Глава 61 «Не привык к такому Фэн Чу».
В конец
Фэн Чу не спал прошлой ночью и проспал с Лин И до трех часов дня.
Когда он проснулся, Лин И еще спал.
Фэн Чу взял ту самую фотографию Лин И и некоторое время рассматривал ее, сравнивая с нынешним Лин И.
В детстве черты Лин И еще не сформировались окончательно, и он вызывал в сердце ощущения таяния от умиления[1], сейчас же его черты лица стали более изящными. А когда он спал, его лицо выглядело так соблазнительно, будто специально искушало кого-то совершить преступление.
[1] здесь прикольное выражение 萌化人心 ménghuà rénxīn - «Превращать сердца людей в "моэ"» или «"моэ"-изировать человеческие сердца» Здесь фишка в иероглифе 萌 méng - изначально означал «прорастать, давать побеги», но в современном сетевом сленге, пришедшем из японского (через 萌え / moe), оно переняло японское понятие «моэ» - невероятную, трогательную, обаятельную миловидность, которая вызывает сильные положительные эмоции.
Лин И проснулся от его тычка. Сразу после пробуждения он выглядел немного растерянным, потом обнял Фэн Чу за талию покрепче и прижался лицом к его груди:
Фэн Чу очень нравилось, когда Лин И просыпался и нежничал с ним, он ущипнул мягкую кожу на задней части шеи Лин И:
— Мне пора идти, который сейчас час?
Лин И действительно был слегка голоден. На рубашке Фэн Чу были расстегнуты три пуговицы, и щека Лин И как раз оказалась рядом. Он открыл рот и укусил Фэн Чу.
Болью это не назовёшь — даже следа на мускулистом теле Фэн Чу не осталось.
Фэн Чу глубоко вдохнул и поднялся:
— Не балуйся, я приготовлю тебе поесть.
Фэн Чу умел готовить только простые блюда, и так как этот район был слишком удаленный, не успевали доставить еду из отеля свежей.
Он наскоро приготовил два жареных блюда и сварил рис. Обычно Лин И был немного привередлив в еде, но к овощам относился благосклоннее, в основном ел листовые овощи.
Хотя время проведенное в городе С было недолгим, Лин И немного похудел.
Фэн Чу знал, что Лин И не нравилось все, связанное с семьей Лин, поэтому в последние дни его моральное состояние было не лучшим.
Он посмотрел на улицу, сегодня была плохая погода. Когда они спали, на улице уже шел снег, а сейчас снег усиливался, и вечером Лин И, вероятно, не сможет вернуться обратно.
Фэн Чу принес с собой ноутбук, днем он работал в кабинете, а Лин И лежал, устроившись у него на коленях, и отдыхал с закрытыми глазами.
— Господин Фэн, ты ищешь работу?
— Говорят, в конце года работу найти нелегко, — подумав, сказал Лин И. — Я знаком с несколькими руководителями в компании моего отца, может, я устрою тебя на работу в папину компанию?
Фэн Чу потянулся и ущипнул Лин И за щеку:
— Пока не хочу есть мягкий рис[2].
[2] 吃软饭 chī ruǎnfàn - букв. "есть мягкий рис", идиома, означающая жить за чужой счет, особенно о мужчине, живущем на деньги женщины или богатого партнера.
— Тогда я устрою тебя в компанию моего друга?
— Откуда ты знаком с руководителями из компании твоего отца? Несколько лет назад ты еще учился в старшей школе?
Фэн Чу знал, что во многих семьях детям не позволяют рано знакомиться с семейным бизнесом, по крайней мере, до университета или его окончания. То, что Лин И мог уговорить руководителей устроить в компанию сотрудника, вероятно, говорило о немалом влиянии, но, судя по отношению Лин Хуа к Лин И, похоже, они делали это не из-за Лин Хуа.
— На летних каникулах в старшей школе я подрабатывал в компании отца и познакомился со многими людьми».
— Обычные дети ходят на дополнительные занятия, а ты что делал в компании отца?
Лин И не сказал, что ходил создавать проблемы по работе для Су Пэйвань. То, что Су Пэйвань за столько лет так и не смогла официально подняться по статусу, во многом было заслугой Лин И. Если бы ее не загнали в угол, она бы никогда не пошла на такой огромный риск.
