Глава 37 «Это ответная любезность?»

В конец

В жилище Лин И вскоре появилась дополнительная кровать.

Медсестра Лю прибрала вещи в комнате отдыха и, позвав других сотрудников, распорядилась занести кровать в эту комнату.

После того как люди ушли, медсестра Лю убралась в комнате, застелила новую кровать простыней и надела на подушки наволочки.

В сердце медсестры Лю тоже роилось множество вопросов. На самом деле, та кровать, на которой Лин И спал каждый день, была довольно большой, с лихвой хватит на двоих. Если бы Фэн Чу жил здесь вместе с Лин И, зачем было специально ставить две отдельные кровати?

Ей было любопытно, а скрывать свои мысли она не умела, поэтому не удержалась и спросила:

— Господин Фэн будет ночевать здесь?

Лин И кивнул:

— Да.

Теперь медсестра Лю была уверена, что отношения Лин И и Фэн Чу очень хорошие, ведь если бы они были плохими, они вряд ли стали бы жить вместе. Она взбила пуховую подушку, лежавшую рядом, чтобы она стала еще пышнее:

— Кровать в главной спальне очень большая, места на двоих более чем достаточно.

— Ночью я часто ворочаюсь, это может помешать господину Фэн уснуть.

Медсестра Лю невольно подняла глаза и взглянула на Лин И — ворочаться во сне не такая уж плохая привычка. Фэн Чу такой крупный, одной рукой он мог бы крепко прижать Лин И. Если бы он обнял Лин И обеими руками, тот оказался бы полностью охвачен, и вырваться было бы невозможно. В такой ситуации пошевелиться было бы трудно, не то что перевернуться.

— Господин Лин, вы можете попросить господина Фэна обнять вас одной рукой за плечи, а другой — за талию. Тогда вы не сможете беспорядочно ворочаться.

А если уж очень захочется перевернуться, то и это не проблема: переворачиваясь, можно потереться о Фэн Чу, и вот двое в полусне: из сухих дров вспыхнет яростный огонь... В последнее время мысли медсестры Лю стали не слишком чистыми: она посмотрела в интернете много фанфиков[1] и аниме[2], и в ее голове невольно возникли некоторые не поддающиеся описанию картины.

Лин И совершенно не догадывался, о чем думала медсестра Лю. Пока она "шиперила"[3] их пару, она уже прибрала все вещи в комнате отдыха. Она проворно вышла из комнаты:

— Господин Лин, я не буду вам мешать. Если вам что-нибудь понадобится, зовите меня в любое время. В холодильнике есть персики и черника, не забывайте их есть, чтобы пополнять запас витамина С.

Лин И с улыбкой кивнул:

— Хорошо.

Медсестра Лю потрогала браслет на своем запястье — тот самый, который когда-то подарил ей Лин И. Рядом с Лин И всегда было очень комфортно, словно погружаешься в теплую воду, все тело наполняется теплом и уютом.

Сегодня у Лин И был понижен сахар в крови. Он достал из холодильника плитку шоколада, с шуршанием развернул обёртку и съел.

Он поставил телефон на зарядку, достал с книжной полки книгу и провел подушечками пальцев по обложке, чтобы прочитать название.

Через некоторое время его телефон включился.

Позвонил Мэн Сихуа и с огромным возбуждением поделился сплетнями:

— Тех хулиганов осудили на два года за покушение на изнасилование. Лин Бо получил лишь административное наказание, его задержали на 15 суток и исключили из университета.

Неудивительно, что в последние пару дней Лин И жилось спокойнее. Су Пэйвань носилась повсюду, хлопоча по делу Лин Бо, и не успевала менять номера телефонов, чтобы звонить и провоцировать Лин И.

Лин И рассеянно спросил:

— Он будет заново сдавать гаокао[4]?

— Заново сдавать гаокао? Ты что, шутишь? Прошел уже больше года, он наверняка все школьные знания забыл. С его-то мозгами, к июню следующего года он, возможно, и 200 баллов[5] не наберет, — сказал Мэн Сихуа. — Но для него самое страшное не исключение. Семья Чжоу собиралась породниться с вашей семьей, и теперь они не хотят иметь с ним никаких дел.

Если бы Лин Бо был просто тупым забиякой, любителем кутежей, это еще куда ни шло — в их кругу транжир-мажоров хватает.

Но как только дело касается преступлений и нарушений закона, это становится отвратительно. Семья Чжоу боялась, что он принесет неприятности в их дом.

