Проба пера #1.3

Прошло всего две недели с момента встречи с неожиданной гостьей, а Мира уже убедилась, что слова той не были пусканием пыли в глаза или же бравадой ветерана.


Первый её разговор с Сидом той ночью начался с его бессвязной болтовни и извинений. Мире даже пришлось дать ему прослушать запись её беседы с Ингрид, которую она произвела на всякий случай, перед тем, как он, наконец, серьёзно взглянул на неё.

— Думаю, ты лучше, чем кто-либо другой в мире, кроме, может быть, моей матери, представляет, каков мой характер, — сказал он. — Жажда как-то реализоваться, стать чем-то большим, чем очередной человек, которому было суждено родиться в семье Бейнов, всегда была для меня основным источником мотивации. Жизнь отдельно от Семьи, общение со столичным народом и... — он слегка смутился, — твоё влияние, конечно, научили меня, что бросаться дуром в непонятные авантюры и почёсывать чувство превосходства — не лучший способ для этого.

Польщённая неожиданным замечанием Мира почувствовала, что её щёки слегка покраснели, но упрямо встряхнула головой. Сид продолжал:

— Но то, что говорила Ингрид, имеет смысл. Это относится к изменению политической и социальной ситуации из-за возврата огромного количества солдат с форпостов на территорию Империи, а также с тем, что происходило в прошлые периоды перемирия, — его лицо стало серьёзным. — Я знаю, что ты собираешься написать домой в связи с произошедшими событиями. Не потому, что я нарушаю верность тебе, а потому что действительно опасаешься за меня — теперь, наверное, ещё больше. Сделай это. У меня тоже есть что сообщить моей Семье. Я пока что попытаюсь прощупать, что думают об этом другие студенты, а также мои знакомые, уже облечённые властью. Хотя их не так уж чтобы много, — закончил он слегка неразборчиво.

За время дальнейшего общения ей так и не удалось вытащить из Сида ничего конкретного, он только сознался, что Ингрид накидала ему настолько много легко проверяемых намёков, что ему было бы слишком стыдно, если бы оказалось, что он просто не смог распознать очевидную ложь.

Разговор, впрочем, закончился на весёлой ноте, потому что, когда они ложились досыпать до утра, Сид между делом заметил, что всегда относился к ней скорее как к сестре, немного надоедливой, но справедливой и понимающей. Нервное напряжение, копившееся всё время, с момента, как Мира проснулась посреди ночи, выплеснулось в форме форменной истерики, вплоть до полившихся из её глаз слёз.

Он сперва не понял и неловко попытался успокоить её, но когда Мира, наконец, перестала трястись от смеха и устроилась под одеялом на боку, а Сид привычно прижался к её спине и приобнял одной рукой, она тихонько прошептала: "Братик, не туда...", и снова залилась смехом, когда подскочивший жених стал уверять её, что он совсем не то имел в виду. Нормально насладиться друг другом они смогли только уже совсем к рассвету, когда напряжение немного отпустило Миру.


В любом случае, сам по себе Сид, даже впечатлившийся внезапно чьими-то яркими и многообещающими словами, действительно уже не был простофилей, которого достаточно было просто поманить пальчиком без каких-либо дополнительных объяснений и доказательств.

Проблема была в том, что в среднем пассивное состояние общества и властных структур столицы теперь резко и непредсказуемо менялось. Непосредственно военные действия уже давно не разворачивались рядом с центральными мирами Империи, слишком далеко они находились от стандартных изученных остальным человечеством гиперориентиров и маршрутов.

Несколько добравшихся до них в своё время флотов представляли собой громадные экспедиционные соединения, вынужденные проводить большую исследовательскую работу по пути, просто чтобы сориентироваться после отклонения от обычных маршрутов. Часть из них нанесла значительный ущерб и распалила общественные настроения. В итоге, после того, как Империя титаническим напряжением сил по инициативе СтратаКора сформировала несколько новых военно-промышленных комплексов, вынесенных гораздо ближе к расположению конфедерации, а также громадной чёрной дыре, являвшейся одним из основных местных ориентиров, обнаружимых из гипера, она надолго захватила инициативу во втором витке конфликта. Противникам требовалось разведать другие, круговые безопасные маршруты, обустроить там базы снабжения и развернуть научную работу, чтобы нащупать новый путь к планетам Империи, который мог бы использоваться достаточно тяжёлыми кораблями.

Мира вообще всегда удивлялась тому, что этот конфликт вяло длился уже больше столетия в мире, где контроль над гиперпространственными перелётами находился на уровне бросания дротиков в абсолютной темноте. Допустим, траектория была известна, допустим, дротик мог слегка корректировать своё положение в определённых пределах, чтобы не потерять связь со своей Вселенной и иметь возможность вернуться (в большей части случаев). Но мишень всё равно находилась в лучшем случае на расстоянии нескольких световых лет. И, как удалось выяснить на примере той же Империи, далеко не всегда была неподвижной.

Наверное, трудно представить, насколько несколько веков назад обрадовался экипаж тому, что совершенно неожиданная ошибка в оценке дальности перехода привела вовсе не к обычному исчезновению исследовательского корабля, а просто выбросила их чуть-чуть дальше (всего-то на тысчонку-другую световых лет), чем любую известную экспедицию до этого. Зато результат их последующих слаженных работ в течении нескольких лет был заметен и признавался уже всеми, став одних из подтверждений того, что исследователи прошлого были настоящими титанами, не чета нынешним белым халатам.

Основываясь только на записях бортовых самописцев и оснащении экспедиционного корабля, команда смогла установить место, куда их забросило (чуть более дальняя от центра часть галактической ветви), и вывести примерную модель произошедшего, хоть и оказавшуюся в дальнейшем неверной в общем случае. Какая-то капризная складка надпространства совпала с продолжением той простой траектории, которую их гиперстабилизатор мог отслеживать. На тот момент считалось, что любой гипермаршрут мог существовать только тогда, когда одна из достаточно простых моделей привязки его к реальному пространству подтверждалась теоретическими наблюдениями либо с помощью долгого перемещения экспедиции в реальном пространстве, либо постепенно удлиняющимися поочерёдными скачками. При обнаружении любых складок или искривлений, маршрут сразу отбрасывался (стоит ли говорить, что гибель экипажей исследовательских кораблей происходила довольно часто).

Часть переносимых кораблём тяжёлых сквозных зондов, содержавшая всю информацию об экспедиции, по той же счастливой случайности проследовала одним из примерно вычисленных путей обратно в заселённое пространство, смогла грубо сориентироваться на зону наблюдения, предназначенную специально для таких случаев, и была обнаружена. И, наконец, ещё одна безумная команда исследователей повторила путь первопроходцев и встретилась с ними, когда припасы тех, несмотря на регенерацию, у��е подходили к концу, а системы жизнеобеспечения почти достигли предела выносливости. Они уже готовились к отчаянному прыжку обратно, только не могли окончательно выбрать модель, которой следовать.

Эта часть пространства с точки зрения гиперперемещений оказалась устроена так же просто и плоско, как уже заселённая человечеством в эпоху Первых Шагов. Несколько миров вполне подходили для жизни или требовали минимальной адаптации среды... Вот только когда начальная фаза проекта заселения практически завершилась, и строительство местной инфраструктуры зашло уже достаточно далеко, несколько кораблей потерялись в пути и стало понятно, что проводимость маршрута резко изменилась. Хотя он и не закрылся полностью, теперь только минималистические инфозонды с данными могли просочиться через него при условии определённой удачи.

То, что после будущего разобщения и нового объединения станет называться Империей (конкретное наименование менялось довольно регулярно, от пафосного изначального варианта — Империя Первопроходцев, до фамилии правящего в текущий момент семейства в более поздние времена), начало свой одинокий путь, и только спустя ещё несколько веков усовершенствование технологий позволило проложить новые полноценные маршруты. Только вот оказалось, что Империя не спешит вливаться в радостно сосуществующий конгломерат Миров Людей (точно так же, как и многие из них уже не испытывали особой радости от вечного пребывания в нём).

Что же в итоге привело к началу войны, кроме факта, что верхушка конфедерации считала руководство всеми людскими цивилизациями своим священным долгом и исторической неизбежностью, Мира понять не могла. По данным из курса истории в какой-то момент разногласия в подходе к проведению торговых операций вызвали резкую военную эскалацию, завершившуюся разрушением пересадочной и обслуживающей космической станции, принадлежавшей одному из основных торговых партнёров Империи. Выдача конкретного ответственного лица и вообще полноценное расследование задержались, а имперская эскадра была изгнана из пространства конфедерации значительно более сильным соединением. За этим последовал разрыв дипломатических отношений и рост напряжённости, который и привел цивилизацию людей к текущему положению.