— У меня и так неплохие оценки, не нужно было дополнительно заниматься.
Фэн Чу знал, что Лин И хорошо учился, каждый раз занимал первое место в школе. Он не только знал, что Лин И хорошо учился, но и знал, что Лин И в школьные годы постоянно прогуливал.
— Не занимался дополнительно, а на курсы плавания, фортепиано, рисования тоже не ходил?
Лин И перевернулся, нашел удобное положение, устроившись головой на коленях Фэн Чу:
— На каникулах в начальной и средней школе занимался каждый день, в старшей школе уже нет.
В начальной школе Су Пэйвань записала Лин Бо на кучу всяких-разных подготовительных курсов, развивала у ребенка различные интересы, но в итоге Лин Бо ничем не мог заниматься, закатывал истерики и прогонял этих учителей.
Су Пэйвань думала, что все дети такие, как Лин Бо, и уговорила Лин Хуа также нанять Лин И репетиторов, надеясь, что Лин И устроит дома переполох, рассердив Лин Хуа, но в итоге от рисования и каллиграфии до фортепиано и скрипки, Лин И все схватывал на лету, Су Пэйвань за всю свою жизнь не видела такого странного ребенка, как Лин И.
Позже Су Пэйвань обнаружила, что у Лин И не очень хорошо с физкультурой, и уговорила Лин Хуа отдать Лин И на плавание и тхэквондо. К счастью, у Лин И не было таланта в этих областях, он чуть не утонул на уроках плавания, и Су Пэйвань наконец почувствовала некоторое душевное равновесие.
Вдруг зазвонил телефон Лин И, он достал из кармана наушники и надел их.
Мэн Сихуа прислал ему сообщение:
— Лин И, я слышал, ты вернулся в город С? Вернулся и даже не сказал мне. Ты завтра дома? Я зайду к тебе поиграть.
Лин И не знал о снеге на улице, он думал, что сегодня вечером обязательно вернется домой, если не вернется, это может вызвать вопросы от Лин Хуа. Лин И подумал и ответил Мэн Сихуа:
— В последние дни я постоянно слышу, как о тебе говорят. Как твои домашние? — спросил Мэн Сихуа. — Твоя тетя и Су Пэйвань, наверное, каждый день сравнивают тебя с Лин Бо?
Лин И с долей покорности сказал:
— В прошлый раз я видел твою тетю и Чжэн Фэйфэй в одном курортном отеле, они обсуждали одну длинноногую девушку. Говорили, что раз она так хорошо одевается и так красива, наверное, ее содержат. В итоге оказалось, что она дочь владельца отеля, и она тут же велела охране выпроводить твою тетю и Чжэн Фэйфэй, — Мэн Сихуа делился увиденными сплетнями. — В следующий раз, когда они снова будут смеяться над тобой, ты расскажи эту историю, чтобы их осадить.
— Кстати, я недавно познакомился с несколькими парнями, завтра, когда пойду к тебе, взять их с собой? Лин И, если ты тоже любишь парней, я представлю тебя своим симпатичным друзьям. Чжоу Чжиюань лет на восемь-девять старше Лин Бо, а ты найди себе ровесника. Слышал, у пожилых почки слабые и нестояк.[3]
[3] Это разговорное, грубоватое выражение, намекающее на импотенцию. В Традиционной Китайской Медицине почки — символ мужской силы, поэтому их силу или слабость часто используют в выражениях, где надо завуалированно сказать о сексе.
Услышав эти слова от Мэн Сихуа, Лин И слегка опешил.
И тут же сбоку послышался опасный голос мужчины:
— У пожилых почки слабые и нестояк?
Он поспешил отодвинуться от Фэн Чу:
— Господин Фэн, я пойду попью воды.
Фэн Чу налил ему стакан воды и вернулся, но не передал его:
— Завтра увидишься с красавчиками?
Фэн Чу поднес стакан к губам Лин И и дал ему сделать несколько глотков.
Лин И с долей покорности взял стакан и медленно стал пить воду.
В комнате было слишком жарко, Лин И надел куртку и вышел на улицу. На земле лежал тонкий слой снега. Сначала ему показалось, что этот загородный дом очень похож на тот, в котором он жил в детстве, но выйдя наружу, он обнаружил, что снаружи голо и ничего нет, земля была очень ровной.
