Травма гиперопеки
Травма лишения достаточно хитрая. Или по-другому, как чаще всего ее называют, травма гиперопеки.
Героем нашей истории — мужчина по имени Игорь.
Игорь работает автомехаником, по выходным пьет пиво с друзьями и не задумывается о высоких истинах.
Он простой человек с простыми потребностями, не хватает звезд с неба и не стремится достичь в жизни каких-либо высот.
На работе он обычный сотрудник, не стремящийся ни к какому повышению, хотя начальство уверено, что он мог бы достичь большего.
Игорь встает в шесть утра и едет в автомастерскую. В восемь утра он уже вовсю трудится над очередным автомобилем, а в девять часов вечера, задержавшись дольше положенного, идет домой, где варит себе пол пачки пельменей и, посмотрев вечерние новости, ложится спать.
Иногда он играет с друзьями в «танки», но чаще смотрит что-нибудь ненапряжное по телевизору и больше не делает ничего.
Игорь давно не женат — жена ушла от него, видя его тотальное равнодушие к жизни.
Новую любовь Игорь не встретил, да и не пытался этого сделать.
Игоря все устраивает так, как есть. И дни его, похожие один на другой и проходящие в привычной рутине, совершенно его не напрягают.
Игорь не замечает, с каким интересом смотрит на него работница кафе, куда он ходит на обед — да и как он заметит, если половину обеда занят исключительно попыткой понять, а что бы ему вообще хотелось съесть и голоден ли он?
Игорь не знает, что о его таланте к ремонту авто знает половина города и многие автомастерские с радостью бы взяли его на работу — он просто делает то, что умеет, на автомате. И никогда не задумывался о том, хотел ли бы он чего-то другого. Игорь уже забыл, когда о чем-то мечтал и к чему-то стремился.
Мать Игоря тяжело вздыхает, когда он приходит к ней.
Красивый, одаренный, умный мальчик — ей всегда казалось, что он должен прожить яркую и интересную жизнь, и она всячески старалась ему в этом помочь.
- Нет, Игореша, ты не будешь играть с Колей, - говорила она и отводила его в другой конец песочницы — Он мальчик плохой и невоспитанный, а ты у меня вон какой молодец! Нельзя тебе с Колей дружить, играй лучше с Данечкой.
Игореша сопротивлялся и бежал к Коле. Мама сердилась и уводила его с площадки совсем.
- Нет, Игореша, это слишком светлая футболочка, такие только девочки носят. Вот, мама выбрала для тебя мальчишескую! - говорила она, забирая у него очередную желтую вещь в магазине и одевая его исключительно в «приличный синий».
Игореша попытался сопротивляться, но мама плакала и обвиняла его в неблагодарности. Мама знает лучше. Мама желает ему добра. Он должен это понять, а иначе что он за сын такой?
- Ну, Игореша, какие танцы! - смеялась она, когда сыну было уже семь. - Танцы — для девчонок, а ты у меня — богатырь! Настоящий мужчина! А настоящий мужчина должен ходить на бокс.
И Игорь, проклиная все на свете и тайком танцуя перед зеркалом в своей комнате, занятие за занятием получал титулы «не мужика», «слабака» и «тюфяка», ведь жестокий спорт совершенно не привлекал его и не находил отклика в его душе.
- Стихи? Игорь, ну какие могут быть стихи! - кричала его мама, когда он посвятил стихотворение красивой девочке во втором классе. - Мальчишка должен быть сильным и смелым, а все поэты, как один, алкоголики и сопляки!
Мама рассказывала про «настоящих мужчин» так уверенно, что Игорь понимал — он обязательно должен стать одним из них. Настоящие мужчины, судя по рассказам мамы, ничего не должны были чувствовать, и Игорь учился скрывать свою эмоциональность.
Так было во всем. Мама всегда знала, что лучше для ее сына. Всегда предлагала стоящую альтернативу для того, чтобы он вырос «настоящим мужчиной» и «успешным человеком».
Вместо рисования — автошкола. Вместо свиданий с девочками — курсы в престижном университете. Вместо панковской компании, к которой он примкнул, лишь бы почувствовать вкус жизни — мамина истерика с сердечным приступом и учеба на одни пятерки в институте.
Игорь привык быть хорошим и удобным сыном, быстро усвоив, что мама всегда знает, как лучше. А его выбор интересов, круга общения и стиля в одежде всегда ошибочен.