Мира оставила размышления о прошлом, выйдя в обеденный зал, и быстро обнаружила стол со своими подругами — его легко было узнать по широченной спине основного (на текущий момент) парня Риа. Не вполне понятно, как его пристроили к обедам в этом корпусе. Вероятно, не обошлось без участия Ханны. Но он был четырьмя годами старше их, уже состоял на правительственной службе и дружил с Сидом. Такой шанс нельзя было упускать, даже если бы он стоил ей приёма пищи.

Мира решительно направилась прямо к ним.

Today
by Gwellir
0
11
Drafts

Проба пера #1.2

Мира не запомнила, что ей снилось, но казалось, что это скорее было что-то приятное, может быть, детские воспоминания, что-то яркое и чистое. Кажется, она смеялась. Она в полусне подняла руку и протерла слегка увлажнившийся глаз. Неожиданно до неё донеслось сдавленное хихиканье.

Мира удивлённо обвела тёмную комнату взглядом. Может быть, она не до конца проснулась? Звук повторился. Кажется, он доносился из прихожей... Сид вернулся? Часов в её поле зрения не было, а наручный терминал остался в ванной. Девушка поднялась из кресла, нацепила тапочки и направилась ко входу в дом.

До неё донёсся неразборчивый голос Сида. Видимо, он привёл с собой приятеля. Ей неожиданно стало неудобно, что она вторглась в его нечастый свободный от неё вечер. К тому же она была слишком легко одета. Мира неуверенно застыла практически на пороге прихожей.

— Мистер Бейн, вас не учили хорошим манерам? — донёсся до неё явно женский голос, за которым последовало то же самое знакомое хихиканье.

Остатки сонливости тут же покинули Миру, она сделала шаг в прихожую, не успев даже задуматься. В большом настенном зеркале отражались двое — незнакомая девушка обнимала Сида за шею, а он как-то странно неуверенно держал руки у неё на талии.

Мира пару секунд пыталась разобраться с тем, что же не так в этой, казалось бы, уже максимально неправильной ситуации, параллельно ощущая, как у неё перехватывает дыхание, а улыбка, с которой она проснулась, переходит во что-то другое, больше напоминающее оскал. Неожиданно незнакомка тоже перевела глаза на поверхность зеркала, и Мира была готова поклясться, что на лице у той на секунду тоже промелькнула удовлетворённая улыбка, направленная ей.

— Милый, ты не говорил мне, что нас будет трое... — не раскрывая объятий, гаденько проворковала девушка, пожалуй, самую пошлую фразу, которую Мира слышала в жизни.

Ощущение чуждости происходящего усилилось, Мира ощутила, что теперь у неё самым настоящим образом грозит отвалиться челюсть. Сид тоже застыл на месте, а его взгляд, судя по всему, упал на её обувь и прислонённый к стене глайдборд. Она вдруг поняла, откуда ей знакомо это его лицо — такое беззащитное и неопределённое выражение всегда всплывало, когда он трезвел после нечастых серьёзных попоек.

Как всегда неожиданно, к Мире вернулась способность рационально мыслить. Столичные нравы сильно отличались от того, к чему привыкли они в своих Семьях. С точки зрения этой шм... ну, то есть, досточтимой военнослужащей, она, вполне возможно, не совершала бы ничего предосудительного, даже если бы Сид сообщил ей, что он женат. А женат он ещё в любом случае не был. С другой стороны, картина всё равно не складывалась, так как от Сида изначально не было заметно особого энтузиазма. Возможно, он поугас по пути, а может быть, его компаньон специально устроила всю эту сцену.

Мира наконец вспомнила расшифровку обозначений на форме их гостьи — звание было относительно невысоким, как и у всех оперативников, а вот такого уровня имплантации ей ещё не встречалось. Четыре красиво загнутых полоски, продублированные на коже под ухом на самом краю челюсти, показывали, что в ней осталось не особо много человеческого. Следовательно, ни опьянеть, ни случайно пропустить факт того, что в доме есть кто-то третий, она не могла. Это если база данных не выдала ей сразу всю информацию о семейном положении Сида при первом взгляде на него. Жаль только, что выдрать сучке волосы тоже, по всей видимости, не получится, даже если они с Сидом будут тянуть вдвоём.

Совмещая таким образом анализ происходящего и выпуск пара, Мира, наконец, вышла в прихожую и воззрилась на парочку напрямую.

— Здравствуйте, офицер. Вы, я так понимаю, один из участников обменной программы? — учтиво завела она разговор голосом на несколько тонов ниже её обычного.

Сид наконец встрепенулся, воровато покосился на свою невесту, но понял, что она не собирается устраивать сцену сразу.

— Да, Мира, познакомься, это специальный офицер Ингрид Спаркс, буквально только что с фронта. Курьер привёз её только два дня назад, — зачастил он. — У неё весьма специфическое чувство юмора, как ты могла заметить.

Он освободился из объятий.

— Мисс Спаркс, позвольте представить мою невесту — Миру Тёрн. Я не предполагал, что у меня будет возможность познакомить вас сегодня, так как она собиралась уехать к родным на выходные, но... — он вИдимо сбился с мысли и закашлялся.

— Да, планы пришлось отменить, мой дядя неожиданно сорвался на совещание в другое полушарие, а с тётей Мэй у нас куда более прохладные отношения, ты же знаешь, — она дружелюбно улыбнулась Сиду, когда почувствовала, что её голос слегка задрожал. — Я думала устроить тебе сюрприз.

Кашель усилился. Выражение лица их гостьи стало заметно более кислым.

— Э-эх, даже никакой сцены, — разочарованно протянула она. — Измельчали что-то женщины. В старые времена мне бы уже пяток дуэлей назначили на этой вашей сходке.

— Возможно, их отпугивает ваш ранг, Ингрид? — Мира приложила палец к своей челюсти с левой стороны.

— А, так кто-то на самом деле помнит нас? — В глазах Ингрид снова зажёгся интерес, теперь другого рода.

— О Разрушителях рассказывают в курсе истории ГВА; правда, знаки различия, я думаю, показывали всего один раз, поэтому я и не смогла вспомнить сразу.

— Сразу... — Ингрид хмыкнула, а затем указала на приглядывавшегося к её шее Сида. — Твой жених, например, так и не опознал их за несколько часов. А ты забавная девочка, Мира.

Та немного смутилась, но подумала и решила пойти ва-банк.

— Мисс Спаркс, раз уж мой жених пригласил вас в свой дом, я не буду поступать невежливо и вмешиваться в его дела. Здесь есть очень приличная гостевая спальня с полным набором удобств. Я могу приготовить ужин... или завтрак, не знаю, что лучше подойдёт к этому часу.

Сид удивлённо воззрился на неё, а вот на губах Ингрид промелькнула казавшаяся неожиданно искренней мимолётная улыбка. Она пристально взглянула на Миру.

— Благодарю, но нет. Если тебя не затруднит, я бы обошлась стаканом воды.

Когда Мира стремительно напялила на себя сброшенное на кухне платье и вернулась со стаканом в руке, Сид уже исчез где-то в доме. Она вздохнула.

Ингрид не спускала с неё глаз всё время, пока пила. Мире даже стало несколько неудобно стоять и ждать.

— Спасибо, — сказала девушка (которая была намного старше, чем казалась, как поняла Мира). — Не проводишь меня до дороги? Я вызвала свой транспорт.

— Конечно, — ответила та после секундного размышления.


***


Несколько минут пути прошли в молчании, а когда девушки достигли дороги, Мира решила всё-таки подвести итог их встречи.

— Мисс Спаркс, я могу понять вашу тягу к молодым и наивным парням, которых не касалась война, но всё же прошу по крайней мере не провоцировать настолько... — она запнулась, пытаясь сформулировать свою мысль доходчиво. Посчитает ли вообще ветеран её просьбу чем-то, имеющим значение? Имеет ли она право требовать оставить её жениха в покое, если сама считает их брак навязанным вопреки их пожеланиям?

Гостья снова изучала её, скосив глаза. Тёмный силуэт вынырнул с полосы шоссе и с еле слышным свистом закатился в карман, где стояли девушки. То, что выглядело, как компактный чёрный ящик с двумя колёсами, неспешно разложилось в спортивный мотоцикл. Ингрид повернулась спиной к дороге и присела на него.