Лин И все еще помнил, что во дворе его дома росло много цветов и растений, весной и летом всегда стоял ароматный запах трав и цветов. Хотя было очень холодно, Лин И сел на ступеньки.
Меньше чем через пятнадцать минут изнутри вышел Фэн Чу, накинул на плечи Лин И пальто:
— Сегодня снег, поймать такси не получится, вечером не смогу отвезти тебя обратно, ночуй сегодня здесь.
— Господин Фэн, сегодня вечером хотите проверить, насколько вы в себе уверены?
Фэн Чу погладил Лин И по волосам. На них лежало много снега, на одежде тоже было много снежинок:
— Если будешь продолжать шутить, сегодня вечером я действительно заставлю тебя проверить. Не задерживайся на улице, здесь слишком холодно. Давай зайдем внутрь.
Когда Фэн Чу вернулся в кабинет, Лин И пошел в ванную и позвонил Лин Хуа.
Лин Хуа уже вернулся домой из офиса днём и обнаружил, что Лин И нет дома.
Он в тот момент немного разозлился.
Получив звонок от Лин И, Лин Хуа недовольно начал:
— Я только что спросил дядю[4] Мэна, он сказал, что Сихуа сегодня дома играет в игры и никуда не выходил, с кем ты тогда?
[4] шишу 叔叔 shūshu – обращение к мужчине возраста отца или младше.
— Кроме Мэн Сихуа, у тебя еще есть друзья? — усмехнулся Лин Хуа. — Твои одноклассники?
Старшая школа, в которой учился Лин И, не была элитной, хотя одноклассники были очень способными. Лин Хуа считал, что у них нет таких связей, как у одноклассников Лин Бо.
— Папа, мои дружеские связи не требуют твоего вмешательства. В конце концов, Лин Бо никогда не рассказывал тебе, с кем он дружит.
— Если бы ты был здоровым, ходил бы куда хочешь, мне бы и дела не было, — сдерживая раздражение сказал Лин Хуа. — Сейчас скоро Новый год, ты не видишь и еще шатаешься где попало. Разве не боишься, что что-то случится? В канун Нового года, если с тобой опять что-то случится, что люди скажут о нашей семье?
— Папа боится, что люди обнаружат, что ты плохо обо мне заботишься? — Лин И вдруг рассмеялся. — Сегодня сильный снег, я сегодня ночую не дома.
— Ты с тем телохранителем, которого нанял?
Лин И опешил, прежде чем сообразил, что «телохранитель» в устах Лин Хуа, вероятно, означает Фэн Чу.
То, что Фэн Чу появился в тот вечер, определенно дошло до ушей Су Пэйвань и Лин Хуа. Что думали посторонние, как Су Пэйвань приукрасила это Лин Хуа, Лин И не знал.
— Если ты заводишь нормальные дружеские связи, я абсолютно не буду вмешиваться, но если у тебя появятся чувства к какому-то человеку непонятного происхождения…
— Папа, не мсти невиновным людям.
— Если ты будешь вести себя прилично и не опозоришь семью, я абсолютно ничего ему не сделаю. — Лин Хуа фыркнул. — Иначе я сегодня же велю секретарю разузнать всю информацию о нём, чтобы он больше никогда не смог найти работу.
Лин И не знал, когда Фэн Чу здесь появился, только услышав голос, он понял, что тот рядом.
Лин И положил телефон в карман:
— Господин Фэн, вы все слышали.
— Характер твоего отца и твой характер отличаются как небо и земля.
— Я похож на маму, — Лин И вдруг сказал. — Господин Фэн, после того, как на Новый год мы вернемся и навестим вашу бабушку, давайте разведемся.
Лицо Фэн Чу мгновенно стало мрачным:
Лин И совершенно не осознавал опасности, он умыл лицо холодной водой у раковины:
— Если из-за меня папа станет мстить и вам или будет преследовать, мне будет очень стыдно.
— Все это мелочи, я не придаю им значения.
Лин И вытер лицо салфеткой, уголки его глаз были слегка красными, кончик носа тоже был красным:
— И потом, мы изначально вступили в брак по договоренности, без какой-либо эмоциональной основы, такой брак изначально не может долго продлиться.
Едва он закончил говорить, Фэн Чу внезапно схватил Лин И за лицо и нагнулся для поцелуя.