На этот раз он всего лишь заплатил деньги хулиганам, чтобы они избили университетского преподавателя. А что будет в следующий раз? А вдруг в следующий раз он свяжется с не теми людьми?

К тому же, Чжоу Чжиюань был очень высокого о себе мнения. Лин Бо не доучился в университете, его исключили — жениться на таком человеке было для Чжоу Чжиюаня совершенно неприемлемо.

Мэн Сихуа помедлил немного, прежде чем спросить Лин И:

— Эм, Сяо И, если бы Чжоу Чжиюань захотел жениться на тебе, ты бы согласился?

Чжоу Чжиюань много раз звонил Лин И, но его телефон был постоянно выключен. Когда Лин И включил его и увидел незнакомый номер, он решил, что это Су Пэйвань, и сразу заблокировал его.

Поэтому с тех пор, как Лин И уехал из города Б, Чжоу Чжиюань не мог с ним связаться.

То, что Мэн Сихуа и Лин И были близкими друзьями, в городе Б не было секретом. В детстве их семьи были соседями, они много лет вместе учились, и все знали, что они с Лин И — не разлей вода.

Поэтому Чжоу Чжиюань обратился к Мэн Сихуа, попросив его выступить посредником.

Но в глазах Мэн Сихуа Чжоу Чжиюань был чужаком, а Лин И — его лучшим другом, поэтому Мэн Сихуа больше заботило мнение самого Лин И.

Мэн Сихуа честно сказал:

— Вчера он нашел меня, попросил поговорить с тобой. Хотя я считаю, что брак двух мужчин — это довольно абсурдно, но условия у Чжоу Чжиюаня действительно неплохие. Если ты выйдешь за него замуж, то, вернувшись, сможешь гордо поднять голову[6], и по полной программе отвесить пощечину всем, кто смеялся над твоей слепотой.

— Не нужно, я никогда не рассматривал вопрос о браке по расчету.

Мэн Сихуа спросил между прочим:

— Лин И, может, тебе просто не нравятся мужчины? Это тоже нормально. В последние дни немало «тысяч золотых»[7] расспрашивали меня о тебе. Твое лицо довольно популярно, просто их условия не так хороши, как у Чжоу Чжиюаня.

Возможно, потому что до потери зрения он каждое утро видел свое лицо в зеркале во время умывания, Лин И давно к нему привык и не считал, что оно уж очень красивое.

Мэн Сихуа пересказал Лин И все крупные и мелкие события, случившиеся в последнее время, и наконец не удержался от вопроса:

— Скоро Новый год, ты в этом году вернешься?

Лин И не планировал возвращаться на Праздник Весны[8].

В этом году Су Пэйвань и Лин Хуа поженятся, и Су Пэйвань станет законной госпожой Лин. Они были одной семьей из трех человек, а Лин И — лишним.

Мэн Сихуа тоже подумал об этом, но ему казалось, что встречать Новый год в одиночестве еще печальнее. Медсестры в реабилитационном центре наверняка уйдут в отпуск, и в новогоднюю ночь он будет одинок, даже пельменей не поест — одна мысль об этом была невыносима:

— На Новый год, может, придешь к нам? Позовем друзей, вместе повеселимся.

— Я останусь в городе Б, — Лин И планировал встретить Новый год с Фэн Чу. Хотя он еще не видел его семью, он предполагал, что его родные, как и сам Фэн Чу, должны быть честными, простыми и приятными в общении. — У меня здесь есть очень хороший друг.

Мэн Сихуа умирал от любопытства:

— Мы знакомы больше десяти лет, а ты ни разу не сказал, что я хороший. Насколько же хорош твой друг? Вы что, встречаетесь? У тебя есть его фото? Скинь хоть одно!

Лин И лишь улыбался, не отвечая.

Мэн Сихуа не представлял, какого друга Лин И мог назвать "очень хорошим другом". Если бы Лин И представлял его другим, наверное, он сказал бы: «Это мой друг, которому не хватает одной извилины» или «Очень тупой друг»?

Фэн Чу сегодня должен был вернуться поздно. Он отправил Лин И сообщение, чтобы тот его не ждал, так как он, возможно, приедет только к одиннадцати.

Поздно возвращаться с работы было для Фэн Чу обычным делом, особенно под конец года.

Только что въехав в реабилитационный центр, Фэн Чу припарковал машину и проверил сообщения.

Ассистент Чжан десять минут назад прислал информацию:

— Счета за расходы Гу Жочуня в последнее время в различных бутиках люксовых брендов, которые он совершал со старшей госпожой, отправлены на вашу почту.