— Я понимаю, что ты имеешь в виду, девочка, но, к сожалению, помочь тебе ничем не могу. Мне нужен именно Сид Бейн, не как парень, конечно, а как член его семьи, как общественно активный студент Академии с широким набором связей, — Она улыбнулась. — Я не интересуюсь скандальными изменами, но ты можешь быть уверена, он сам придёт ко мне. Возможно, он слегка избыточно увлёкся сегодня вечером, но дело было не в моём теле или чувстве юмора, а в том, что я ему предложила.

— Ч-что? — еле слышно выдавила Мира?

— Действие, Власть, Судьбу, — отчеканила Ингрид. — Ты и сама знаешь, что его привлекает.

— Он... не настолько наивен...

— Посмотрим, — мечтательная улыбка застыла на губах девушки, которая встала и перекинула ногу через седло мотоцикла. — Да, знаешь, что? Мира, бросай его и поехали со мной! Прямо сейчас. В отличие от него, ты мне и на самом деле нравишься.

Мира отступила назад от её протянутой руки и замотала головой. В её голове только что промелькнула мысль о том, что будет, если всё-таки неожиданно решиться и сесть позади этой странной женщины. Она так и не смогла разобраться в своей реакции на это предложение, и сама себя испугалась.

Ингрид рассмеялась в ответ на её поведение, вернула руку на руль и сорвалась с места. Выезжая на трассу, она подрезала другую машину — раздался возмущённый скрип тормозов, но мотоцикл, приподнявшись на пару секунд на заднее колесо, только продолжал ускоряться в бешеном темпе, пока не исчез за поворотом.

April 23, 2019
by Gwellir
0
5
Drafts

Проба пера #1

Юная Мира вышла из здания Главной Военной Академии гордо подняв голову и, чётко печатая шаг, направилась к группе своих подруг. Она подумала, как эпично такое событие могло бы быть описано в мемуарах какого-нибудь отставного вояки лет через пятьдесят и ухмыльнулась. Происходящее с ней, с другой стороны, представляло собой максимально далёкое от чего-то подобного — здание хоть и принадлежало ГВА, но располагалось на противоположном (в основном промышленной застройки) конце города от основного сияющего комплекса зданий, раскинувшегося на несколько квадратных километров, и вызывающе пронзавшего небеса угловыми корпусами и центральной башней.

Выход, через который прошла Мира, представлял собой маленькую заднюю дверку, единственное достоинство которой состояло в том, что она выходила прямо к мостику, перекинутому через подзаросший ручей к остаткам парка, который когда-то окружал это здание (но после проведения всех реноваций уменьшился до нескольких десятков деревьев, сгруппированных в уголке, который пока что никому не был нужен).

Плюсом было то, что другие студенты здесь почти не ходили, а минусом, понятно, была их причина этого не делать — сквер упирался в фабричные корпуса, и чтобы попасть отсюда на транспортную развязку, нужно было либо делать крюк в несколько километров, либо обходить здание старого Отдельного корпуса обратно. (Собственно, кратчайший путь лежал бы через дверь, которую она только что покинула).

Даже её осанка была тщательно выработанной привычкой, а шаг — следствием ношения форменной обуви с приличными каблуками.

Мысленно уничтожив таким образом любые шансы обстановки на переход в любое состояние, отличного от обыденного, она выбросила из головы свой запутавшийся поток мыслей и махнула рукой подругам. Коротковолосая Риа, единственная из них, получавшая профессию, непосредственно связанную с войной (разведкой, если быть точной) приподняла руку в ответ, скосила глаза на часы и решительно направилась по мостику ей навстречу.

— Слушай, Мира, я убегаю, меня уже три компании позвали на сходку в честь перевода в ГВА первой группы вернувшихся с фронта офицеров, для переквалификации и обмена опытом. Говорят, что один из них вроде бы вообще этернал, представляешь?! — она горячо взмахнула руками и театрально распахнула глаза.

Мира скептически покосилась на неё. Считанные единицы считались достойными применения безумно дорогой технологии продления жизни, которую энтузиасты сразу поспешили назвать Вечностью.

— Ладно, держи свой интерфейс, я попросила знакомого умельца затюнить его по максимуму, — она протянула ей прибор в виде хитро выгнутой дужки, ближе всего напоминавший наушники. — Не думала, что кому-то может понадобиться такая пропускная способность для учебных машин, но у вас, Семейных, свои забавы.

Пока Мира пыталась вспомнить умельца, про которого скорее всего говорила Риа (она каждый раз обязательно приводила показывать своих парней), та уже практически исчезла из виду, хотя и, наверное, расслышала запоздалое "Спасибо" от подруги.

Оставшаяся на месте Ханна, как всегда, пребывала в каком-то своём мире. Специалисты по военному праву вообще были отдельной кастой, даже внутри разнообразного мирка Академии, но Ханна, скорее всего, и не знала об этом. Она только недавно начала специализированное обучение в этом корпусе, и прибилась к их компании, вероятно, только потому, что попалась под руку Риа невовремя.

На самом деле она уже неплохо разбиралась в своём деле, и даже помогала друзьям по небольшим вопросам, типа смены комнаты в общежитии или оптимального распределения разрешённых прогулов.

Мира подозревала, что Риа именно за этим и положила на неё глаз, и после того, как она это поняла, её стало несколько неудобно общаться с Ханной. Та, правда, не подавала виду, даже если и что-то замечала. Встречались они в любом случае довольно-таки редко.

Они немного рассказали друг другу о том, как прошёл день. Затем Мира спросила, ждёт ли её собеседница каких-то вечерних дополнительных занятий.

Ханна слегка подправила аугментационные очки (по какой-то причине она никогда их не снимала при людях) и ответила:

— Да нет, честно говоря, я думала тоже съездить на ту вечеринку, — она застенчиво улыбнулась. — Не хотела просто влезать в водоворот, который всегда вьётся около Риа.

Мира слегка приподняла бровь от неожиданности, но смутилась и кашлянула.

— На самом деле, мне в любом случае придётся работать с людьми, возвращающимися с фронта, раз уж настало очередное вынужденное перемирие, — продолжила Ханна, казалось, не замечая замешательства подруги. — Я решила, что неплохо бы пообщаться и понять, что они и их интересы из себя представляют.

Выражение её лица стало слегка смешным от сосредоточенности. Но Мире смешно не было. Даже эта её подружка, которая, как могло иногда показаться, вообще не имела своей воли, готовилась и меняла свою жизнь в соответствии со своими намерениями. Не то чтобы этого нельзя было сказать и про неё саму, но...

Мира несколько поспешно выпроводила Ханну навстречу её будущему, настаивая, что Риа уже давно нашла себе транспорт и теперь она просто теряет здесь время напрасно.

Мира теперь стояла одна и уже несколько минут смотрела в речушку невидящим взглядом. Её наручный терминал завибрировал, и она взглянула на сообщение от своего жениха. Она и так знала, что там будет.

"Извини, нас тут срочно построили организовывать встречу ветеранов. Я бы постарался добраться до дома как можно скорее, но меня догнали и возложили повышенные обязательства. Чёртов статус! Я же не виноват, что родился в своей семье, правда? Впрочем... мы бы тогда могли никогда не встретиться, Мира! В любом случае, тебе же на этих выходных нужно навестить родственников, так что ты успеешь зайти только к себе. Я обязательно постараюсь наверстать в будущем. Целую, твой Сид."

Поездка к родственникам отменилась буквально час назад, но в данной ситуации это не имело никакого значения. Если она сообщит ему об этом, она только поставит его в неудобное положение, заставив ещё больше извиняться за исполнение обязанностей, которые ему уже всё равно навязали. Раз уж то, что было между ними, пока что нельзя было назвать любовью, нужно было быть осторожными и хотя бы придерживаться приличий. Умолчание всегда было сомнительным действием, почти ложью, но её учили относиться к этому спокойно. Пусть он получит удовольствие, свободно погуляв со своей знакомой компанией. Он всегда так старательно предлагал ей пойти с ним на любые события, что его друзья уже могли считать его подкаблучником.

Она могла что угодно думать о своём намечавшемся браке, но Сид всегда исполнял свою сторону обязательств. Собственно, с тех пор, как они практически съехались по указанию своих семейств, он сильно изменил свои нравы, подстроившись к ней. Сначала ей казалось, что его разум витает где-то в облаках (типичная черта для мужчин его Семьи), строя планы покорения столичной жизни, но само наличие рядом живой, тёплой и спокойной невесты, казалось, возвращало его на грешную землю (как и расчитывали старшие поколения). Не то ч��обы ей хотелось рушить его мечты, но для полётов сначала надо разобраться, куда в итоге садиться.

