой. Двадцать лет она была любовницей Лин Хуа и, уже состарившись и потеряв былую привлекательность, все же смогла подняться наверх и выйти за него замуж. Разумеется, у нее было немало уловок. Лин И испытал на себе немало ее уловок, и один только ее голос вызывал у него дискомфорт.
Су Пэйвань часто думала, что Лин И был слишком сильным. Она предполагала, что если бы вместо него был любой другой маленький ребенок, над которым она и няня в доме Лин несколько лет открыто и исподтишка издевались, он либо сошел бы с ума, либо умер от депрессии.
Су Пэйвань понимала, что детство и юность человека имеют решающее значение. Если в это время на него обрушиваются всевозможные неудачи и травмы, это все равно что семя, растущее без воды и солнечного света: оно либо тихо умирает, либо вырастает совсем ущербным.
Но Лин И был не таким. У него были отличные оценки. Хотя он часто прогуливал уроки, он не травил замкнутых или бедных одноклассников, как Лин Бо, и всегда был первым в классе. Его любили и учителя, и ученики. Почти не было людей, которые, встретив Лин И, не прониклись бы к нему симпатией.
По сравнению с Лин И, избалованный сын Су Пэйвань был больше похож на того, кто вырос ущербным.
— Тетя беспокоит тебя не по пустякам, а по поводу свадьбы твоего младшего брата. Твой брат собирается обручиться с главой компании «Чжоу», Чжоу Чжиюанем. Эта помолвка изначально предназначалась тебе. Но Чжоу Чжиюань — молодой талант, услышал, что ты ослеп, да еще и с детства рос без материнского воспитания, испугался, что у тебя нет манер и ты не знаешь, как жить в высшем обществе, поэтому категорически отказался жениться на тебе и настоял, чтобы был Лин Бо.
Лин И ничего не сказал, молча выслушал Су Пэйвань.
— Твой папа боится, что ты не смиришься, поэтому скрывает и не позволяет тебе говорить. Но я подумала, ведь мы же одна семья. Если постоянно скрывать от тебя, разве ты не возненавидишь нас? А посторонние подумают, что я, мачеха, намеренно обижаю ребенка от предыдущего брака.
За эти годы Су Пэйвань часто сталкивалась с Лин И.
Су Пэйвань была обходительной. В молодости она устроилась простым офисным работником в компанию семьи Лин и шаг за шагом поднималась по карьерной лестнице, пока не стала личным секретарем Лин Хуа.
Когда у нее завязались отношения с Лин Хуа, она знала, что он женат. Она знала и о том, что после развода Лин Хуа долго не хотел на ней жениться и продолжал развлекаться на стороне. Больше всего в жизни Су Пэйвань ценила деньги и положение. Она хотела выбиться в люди, поэтому не только сама попала в богатую семью, но и страстно желала, чтобы ее сын тоже породнился с наследницей или наследником богатого рода.
Эту помолвку с семьей Чжоу Су Пэйвань ценила выше неба.
Лин И был родным сыном Лин Хуа и в будущем наверняка стал бы оспаривать наследство с Лин Бо. Су Пэйвань внешне была ласкова с Лин И, но в душе ненавидела его до костей.
Су Пэйвань долго не слышала ответа Лин И. Она заговорила мягким, нежным голосом:
— Сяо И, ты сердишься? Тетя не хотела тебя сердить. Но если тебя не хотят, тетя ничего не может поделать. В браке важны взаимное согласие и соответствие. Ты слепой, как же руководитель с состоянием в несколько миллиардов захочет быть с тобой? Тут нет ни согласия, ни соответствия.
Все это время Су Пэйвань хотела поставить Лин И на место. И наконец, с помолвкой семьи Чжоу, она нашла прекрасную возможность.
Лин И как раз собирался что-то сказать, когда дверь на балкон открылась.
Су Пэйвань и Лин Хуа использовали грязные методы, а Фэн Чу был честным и простым человеком. Лин И не хотел, чтобы они узнали о существовании Фэн Чу — если бы они узнали, они наверняка сделали бы ему что-то плохое.
Лин И тут же положил трубку Су Пэйвань и занес этот номер в черный список.
— На балконе прохладно, ты вышел легко одетым. Я принес тебе пальто. Закончил разговор?
— Это звонок от семьи, просто поговорили немного.
Фэн Чу заметил, что лицо Лин И выглядело не очень хорошо, было немного бледным. Оно и раньше было лишено румянца, а теперь стало белым, как снег.
— Господин Фэн, я хочу немного поспать на кровати.
Сейчас у него немного болела голова, но не из-за Су Пэйвань, а из-за Фэн Чу.
Доктор Чжао неоднократно напоминал Лин И, что нельзя допускать сильных эмоциональных колебаний, гнев или печаль вредны для выздоровления его глаз.
Фэн Чу накрыл Лин И тонким шелковым одеялом и вышел из спальни, только когда тот крепко уснул.
Он знал, что семья Лин И не заботилась о нем. Будь иначе, они не бросили бы его одного в другой провинции.
Фэн Чу подумал, что семья звонила, чтобы Лин И вернулся домой, ведь он уже давно был в городе Б.
Но мысль о возвращении Лин И домой Фэн Чу считал совершенно невозможной. Он не хотел, чтобы Лин И снова контактировал с семьей Лин.
✦✦✦ Оглавление ✦✦✦
В начало
Перевод: Korean Ginseng
Подпишитесь, пожалуйста, на бусти, чтобы поддержать мою работу
Телеграмм: korean_ginseng_novel