Затем он подхватил Лин И за бедра и поднял. Фэн Чу целовал его крайне грубо. Одной рукой держал Лин И, другой сильно сжал его подбородок, заставляя Лин И открыть рот и отвечать ему.
Лин И задохнулся от поцелуя, дышать было трудно. Язык болел от того, как Фэн Чу его терзал, но тот не отпускал его. Наоборот, действия стали еще грубее, он стащил с Лин И свитер и оставил глубокие следы укусов на его шее и ключицах.
Глаза Фэн Чу покраснели, его взгляд упал на прекрасное лицо Лин И, потерявшем дар речи:
— Лин И, впредь нельзя больше поднимать тему развода. Мы абсолютно не можем развестись, с твоим отцом я разберусь.
Фэн Чу действительно сильно любил Лин И, поэтому просто не мог слышать, как Лин И предлагает развод, по какой бы то ни было причине.
Характер у Лин И был мягким, что бы ни случилось, он предпочитал решать проблемы мягко. Поэтому сегодняшнее поведение Фэн Чу действительно заставило его чувствовать себя не очень комфортно.
Остаток дня Лин И не проронил ни слова. Вечером он пошел спать в маленькую спальню. Фэн Чу опоздал всего на мгновение, и Лин И закрыл дверь прямо перед ним.
На самом деле злиться должен был он — ведь именно ему предложили развод. Но Фэн Чу знал, что он многое скрывал от Лин И, чувствовал себя виноватым. К тому же в ванной он действительно перегнул палку и, возможно, даже повредил бедро Лин И.
— Эта кровать слишком маленькая, господин Фэн. Эта вилла такая большая, наверняка есть и другие спальни? Идите спать в другую спальню, я хочу принять душ.
— Ну ладно, но, кажется, краны с холодной и горячей водой в ванной этой спальни сломаны, ты можешь обжечься.
— Тогда я сегодня вечером не буду мыться, я уже мылся утром.
— Ты не взял с собой пижаму, спать в свитере вредно для сна, я принесу тебе пижаму, — Фэн Чу постучал в дверь. — Лин И, открой дверь, я занесу.
— Не надо, ваша пижама мне слишком велика, — Лин И сказал: — Я буду спать без одежды.
— Если спать ночью без одежды, можно простудиться.
Фэн Чу знал, что на этот раз Лин И испугался. Если бы всё произошло естественно, Лин И, возможно, и не отказался бы. Но если всё происходит насильственно, Лин И наверняка мог почувствовать страх и даже отторжение.
Сейчас Лин И ничего не видит, он может чувствовать себя менее защищенным, чем обычные люди, любое дуновение ветра может вызвать у него напряжение, беспокойство и даже тревогу.
— В комнате высокая температура, я укрыт одеялом и не простужусь.
Лин И у двери услышал, как снаружи донеслись шаги, Фэн Чу, должно быть, ушел, и он временно вздохнул с облегчением.
Меньше чем через две минуты шаги раздались снова:
— Лин И, я положил пижаму на пол, не забудь открыть дверь и взять ее. Я знаю, что сейчас ты не хочешь меня видеть. О некоторых вещах мы поговорим завтра, спокойной ночи.
Кончик языка Лин И был прикушен и кровоточил, до сих пор слегка болел. Плечи, бедра и талия — все места, которые Фэн Чу сильно сжимал, очень ныли.
Дело было не в том, что Лин И боялся боли, а в том, что он не привык к такому Фэн Чу — сильному и безжалостному, производящему глубокое давящее впечатление.
Он открыл дверь и уже собирался присесть, чтобы нащупать, где лежит пижама. Как вдруг его за плечо обхватила рука, тело резко взмыло в воздух. Фэн Чу подхватил Лин И на руки и отнес на большую кровать в другую спальню.
Фэн Чу поцеловал Лин И в уголок губ:
— В том, что произошло сегодня, виноват я, не сердись.
— Не должен был причинять Сяо И боль, — низкий и хриплый голос Фэн Чу был тихим, одной рукой он стащил свитер Лин И и начал массировать следы от пальцев на его плечах. — У меня слишком много сил, в следующий раз нужно быть нежнее.
✦✦✦ Оглавление ✦✦✦
В начало
Перевод: Korean Ginseng
Подпишитесь, пожалуйста, на бусти, чтобы поддержать мою работу
Телеграмм: korean_ginseng_novel