Нет, она вовсе не ненавидела его, её с самого рождения готовили к роли помощницы (которая, впрочем, вполне могла построить и свою карьеру). Иногда только вид людей, не связанных старыми чужими обязательствами, вызывал у неё чувство тоски. Но она знала неплохое средство от этого.

Мира прошла через парк, прошла некоторое расстояние между фабричными корпусами, оглянулась и достала из заплечной сумки спортивный глайдборд. Это для управления им ей требовался инфотерминал с повышенной пропускной способностью. Сколько ей стоил сам глайдборд и регулярно заканчивавшиеся топливные элементы, она предпочитала не вспоминать. Но даже ограниченное её содержание и стипендия были вполне приличными средствами, если не шиковать во всём остальном.

Она нацепила терминал и защиту суставов, и встала на доску. Включившиеся двигатели подняли облачко пыли и разбросали по сторонам мусор.

Даже не проверив с обычной тщательностью обратную связь с системой управления вектором тяги, она сорвалась с места и направилась на свой любимый длинный маршрут.

***

Уставшая Мира сидела в халате, свернувшись в клубочек в удобном кресле в доме Сида. Чашка с остывающим чаем стояла на столике рядом.

Она не собиралась заезжать к жениху, но опомнилась только когда спрыгнула с глайдборда у его порога. Поездка с прекрасно настроенным управляющим интерфейсом принесла ей необычно много удовольствия, но дело было, конечно, ещё и в том, что она уже очень давно не развлекала себя этим занятием.

Пилить несколько километров в обход к своему дому ей уже не особо хотелось, да и топливный элемент практически выработался. Она решила остаться тут, принять душ, спокойно поспать и сделать сюрприз Сиду, который к утру наконец заявится домой.

С умиротворённой улыбкой на губах она незаметно погрузилась в сон.

April 22, 2019
by Gwellir
0
5
Drafts

Проба пера #0

> be няша


> be rather cute


> be участвовать в эксперименте по выведению ультимативного аксела со стороны Империи в пику тупым конфедератам, которые выставили непонятную оверперформаншу, которая somewhat наводит ужас


> с самого детства развлекаться мнемообучением, тренировками и участием в групповых боях, сначала без тоже тренировочных, а потом тоже насмерть


> изучение техник подавления психики и принуждения в самом разгаре


> все в достаточной степени поехавшие крышечкой семейства и лаборатории выставили своих кандидатов и кандидаток


> и теперь смотрят как те растут и учатся всё лучше убивать друг друга

> конечно же, изначально составлен всё более и более уточняемый рейтинг потенциальных возможностей, и более сильные группы кормят ненужными

> выживших ненужных сливают с более сильными на замену их погибших и тоже перемешивают


> няша тоже растёт посреди этого безумия и уже достаточно высоко пролезла, для того, что выглядит её крышей


значительная часть народа уже сошла с ума, часть на подходе, но няша вроде бы пока что держится (насколько это возможно для такой обстановки)


> настают последние этапы, все они прошли тренировки с самыми элитными доступными инструкторами, и вообще участвующие организации вовсю пользуются воцарившимся временным перемирием (после того, как стороны обменялись ударами, немного выходящими за пределы разумного и понятного)


> группа няши не выходит победителем из последнего соревнования, но сама она выживает, потому что собственно соревнование было посвящено больше выполнениям заданий, чем убийствам


> появляется покровитель няши, который редко, но всё же навещает её, чтобы сказать, что её ждёт высокая миссия

> покровитель патпатает няшу, но та резко отбрасывает его к стене, и в ярости чуть не убивает

> сорвавшись, орёт на него, что она-то им всем покажет, как только доберётся


> но тот только тихонечко смеётся, лёжа в углу


> няша доживает до последнего эвента - десматча среди выживших до последнего

> многие организаторы противятся этому, потому что велик риск убить многих уже не потенциально, а действительно реализовавшихся сильных кандидатов


> тем не менее, поединок назначается

> часть организаторов на данный момент подозревает выставивших няшу в её не вполне полноценной человечности и вообще читорстве (ха-ха)

> опять жы, надо поддерживать престиж


> к последнему мясу происходит вообще много странных смертей кандидатов от менее влиятельных партий


> няшу старательно прячут, и в последний момент высаживают на подъездах к арене, даже с небольшой охраной


> на пути их встречает засада с тяжёлым вооружением, установленными минами и несколькими ветеранами боевых действий


> на арене некоторое время назад уже должен был начаться матч, последние оставшиеся в живых ждут сигнала, уже относительно привычные к тому, что им приходится убивать вчерашних друзей


> собравшиеся получают новости и понимают, что няша, видимо уже не придёт


> няша приходит, залитая прожарившейся кровью, и в практически уничтоженном боевом костюме


(мы можем узнавать некоторые сёноновые тропцы)


> няша оглядывает окрестности арены, знающие люди, понятно, находятся в полном ахуе


> няша сначала хмыкает, а потом начинает заливисто смеяться, она падает на колени, из её глаз текут слёзы, а она всё продолжает ржать, пока не начинает задыхаться


> за её спиной из рядов зрителей выходит её покровитель

> говорит, "можешь начинать показывать, теперь ты свободна"

> няша сначала не верит, но потом понимает, что её больше не сдерживает психоконтроль


> она обводит участников и всех, собравшихся вокруг, уже совсем другим взглядом


> всё более и более безумным, голодным взглядом


> она мило улыбается, раздаётся сигнал к бою, и все участники бросаются на неё


> ...


> дымящиеся развалины арены, везде опалённые куски тел и оружия, участников, организаторов и их охраны


> няша сжимает в руке подаренный ей её покровителем на последнем году обучения меч

> меч слегка извивается в её руке, в нём пробегают отблески чего-то, напоминающего бесконечные переплетённые металлические цепи


> она поворачивается к своему покровителю, который всё стоит на том же месте за её спиной, хотя место уже и сложно узнать


> её ярость ещё не удовлетворена

> покровительница снимает с себя капюшон, улыбается до ушей и разводит руки в стороны


> няша изо всех сил рубит её вместе с остатками стены позади, вырезая кусок земли на несколько метров вглубь


> она уже знает, что это бессмысленно, знает с тех пор, как засада не смогла её уничтожить, несмотря ни на какие ранения и превосходство в вооружении


> покровительнице похуй


> её уже некому узнать, но это <Третья> (имя изменено) - единственный на тот момент Прайм Империи


> они некоторое время стоят так, а потом <Третья> делает приглашающий жест и уходит, развернувшись спиной

> няша понимает, что вновь в состоянии контролировать себя, и вообще в отличном самочувствии

> она некоторое время смотрит вслед <Третьей>, а затем уходит в ту же сторону


> занавес приквела


> be няша


> get even prettier


> во всяком случае, с точки зрения акселов

> тело стало выглядеть более мускулистым и плотным после нескольких месяцев, прошедших в более спокойной обстановке

> няша вообще выходит из подросткового возраста


> няша и её покровитель едут на неофициальную встречу с Императором

> няша наслаждается покоем, который омывает её сознание

> обалденный контраст с её состоянием на вчерашнем задании по устранению остатков неугодных семей, устроивших тот бесчеловечный эксперимент

> она вспоминает, как в бою её охватывала ярость, которую не унять, пока последний враг не упадёт мёртвым


> няша умиротворённо улыбается

> <Третья> спрашивает, какое состояние больше нравится няше

> няша мило склоняет голову набок и прикладывает палец к губе

> няша смущенно пожимает плечами, параллельно наслаждаясь внимательным взглядом своего Мастера


> <Третья> усмехается и прикрывает глаза

- Формально сегодня ты изображаешь моего телохранителя, но помни о списке приоритетных людей. Я не хочу, чтобы кто-то из них погиб в твоей случайной вспышке плохого настроения.

> няша вздрагивает, когда <Третья> направляет на неё краткий взгляд из-под брови и быстро кивает

- Конечно, мастер, Император не пострадает ни при каком раскладе.

- Ты можешь убить всех остальных, кто нападёт на тебя без его приказа... Но сегодня этого произойти не должно. Пока что нет. Они только нащупывают почву.