В процессе расследования этого дела ассистент Чжан не раз ахал. Он никак не мог понять, как у этого молодого человека хватило наглости обманывать саму старшую госпожу семьи Фэн.

И притворился бы кем угодно, но только не объектом любви Фэн Чу.

Увидев сообщение, Фэн Чу не проявил никаких эмоций, а затем переслал письмо копией Чу Маньвэнь.

Эти потери для него не имели особого значения, важнее была репутация семьи Фэн.

Фэн Чу выкурил сигарету, прежде чем подняться наверх. Он крайне редко курил в присутствии Лин И, во-первых, потому что воздух в его комнате был слишком чистым, а во-вторых, пассивное курение было вредно для здоровья Лин И.

К тому же, в последнее время Лин И больше не просил попробовать табачный вкус, возможно, предыдущий опыт курения оставил не самые приятные впечатления.

Фэн Чу открыл дверь, вошел в прихожую и тут же увидел Лин И на диване.

На Лин И была широкая светло-серая рубашка из хлопка и льна и черные брюки. Ткань рубашки выглядела очень мягкой, верхняя пуговица тоже была плотно застегнута. Он сейчас слушал музыку в наушниках и поэтому не услышал звука открывающейся двери.

Фэн Чу подошел, одной рукой обнял Лин И за плечи и крепко прижал его к себе:

— Почему еще не спишь?

Лин И вздрогнул от неожиданности. Он снял один наушник:

— Господин Фэн.

Фэн Чу нежно ущипнул его мочку уха:

— Я только что заказал еду с доставкой, поешь немного перед сном.

Он заказал еще по дороге. Ужин вечером был пресным, и, узнав, что рядом с реабилитационным центром есть хороший барбекю-ресторан, он заранее заказал оттуда.

Менее чем через десять минут раздался стук в дверь. Фэн Чу занес еду внутрь. Когда он открыл контейнеры, комната мгновенно наполнилась ароматом остроты, пряности и свежести.

У Лин И были легкие вкусовые предпочтения. Фэн Чу убрал с жареных устриц острый перец чили и чесночно-луковую приправу, скормил Лин И пару кусочков устрицы. Лин И раньше никогда не пробовал такого, он не бывал в барбекю-ресторанах.

На вкус ощущалась лишь легкая сладость и свежесть, едва уловимо отдававшая морским запахом. Лин И был чувствителен к запаху рыбы, он с любопытством спросил:

— Пахнет немного рыбой. Что это за мясо?

— Устрицы, — прошептал Фэн Чу на ухо Лин И. — Их едят, чтобы укреплять почки и повышать потенцию[9].

Лин И невольно рассмеялся:

— Мне разве это нужно?

Фэн Чу дал Лин И сделать глоток пива, затем прополоскал в чистой воде несколько шампуров с говядиной и скормил их Лин И.

Если Лин И переедал на ночь, он не мог уснуть. Попробовав несколько кусочков, он на ощупь стал искать что-то на столе. Фэн Чу знал, чего хочет Лин И, и сунул ему в руку банку. Лин И легко открыл колечко банки, сделал глоток и понял, что внутри была "Pepsi-Cola".

Чуть позже Лин И пошел в ванную главной спальни принять душ и почистить зубы. Когда он вышел, высушив волосы, Фэн Чу уже вынес весь мусор и остатки еды.

Лин И налил стакан воды, чтобы принять лекарство.

Фэн Чу сказал:

— Моя мать в ближайшие дни уезжает. Перед отъездом она хочет встретиться с тобой.

Лин И кивнул:

— Хорошо.

Фэн Чу взял одежду и пошел в душ. Многие вещи, которые принес в прошлый раз ассистент Чжан, лежали в шкафу Лин И. Выйдя из душа, Фэн Чу был мокрым, на нем было только полотенце, обернутое вокруг бедер. Капли воды стекали по его рельефным мышцам.

У изголовья Лин И лежала книга. Он удобно устроился и пальцами водил по тексту, читая. Как раз в этот момент он повернулся спиной к Фэн Чу, и линия его тела от спины до талии и далее до ног была изящной и плавной.

Фэн Чу невольно положил руку на впадинку на пояснице Лин И, а затем полностью накрыл его собой, охватив большую часть его тела.

Лин И не чувствовал никакой опасности или, возможно, он никогда не считал Фэн Чу опасным.

Поскольку область живота и талии была очень чувствительной к прикосновениям, от щекотки Лин И невольно рассмеялся, решив, что Фэн Чу с ним играет:

— Господин Фэн, не щиплите меня за поясницу...