Мама всегда была рядом и направляла каждый его шаг, и если он вдруг сходил с обозначенной дороги, картинно сползала по стене на пол и просила вызвать ей скорую. Неблагодарный сын опять довел ее до приступа. Она ведь желает добра. Она знает, каким он должен быть, чтобы преуспеть, и ничего другого ему не положено!
- Ну в кого ты у меня такой? - вздыхает мама, стоя у окна. - Ни семьи, ни целей, сплошная апатия. Вон у Верки сын недавно на повышение пошел, дом построил, а ты что? Мне уж помирать скоро, а я даже внуков не увидела.
Игорь тяжело вздыхает и не знает, что сказать.
Он не знает даже, чем хотел бы заняться на выходных, какие уж тут цели?
Он бы и рад спросить совета у мамы, да только мама и сама теперь не знает, что пошло не так.
«Может, и правда надо было разрешить ему ходить на танцы?» - сетует она в разговорах с подружками.
Да только момент давно упущен, а Игорь уже и не помнит, чего хотел в далеком детстве, и жизнь его течет своим размеренным чередом. И нет в ней места ни каким-то особым желаниям, ни каким-то особым стремлениям.
Если бы Игорь не разучился слышать себя, то он бы, конечно, понял, что все еще хочет танцевать.
Он бы, конечно, увидел в себе живого и творческого человека, который с радостью бы посвятил себя живописи или писательству.
Или понял бы, что больше, чем ремонтировать автомобили, ему нравится их красить и рисовать на них интересные изображения, и даже, может быть, занял бы первые места на каких-нибудь выставках со своими работами.
И, определенно, заработал бы больше и большего достиг.
И конечно, он бы обратил внимание на красивую девушку в кафе и посвятил ей стихи, или, может быть, никогда бы не дал лодке своей семейной жизни разбиться о скалы обыденности и серости — если бы не привык игнорировать свои желания и порывы и не был настолько «глух» к своим потребностям.
Когда ребенка не слышат, когда обесценивают его потребности и не учитывают его психологические или физические особенности, пытаясь сделать из него совершенно другого человека, удобного для родителей или же такого, который будет соответствовать образу «настоящей женщины» или «настоящего мужчины», он становится пассивным и глухим к собственным желаниям, не знающим, чего он на самом деле хочет от жизни. И вяло движущимся в ее потоке, не сопротивляясь и не пытаясь плыть против течения.
Игорь просто не знает, чего он хочет, потому что разучился слышать себя самого.
В психотерапевтической работе такой Игорь постепенно будет учиться заново осознавать свои желания и потребности. От «примитивных», вроде «хочу сейчас пойти и выпить кофе», до более «сложных», вроде желания снова заняться живописью, попробовать себя в роли повара или написать несколько рифмованных строк.
И понемногу, научившись снова чувствовать себя и свои потребности, начнет выбираться из своего кокона и жить яркой жизнью.
Увидев, что его желания на самом деле важны и получив поддержку, он научится поддерживать себя самостоятельно и верить в себя. И жизнь его изменится кардинально, ведь он начнет активно проявлять себя и выстраивать реальность в соответствии со своими истинными представлениями.
Существуют и другие травмы детства, определяющие поведение людей во взрослом возрасте, о них вы можете узнать в следующих постах:
"Травма покинутости" - https://teletype.in/@eremenk.o/HfKTsfr_K8X
"Травма отвержения" - https://teletype.in/@eremenk.o/rdoaJqQOhw7
"Травма предательства" - https://teletype.in/@eremenk.o/vGIQlznHsFj
"Травма нарцисса" - https://teletype.in/@eremenk.o/D3KSm5E_mhn
"Травма насилия" - https://teletype.in/@eremenk.o/M-NFC86I4b0
"Травма несправедливости" - https://teletype.in/@eremenk.o/28ZIEPebBVJ
"Сценарий жизни и детские травмы" - https://teletype.in/@eremenk.o/R8eihxi0DGW
По этим ссылкам вы можете более подробно ознакомиться с другими детскими травмами и о том, как они могут отражаться во взрослой жизни.
Если вы узнали себя в одном из них и готовы освободиться от их влияния, обращайтесь в нашу службу заботы - @Eremenkozabota
Мы поможем вам подобрать курс, на котором вы сможете поработать с травмами и другими программами, которые мешают вам жить полной жизнью. И вернуть себе свою самоценность, состояние свободы, полноценности, независимости и неуязвимости.