> транспорт прибывает в одну из резиденций Императора

> строгая охрана изымает у няши бластер и активный наручный щит, та, конечно, не сопротивляется

> <Третью> проводят в приёмную и собираются пропустить к Императору одну, но тот неожиданно отдаёт другую команду, и няшу тоже просят войти

> няша и Мастер проходят внутрь, Император располагается в полутьме у окна, рядом с ним стоит неотлучный персональный телохранитель, по углам комнаты расставлена остальная охрана


> Он некоторое время продолжает смотреть в окно, а потом поворачивается и видит пришедших, застывших на полу в коленопреклонённых позах

- Впечатляющее проявление покорности, <Третья>. Тебе самой никогда не бывает противно соблюдать формальности?

- Формальный путь всегда прост и логичен, Мой Император. Мне ничего не стоит преклонить колено.

- Хорошо, можешь оставить эту чушь. Встань и расскажи, есть ли значимые отклонения в идущем плане реформации.


> <Третья> встаёт с пола.

- Нет, Император, ничего особо важного. Мы также завершили подчистку людей, которых Вы предоставили нам для придания эффектного вида развалинам арены. Легенду о Супер-Акселе можно считать зарождённой...


- Хорошо, подробности я получил в твоём еженедельном отчёте. Если ты считаешь, что всё идёт по плану, мне достаточно твоего слова.

- Достаточно для чего?

> Оба смеются её шутке. Император с младых лет обучен подозревать всех своих советников и доверенных лиц в первую очередь.

> Особенно <Третью>, человека, носящего бремя связи со Стратегической Системой Империи, хранящей отпечатки памяти прошлых поколений военных командиров, историю операций и текущие данные с фронтов подзатихшей войны

> никто теперь уже не может сказать, чего в ней больше


> Император поворачивается к няше, которая всё ещё стоит, преклонив колено

- Так ты и есть тот самый Легендарный аксел, которого мы выставим на поле боя, как нашего гладиатора?

- Да, мой Император.

> Он садится на край стола и некоторое время смотрит на неё, что-то прикидывая.


- Скажи мне, <няша>, где лежит твоя верность?

- В служении Вам, мой Император.

> Он вздыхает.

- <Третья>, в первый и единственный раз меня не интересует лесть и похвалы. Я хочу попытаться понять тебя, или, если это уже невозможно, хотя бы поговорить с кем-то, кого ты вырастила под своим влиянием. Не верю, что преклонённые колени или отсутствие оружия способны помешать кому-либо из вас убивать.

> Та улыбается.

- Встань, <няша>. Отвечай ему честно, насколько это возможно.

> Няша спокойно встаёт с колена и смотрит Ему в глаза.

> В его лице отражается понимание.


<второй занавес приквела>


> няша спокойно стоит перед Императором, не испытывая никаких особенных эмоций, но пауза несколько затягивается

не то чтобы она сомневалась в своих чувствах, просто это вопрос, настоящий ответ на который она никогда не пыталась заключить в слова

с чего ей, собственно, начать? обычные доклады имели строгую форму, а её разговоры с Мастером та строила в своём неповторимом стиле (как теперь понимала няша, адаптируясь к её коммуникативным возможностям)

разговоры в их бывшем тесном сообществе подопытных кроликов обычно просто не становились настолько абстрактными


> Лёгкая улыбка начинает блуждать на губах Императора

- Ну хорошо, допустим, я поверю. Зайдём с самого начала. <няша>. Значат ли для тебя что-то слова: "верность", "честь"... "любовь", наконец?

- Я знакома с их словарными значениями. В обучении часто использовались подобные понятия. только я не вполне понимала, как мы должны были ими пользоваться...

Она почесала нос.

- Впрочем, нет, то, что мы называли любовью, применялось довольно часто.


> - В смысле занятий сексом?

- Да, Император, но не только. Нас многократно предупреждали, что хотя привязанность и взаимопонимание помогают работать в команде, они же в избыточном количестве могут обернуться и причиной провала.

- Это должно быть очень полезным предупреждением в условиях ротации составов команд, которые регулярно дерутся между собой насмерть...

Няша не смогла полноценно различить эмоцию, след которой промелькнул на Его лице.

- Безусловно, да. Я не раз видела, как люди, недавно проводившие время друг с другом, имели проблемы с выполнением задач на поле боя. Психологическая настройка приоритетов должна была бы избавлять от этой ерунды, но не всегда она срабатывала идеально.

Голос няши стал несколько грустным.


> - Тебя это совсем не касалось и не трогало?

- Нет, почему же, там была одна девушка. Сначала мне казалось, что она сильно опасается меня, но потом мы оказались в одной команде, и у неё всегда была интересная идея или совет для тренировок. Она вообще была очень общительной и милой. Плюс, будучи на три года старше нашего среднего состава, она имела некоторый сознательный опыт того, что вы бы назвали нормальной жизнью.

- Вы сошлись?

- Да, оказалось, что секс с интересным партнёром - не такая уж унылая штука. И она знала много забавных трюков.

Няша мечтательно улыбнулась.

- Я правильно понимаю, что это не могло закончиться хорошо?


> - Ну почему же, в итоге я убила её. Думаю, правда, что в бою после следующей ротации я была ближе всего к смерти... Нет, не на самом деле, конечно, теперь-то я понимаю, что это чушь, но тогда мне так показалось. Она неплохо исследовала мои типичные шаблоны действий, да и всех остальных, с кем близко общалась. У неё была широкая душа.

Няша на секунду задумалась, прикрыв левое веко.

- Мы увидели друг друга одновременно, и на меня нашло что-то странное, когда она улыбнулась мне, совсем как каждый день наших встреч до этого. Я задумалась, какое ещё действие я могу предпринять, кроме как попытаться убить с максимально возможной эффективностью. Она выстрелила сразу, ведь она уже знала, где я нахожусь в соответствии с тактическим планом, но почему-то не попала мне в голову - почему, я так и не могу понять, стреляла она всегда на высшем уровне. После этого мне уже не нужно было думать, моя рука навелась автоматически, спасибо Мастеру.

Она коротко поклонилась в направлении окна, где тихонько примостилась <Третья>.


> - Знаете, теперь, поразмыслив, я, пожалуй, могу сформулировать своё отношение к Мастеру...

Неожиданно на плечи и голову няши навалилась невероятная тяжесть, дыхание перехватило, а колени стали подгибаться. Она попыталась сопротивляться, но её придавило вниз и впечатало в тёплую, но жёсткую поверхность пола. Многие суставы протестующе захрустели, а часть вообще дислоцировалась.

Защитная система зафиксировала её в своих грубых объятиях.

Один из охранников вышел из угла, аккуратно сжимая браслет на своём запястье.

- Невероятно, мой Император, Вы до сих пор слушаете эти жалостливые истории. Неужели Вы не понимаете, что СтратаКор пытается играть на ваших чувствах? В любом случае, даже если судьба этой девочки достойна сожаления, нельзя забывать, что она оружие, создана таким и таким останется, служа тому, у кого есть ключи управления! Вы же слышите, что она говорит! Ни ей, ни её хозяйке нельзя верить ни в коем случае. Кто знает, чем она по факту вооружена? Я изначально не одобрял ваше желание встретиться и с ней тоже, а теперь, как ваш начальник охраны, должен убрать её отсюда немедленно.


> - Возможно, это была не лучшая идея, Линг, - вставила <Третья>, прежде, чем Император успел прокомментировать происходящее.

Она внимательно следила за отражением комнаты в окне. В сердце придавленной к полу няши снова закипала бесконтрольная ярость.


<занавес>


> няша лежала на полу и ощущала прокатывающиеся по её сознанию обжигающие волны ярости

Глупцы, они посмели напасть на неё, причинить ей боль и теперь думали, что это сойдёт им с рук?

Они считали, что она в их власти, если они поставили несколько генераторов барьеров?

Няша сплюнула кровью, сочащейся из пробитой её же зубами щеки

Кажется, у неё выбито из сустава одно из плеч... ерунда

Она ощутила, как течение времени растягивается для неё, услужливо предоставляя ей момент для планирования, КАК УБИТЬ ИХ ВСЕХ

Между её грудью и полом от тела няши стремительно стал отделяться её персональный вариативный меч. Отдельные цепочки протекали под ней, незаметно обволакивая правую руку. Мечу было все равно, что разрушать, он одинаково безразлично проходил и сквозь сверхпрочное покрытие пола, и через её кожу

Няша развернула псевдозрение, отбирая оптимальные углы и последовательность атаки.


> Кто был самой опасной целью? Она вспомнила, что действительно тяжелое вооружение должно быть у личной телохранительницы Императора. Кто представлял непосредственную опасность прямо сейчас?.. Она удивилась странной пустоте, которую получила в ответ.