Он глубоко погрузился в мягкий матрас, его светло-каштановые волосы рассыпались по подушке цвета полуночно-синего. Затем он услышал слегка хриплый голос Фэн Чу:

— Не волнуйся, я тебя не трону.

В чистых волосах Лин И витал аромат цветков померанца. Фэн Чу одной рукой схватил его за волосы, а другой крепко прижал его тело, не давая вырваться.

Лекарство начало действовать. Лин И сонно зевнул и обнял Фэн Чу за широкие, крепкие плечи обеими руками:

— Господин Фэн...

Фэн Чу поцеловал его в середину лба и, взяв руку Лин И, заставил его потрогать мышцы своего плеча.

Лин И немного стеснялся прикасаться к мощному мужскому телу. Набухшие мышцы вызывали необъяснимое чувство давления. Каждый раз, когда его нежная ладонь касалась очередного места, ему хотелось вырваться из объятий Фэн Чу.

Он не мог точно объяснить, что это было за чувство. Возможно, разница в возрасте между ними была слишком велика, разница в физической силе тоже была огромной. Фэн Чу был в самом расцвете сил, подобный волку и тигру[10], а Лин И только-только расцвел.

Пульсирующие вены на руке ощущались под ладонью. Поскольку он не мог видеть, Лин И часто сомневался, касается ли он тела Фэн Чу или же твердого каменного валуна.

К тому же Фэн Чу обнимал его так крепко, словно хотел вдавить его в свои кости.

Хотя он до сих пор не знал, как выглядит Фэн Чу, Лин И предполагал, что у него, вероятно, смуглая кожа, очень мужественный вид, в отличие от популярной сейчас изысканной красоты. Фэн Чу должен был быть зрелым и статным.

Примерно через полчаса Фэн Чу, держа руку Лин И, заставил его потрогать все нужные места и только тогда тихо спросил:

— Могу я дотронуться до твоей талии?

Ладони Лин И уже давно пылали. Он прижался к плечу Фэн Чу, вдыхая легкий табачный запах, исходивший от мужчины:

— Это ответная любезность?

Фэн Чу ответил:

— Угу.

Лин И не позволил Фэн Чу залезть рукой под одежду. Ладони Фэн Чу были шершавыми, и прикосновение ими к телу в районе талии было бы невыносимым. Можно было только дотронуться через одежду.

Лекарство постепенно подействовало. Лин И сонно закрыл глаза.

Казалось, Лин И погрузился в какой-то сон, и внешние раздражители не могли его разбудить. Даже когда Фэн Чу крепко его обнимал, он совершенно ничего не чувствовал.

Убедившись, что Лин И крепко спит, Фэн Чу достал из шкафа свою пижаму и надел ее.

При свете лампы черты лица Фэн Чу выглядели особенно мужественными. У него была слегка смуглая кожа, высокие надбровные дуги, переносица и нос, глубоко посаженные глаза, что придавало ему суровый и холодный вид.

По сравнению с таким высоким и крепким мужчиной, как Фэн Чу, Лин И под одеялом казался слепленным из снега и лунного света.

Фэн Чу застегнул пуговицы на пижаме. В его руке все еще оставался запах Лин И, легкий, но не исчезавший.

Перед тем как выйти из комнаты, Фэн Чу наконец не сдержался: он взял лицо Лин И в ладони и долго целовал его в обе щеки.

Лин И проспал очень крепко и проснулся в семь утра.

После аварии, лишившей его зрения, его тело стало очень слабым. Это был первый раз за последний год с лишним, когда у него возникла физиологическая реакция.

Лин И с трудом мог объяснить это явление. Если разбираться, то это было нормально: каждый физически здоровый взрослый мужчина в утренние часы испытывает подобное. Давным-давно Лин И не придавал этому особого значения.

На этот раз это внезапно случилось, вероятно, потому что вчера вечером он съел пару устриц.

Ладони Лин И скользнули от ключиц вниз, мимо груди, живота... Тело было теплым и гибким. Вчера Фэн Чу тоже касался его через одежду.

А может быть, это из-за Фэн Чу.

⋘ Предыдущая глава

✦✦✦ Оглавление ✦✦✦

Следующая глава ⋙

В начало

Перевод: Korean Ginseng

(･ω<)☆

Подпишитесь, пожалуйста, на бусти, чтобы поддержать мою работу

☆(>ᴗ•)

Телеграмм: korean_ginseng_novel

Читайте новые главы ➨ Активные переводы

А пока ждёте, то читайте ➨ Законченные переводы