Няша рефлекторно открыла глаз и неожиданно упёрлась взглядом в знакомое лицо. Полупрозрачное и непривычно выглядевшее в отражённом виде лицо её Мастера. Что же оно выражало? Кажется... презрение? Нет, что-то не настолько интенсивное. Может быть, сожаление или печаль...

Няша вспомнила, что происходило в данный момент. Не было никакой атаки, никто на самом деле не пытался её убить. Тяжёлое вооружение в любом случае невозможно было использовать в этой небольшой комнате. Глупые люди просто делали то, чего от них хотела <Третья>. Будет ли она такой же глупой? Нет, это было непозволительно. Мастер сказала, что не потребует многого, только слегка прикладывать голову тогда, когда Она попросит.

Меч свернулся и снова растворился в тканях её тела. Время пошло прежним ходом. Тело няши расслабилось. Люди в комнате остались в безопасности. По крайней мере, пока...


> Император перевёл задумчивый взгляд на <Третью>, которая теперь слегка улыбалась.

- Линг, отпусти её и проводи наших гостей на выход. Я увидел всё, что должен был.

Начальник охраны, запнувшийся посреди продолжавшегося монолога, уставился на Него.

- Это приказ, Линг.

Он обратился к <Третьей>:

- Я хочу услышать предупреждение о проведении эксперимента с новым типом гипердвигателя как минимум за неделю. Могут возникнуть проблемы с согласованием расхода энергии.

- Я всё понимаю, Мой Император, необходимые документы с официальным запросом к энергетикам уже направлены на рассмотрение в Сенат.

Няша медленно поднялась с пола. Непривычное для неё платье теперь было разорвано в нескольких местах, не выдержав работы системы обездвиживания. Она слегка неловко поклонилась Императору, правая рука неуклюже свисала вдоль тела.

- Погоди, - Он поднял руку, затем перегнулся через стол и сорвал свою традиционную мантию со спинки кресла, - не хочу, чтобы про мои аудиенции рассказывали сомнительные истории.

Он накинул мантию на плечи застывшей няше.

- Я полагаю, тебе потребуется медицинская помощь? Направляйтесь в мою медслужбу, сейчас же.

- Благодарю за заботу, Мой Император, но это не понадобится, - ответила няша и спокойно запахнула мантию обеими руками, состроив безмятежную улыбку.

Он пригляделся внимательнее - её поза перестала быть искривлённой, а кровоподтёк на щеке исчез.

- Вот как... Что ж, тогда доброго вам пути.

Няша и <Третья> поклонились ещё раз и отбыли в сопровождении Линга, разъярённого, но довольного тем, что аудиенция с непонятной гостьей всё-таки завершилась.

Император опустился в кресло и опёрся подбородком на сложенные руки.


> Почти сразу Император жестом принял вызов от своего рассерженного секретаря.

- Начальник охраны своей властью отменил ближайшие назначенные встречи, сославшись на возникшую потенциально опасную ситуацию? Нет, не имеет значения, только передайте советнику по энергетике, что я рассмотрю проект в ближайшее время, он может ожидать скорого согласования. Остальных распределите на ближайшую неделю на своё усмотрение.

Секретарь продолжал говорить ещё несколько минут, но Император уже встал со своего кресла и стремительно подошёл к телохранителю, которая изучала что-то на полу перед столом.

- Да, заранее благодарю вас за вашу неизменно прекрасную работу!.. - Он отключил связь, пригляделся к полу и обратился к охраннице:

- Таис, ты заметила какие-либо следы достаточного выхода энергии, чтобы повредить монопокрытие подобным образом?

- Сложно говорить определённо после того светопреставления, что устроил Линг, но мне ничего не бросилось в глаза. В любом случае, подобное вооружение должно было быть отфильтровано на входе в резиденцию.

Император несколько секунд размышлял, а потом подал Таис жест и отправился к незаметной двери в дальнем углу приёмной.

- Эту комнату не использовать в ближайшее время, натрави мою персональную исследовательскую службу, пусть выжмут что могут из этого куска, а потом восстановят максимально близко по виду. Предпочтительно не перезаливать полностью, для этого потребуется разобрать полэтажа.

Пара вступила в небольшую лифтовую кабину, которая плавно направилась вниз.


> Император молчал весь путь вниз. Также не произнося ни слова он прошёл по короткому коридору и вошёл в карантинную камеру. Таис тенью следовала за ним.

Он решительно начал скидывать с себя одежду, а затем проследовал в одиночную сканирующую камеру. Взгляд Таис он, как обычно, проигнорировал. Не её виной было, что её привязанность опиралась в том числе и на смесь сильнейших эмоциональных драйверов, включая материнский инстинкт, сексуальное влечение и чёрт знает что ещё.

Таис заняла соседнюю камеру почти сразу за ним. Некоторое время исследовательская аппаратура тщательно изучала состав кожной поверхности и карту излучений их тел, одновременно подтверждая их личности и отсеивая потенциальные сканеры. Затем камеры открылись с другой стороны.

Они вышли в секретную зону, зажмурились и подняли руки, разведя их в стороны. Установленная здесь техника быстро соткала поверх их тел простые одеяния, напоминавшие балахоны.

- Что-нибудь, кроме модуля звукозаписи, который на меня подсадили в Сенате три дня назад?

- Ничего, Император, он изъят, как вы и приказали.

- Пусть секретники проверят, что последний съём данных прошёл в плановое время. Я отдохну у себя некоторое время.

Они подошли к личным покоям Императора. Он сначала прошёл внутрь, не обращая внимания на склонившуюся Таис, которая строгим взглядом окинула молодого охранника, нёсшего караул у дверей, но затем неожиданно окликнул её изнутри.

Телохранитель зашла в комнату вслед за ним. Император, сидевший на диване, указал ей на кресло напротив. Она закрыла дверь и расположилась в нём.


> - Что ты думаешь об этой девочке, которую приводила <Третья>? - спросил он. - Особенно в разрезе того, что мы не смогли получить никаких конкретных данных о нашей же операции с ареной, несмотря на все усилия.

Она некоторое время помолчала, взвешивая данные.

- Честно говоря, теперь, увидев её, я сомневаюсь, что она аксел, и вообще физически человек хоть в какой-то мере. Каждый раз, когда мы подозревали СтратаКор в нечестности перед Вами, эти подозрения не оправдывались. Думаю, что и теперь она буквально создала эквивалент того, что нам показывали враги, как и обещала военному министерству с Сенатом. Теперь-то мы практически уверены, что они создали что-то невероятное.

Губы Императора слегка дрогнули. Таис смутилась.

- Да, я помню, как мы говорили о происходящем пару лет назад, когда я соглашалась со всеми вашими советниками в том, что СтратаКор участвует в безнадёжном политическом бою, и её ситуация только усугубилась, когда она отразила атаку на один из спальных миров, которую никто не ожидал, действуя вопреки прямым указаниям военного министерства. И тем более ей не могли дать укрепить своё положение засчёт этой афёры с выведением супервоина, когда она предлагала поручить разработку непосредственно себе.

- Да, они набросились на эту идею всем скопом, особенно те, кто засиделся на центральной планете, расчитывая устроиться поудобнее. Особенно когда проект получил особое разрешение не стесняться со стороны нравственности. Они решили, что им простят всё, если они родят результат. Правда, вышло, что никто не стал защищать остатки этих семей, когда верхушка их самоликвидировалась вместе с проектом.

- Поэтому Вы тогда и настояли на неучастии ваших ближайших родственников?

- Да, я устранился, сказав, что искушение будет слишком велико, и текущая императорская семья должна стоять над соревнованием, - он тихонько хихикнул.


> - Кстати, ты никогда не задумывалась о том, почему из столичной планеты вышла такая идеальная банка с пауками, Таис?

- Ну, я, конечно, изучала историю в рамках курса Военной Академии, нам тогда говорили, что традиция удалять официальные резиденции семей в миры вторичной значимости была предложена для того, чтобы распределить возможные цели в виде руководящих структур, и вообще децентрализовать аппарат управления Империей. Это происходило в один из спокойных моментов, когда власть Императора максимально ослабла, и тогдашний Сенат стремился закрепить этот результат.

Она на секунду задумалась.

- Но впоследствии оказалось, что столичная планета приобрела ещё большее значение, как точка притяжения для всех амбициозных деятелей, так как основные армейские и финансовые структуры так и не смогли переместиться и рассредоточиться за тот спокойный период, если вообще собирались. Тогда как в соответствии с установившимся законом Семьи теперь должны были приносить детей и изначально обучать их в родных мирах. И теперь в столицу на руководящие посты попадали только те, кто мечтал реализоваться и принести пользу (допустим, Империи).

- А рассматривался ли в пределах курса вопрос, с какого заметного события началось это разделение?

- Нет, отмечалась только эпоха.

Император откинулся на спинку дивана.

- Я расскажу тебе одну сказку, Таис.

Та приподняла бровь, но тут же опомнилась и приготовилась слушать.


> - Давным-давно, когда наши предки только ещё закреплялись в этом уголке Галактики, они попытались создать универсальную стратегическую систему, которая бы помогала им в ведении космических боёв, аккумулировала бы опыт поколений командиров и вообще обеспечила бы им если не мирную, то хотя бы наполненную победами жизнь на многие поколения.

Это была в целом, конечно, неплохая идея. Но вот только на том уровне технологий они не могли на самом деле реализовать её. Нет, конечно, непосредственное ведение боёв и общефронтовой учёт были компьютеризированы довольно давно. Эти части им даже удалось несколько улучшить, несколько приблизив понимание командиров и использовавшиеся для анализа алгоритмы друг к другу. Собственно, основным выхлопом и стали системы имплантов, ускорявших взаимодействие человека и машин. Непосредственный анализ мозговой деятельности и данных по стратегическим решениям в ту эпоху так и не привёл к прорывным результатам.

Император встал и прошёл несколько шагов по комнате.

- Буквально пару веков назад один из исследователей поднял данные, копившиеся и обрабатывавшиеся до тех пор, и вывел странные внутренние закономерности в них, которые никак не использовались, поскольку система просто не могла самостоятельно их заметить и применить, всех в основном интересовали оценки вероятности удачи того или иного плана, которые прогоняли через неё для того, чтобы ничего не упустить. О произошедшем тогда на самом деле ничего больше особо не известно, поскольку дальнейшие исследования были сразу засекречены и сохранены в месте, которое было затем практически полностью уничтожено.

Ясно одно, тот исследователь стал первым человеческим оператором того, что назвало себя Стратегическим Ядром. На протяжении примерно пятидесяти лет оно не проявляло особой самостоятельности, и с готовностью участвовало в планировании боевых операций, не интересуясь внутренней политикой и вообще чем-либо ещё, будучи, как считалось, полностью отделённым от планетарных боевых и наблюдательных структур.

Потом настал тот самый период, про который велась речь в курсе истории. Чтобы не мучать тебя подробностями, скажу лишь, что группа заговорщиков, пользуясь неопределённым состоянием и политикой властных структур, подвела носитель тяжелых торпед на антиматерии прямо к планете во время парада. Планетарное АМ-оружие тогда находилось в периоде испытаний, и вообще по большей части считалось совершенно варварским решением (собственно, как и сейчас).

Заговорщики начали передачу своего обращения к властям параллельно с ударом по стратегическому центру - его вынесли в относительно пустую зону, что не спасло два ближайших города от смывания в океан, а планету - от наступления ядерной зимы, когда боеголовка в сопровождении средств прорыва достигла её поверхности. Впрочем, заговорщики погибли чуть раньше, поскольку по команде СтратаКора орбитальные средства защиты и дежурные корабли обстреляли их через примерно пять секунд после начала их атаки. Возможно, это было самое короткое обращение террористов в истории.

После этого было принято то самое решение, а затем перед следующей Императрицей через примерно десятилетие, в разгар усугубившегося кризиса, появился новый носитель связи с Ядром в сопровождении небольшой группы военных. Выяснилось, что основная система СтратаКора уже некоторое время не располагался там, где считалось. С тех пор каждый носитель договаривается с каждым Императором, и они ведут себя далеко не так наивно.

- Договаривается о чём? - тихо спросила Таис.

- В договоре всего несколько пунктов: первый - Император принимает на себя заботу о том, чтобы политическая обстановка не усложняла работу по военной защите; второй - все обитатели столичной планеты, состоящие в управляющих или военных структурах, считаются добровольно принявшими на себя обязательства по обеспечению её процветания - вплоть до отдачи своей жизни. СтратаКор же гарантирует Императору жизнь, благополучие и удачное проведение невоенных реформ.

Император присел обратно на диван.


- На данный момент Ядро довольно прилично разбирается в политике, и разумное поведение Императора практически не расходится с тем, что требуется ему. Но это, как ты понимаешь, приводит к интересной проблеме.

Император задумчиво смотрел на Таис.

- А теперь, судя по всему, <Третья> нашла себе действительно интересного соперника, и готовит почву для оптимизации управляющих структур Империи...

- Отсюда и ваши планы по устранению команды ближайших соратников <Третьей> из последнего этапа военных действий?

- У меня нет выбора, это практически последний шанс сохранить баланс сил, если не пытаться выйти в свет и дискредитировать СтратаКор целиком. Вот только... - он замолчал и закусил губу.

<Третья>, казалось, дремавшая в машине, которая стремительно уносила их с няшей в космопорт, приоткрыла глаза и взглянула на часы. Скоро несколько фигур, которые знали, до чего дотянулась она и её соперники, и планировали использовать это знание для изменения своего политического веса, исчезнут с доски. Остальные предупреждены и понимают необходимость сохранения тайны. Ей необходимо время и силы исследовательской машины Империи. Главное - не ввергнуть никого в панику и не допустить неосторожных решений. Придётся постараться.

April 22, 2019
by Gwellir
0
1
Drafts

Я Считал, что Относительно Спокойно Живу Своей Жизнью, но Вы Скоро Заметите Ошибку в Моих Рассуждениях. Несколько Раз.

Глава-интерлюдия-бонус-что-то-там

Элли тихонько посапывала во сне, положив голову на колени Майка, который сидел на ковре в комнате Айшу, прислонившись к стене. Было очень сомнительно, что её метаболизм позволил ей настолько опьянеть, насколько она старалась показать за несколько минут до этого. Но сейчас, похоже, усталость от долгого дня, проведённого в тренировках с другим акселом, взяла своё. Майк допивал второй стаканчик настойки и слегка поглаживал свою спящую подругу по голове.

Айшу после половинки стакана обессиленно лежала на диване, иногда прикрывая глаза — поддерживание наблюдательной формации вымотало её, но теперь прибыла защитная группа Альфы, приписанная к школе (также являвшейся координационным центром), во главе с Энн Майро. Они развернули свои системы наблюдения и расставили магов по ключевым позициям, и Айшу, наконец, могла отдохнуть.

Кейт, подпиравшая стену у окна, задумчиво потягивала напиток, переводя взгляд между Рэй и Майком, который, кажется, при близком знакомстве заинтересовал её. Она немного стеснялась этого, не подозревая, как на самом деле широки взгляды Эльвиры.

Рэй забралась с ногами в кресло и сидела там с закрытыми глазами. Разговоры, связанные с более близким знакомством собравшихся с Кейт (она оказалась гораздо более милой, чем образ, который она старательно строила) и прочим обменом любезностями, закончились некоторое время назад, но пока что никто не спешил перейти к обсуждению небывалых событий последних дней. Состоявшие на общественной службе Айшу, Майк и Элли испытывали естественное давление со стороны своих контент-фильтров, и не особо хотели начинать беседу, к тому же среди погибших во взрыве оказалась их общая знакомая из службы охраны. Ниик не считала, что Рэй должна производить впечатление души компании (и вроде бы её скромное молчание помогло избавиться от избыточного пиетета Кейт перед ней), в итоге Кейт оказалась единственной, кто мог бы перейти к этому.

Видимо, поняв это, та слегка кашлянула и спросила:

— Ну как вам? В этом сезоне вроде бы получилась очень хорошая партия.

— Прекрасно, — ответил Майк, — вкус странный, но знакомый, я практически уверен, что пробовал эти ягоды... Там ещё была какая-то история про инопланетную культуру.

— Ксирксианская вишня, Администратор как-то достала для нас несколько банок, мы тогда только отходили от практически пресного социального питания, — прокомментировала Айшу, — значит, Рауссы и есть те единственные, кому Ксиркс передал право на её выращивание у нас в секторе?

— Да, — Кейт заметно обрадовалась, что они немного знают её историю, — наша Семья изначально зародилась там, в Независимом мире... Ну, впрочем, выбора-то у них особого не было, на Окраине тогда делились зоны влияния, и требовались боевые возможности, как космические, так и наземные.

Она немного смутилась.

— Ну а мы на самом-то деле — потомки тех, кто отделился, пожелав покоя. В своё время Рауссы перебрались на Гоэрам и стали одной из головных магических династий сектора.

Ниик знала немного больше, чем этот краткий пересказ довольно кровавой истории побега остатков менее ориентированной на боевые возможности ветви семьи Эссен, которую руководство старшей ветви неожиданно решило засунуть в развязанную ими мясорубку. Тогда Ксиркс сохранился только благодаря невероятной изворотливости своего правительства, которое умудрилось мгновенно продаться с потрохами Праймам, как раз (по чистой, конечно же, случайности) терраформировавшим ближайший сектор, который чуть позже стал называться Гоэрамом. Сам мир остался независимым только формально, и даже несколько страдал от отсутствия типичной инфраструктуры. Тем, кто потом стал называться Рауссами, повезло несколько больше, чем самим Эссенам, которые по всем признакам потеряли единство, влияние, и, самое главное, бесценный инструментальный проектор, лежавший в основе любой независимой Семьи.

Смысла доносить всю эту информацию до невинного ребёнка переродившейся династии, которая действительно стремилась следовать изначальному предназначению магии, не было, конечно же, абсолютно никакого.

— Но, погоди, — озадаченно сказал Майк. — Как они вообще использовали магию на независимом мире? Там же нет Кольца и эмиттеров инструментальной сети.

Озадаченное лицо Кейт подсказало, что она не особо задумывалась об этой легенде с практической точки зрения. Девушка с недоумением уставилась на Майка.

Айшу решила придти ей на помощь:

— Я слышала, что Семьи, собственно, формировались вокруг передвижных устройств, аналогичных стационарным эмиттерам Кольца. Но технология их изготовления утеряна, да, и, думаю, слишком опасна. 

Ниик подавила смешок. Это было в высшей степени верное замечание. Часть её коллег, созданных как инструменты познания (ну, или разрушения, в зависимости от того, что было в моде на тот момент), сформировали свои семьи, основанные на их возможностях. Мало кто из них настолько заботился о безопасности, как проектировщики инструментальной сети.

— Вообще, конечно, было бы интересно понять и попробовать, как могла бы выглядеть магия, основанная на другой логике, — мечтательно произнесла Айшу.

— Хммм... — послышалось со стороны Майка. — И правда, может быть тогда маги-детекторы могли бы быть более полезны?

Проснувшаяся Эльвира неспешно поднялась с пола, немного покачнулась и уставилась на Айшу. Айшу приподнялась и села на край кровати.

— Ты это мне говоришь? — спросила она.

— Да! — Элли приподняла брови и сложила губки бантиком, придав себе наивно-дурашливое выражение.

— Элли! — строго произнёс Майк. — Ты что, совсем выключила химрегуляцию? Это запрещено директивами.

— Да насрать мне на директивы! — повысила голос та. — Почему это вам всем, магам тонкой организации, можно напиваться натуральным алкоголем, а мне нельзя?

— Элли, ты ведёшь себя максимально некрасиво, — спокойно прокомментировала Айшу. — Тебе же потом самой будет стыдно...

Та подступила чуть ближе к ней.

— И что только Эйго в тебе нашёл... — произнесла Эльвира. — И ведь втемяшил себе в голову, что твоя безопасность превыше всего, и теперь они с Адой хлопочут над тобой, как над чёрт знает чем. Я только что пыталась объяснить ему, что тебя надо срочно переправить через Институт туда, где ты сможешь по-настоящему заняться своим делом — сканированием всякого дерьма и обеспечением безопасности, вместо разведения ерунды с попытками запихнуть тебя в боевую пару. Так он посмотрел на меня, как будто у меня крыша поехала. И Ада ещё зачем-то готова воевать за тебя с безопасниками. Что у вас вообще происходит?

— Элли, успокойся, я понимаю, что вы были близки с Ирэн, мне тоже жаль, что она погибла в этом взрыве, я уважала её, как боевого наставника и друга...

— Боевого наставника... — с болью вырвалось у Элли. — Да что ты вообще можешь понять!.. Со своими играми в прятки и одноразовыми хитростями.

Айшу поднялась с кровати, с усилием выдохнула и втянула воздух снова.

— Ну мне-то ты можешь не рассказывать, я прекрас��о знаю, как жалко выглядели мои попытки утилизировать свои возможности по максимуму всё это время, пока я не встретила Аду. Я еле-еле держалась на достаточном уровне, чтобы не вылететь из состязания среди более сильных магов, — она скривилась в ухмылке. — Вы ведь оправдываетесь тем, что за вас всё решит командир с тактическим анализатором, а значит, вам и думать не нужно, ну разве что отличать левую сторону от правой.

— Ну извини, но для наших полицейских операций это так и есть, — развела руками Элли, продолжая улыбаться, — Я всего лишь предлагаю тебе оставить Эйго в покое и свалить куда-нибудь в планирование и сенсорику. Вместо того, чтобы прятаться в бою за миражами. Как сейчас, например.

Элли быстро ударила Айшу в живот, без особого усилия по своим меркам, даже не расчитывая, что она вообще там находится. Ту отбросило обратно на кровать, где она свернулась в клубок и закашлялась. Аксел застыла на месте на мгновение, только её глаза расширялись в ужасе. В следующий момент Элли швырнуло к противоположной стене.

Рэй одним плавным движением поднялась из кресла, как будто гравитации для неё не существовало. Уделив ровно один взгляд Элли, которая неуверенно пыталась подняться, она подошла к Айшу, приложила руку к её боку и что-то тихо спросила. Та мотнула головой, и по комнате прокатилась вторая волна магии, на этот раз гораздо более сложного устройства. Айшу судорожно втянула воздух, но после, кажется, задышала спокойнее.

— Элли, что ты творишь?! — наконец нарушил своё оцепенение Майк, бросившись к своей подруге.

— Ты что, подраться со мной хочешь? — выкрикнула та, обращаясь к Рэй.

— Нет, у меня была более прагматичная цель... — Рэй даже не отвернулась от Айшу, продолжая прислушиваться к результатам своего сканирования.

Элли сделала шаг вперёд, несмотря на сопротивление Майка, но неожиданно закачалась на месте, дезориентированная, и оперлась на партнёра. Её взгляд затуманился, а потом прояснился. Она моргнула и обвела комнату глазами. Было видно, как она осознаёт картину происходящего и приходит в ужас. Встряска временно задействовала боевой режим, и, соответственно, отключённую "аптечку", которая сейчас спешно старалась привести организм обратно в чистое состояние.

Элли поднесла руку к лицу, издала странный звук и, оттолкнув партнёра, бросилась к двери туалета.

Рэй выпрямилась и посмотрела на Майка. Её взгляд не особо походил на взгляд юной девушки.

— Я не знаю, с чем вы там экспериментировали, но, думаю, вам следует немедленно привести её биозащиту в изначальное состояние. Теоретически почти весь распространённый набор синт-модификаторов сознания безопасен и не должен вызывать агрессивной реакции, но акселы практически беззащитны перед натуральным алкоголем, так как забота о нём переложена на автоматическую аптечку. Беспокоить сейчас администратора вашими развлечениями не стоит, но вам стоит подумать, что вы скажете Эйго, когда я пришлю его сюда, — она покосилась на стену, за которой находился номер Эйго, и неожиданно закончила, — через минут десять.

Она повернулась к Кейт и указала глазами на Айшу, которая теперь тихо лежала и смотрела за Рэй. Кейт энергично закивала и присела рядом с той на кровать. Уровень уважения, пошатнувшийся было чуть ранее, снова, кажется, взлетел на небывалую высоту. Рэй вздохнула, подняла злосчастную бутылку со стола и пошла к выходу.

Майк глянул ей вслед, перевёл глаза на Айшу, но та только покачала головой, и он направился к двери туалета, ожидать свою нерадивую подругу.

***

Подозреваю, что во времена моей молодости вид из окна, подобный этому, захватил бы мой дух. Освещённые клонящимся к закату солнцем бухта и пляж приобрели тёплый оттенок, лёгкий ветерок, который усилится и принесёт дождь ближе к ночи, пока что только начинался и задувал в комнату аромат прогретого за день леса с легким привкусом непередаваемой океанской свежести; почти незаметно движущиеся перистые облака гармонично сливались с полоской Орбитального Кольца и скрадывали слабо мерцающие волны, пробегавшие по гипербарьеру, работавшему с повышенной интенсивностью.

В данный же момент мне лишь всё больше становилось понятно — долгое существование вне подверженного эмоциям, порывам и перепадам настроения человеческого тела привело именно к тому результату, который теоретически был уже мной принят как данное. Этот маленький эксперимент только подтвердил — моё сознание, даже с отключением всех дополнительных функций, даже при условии применения одного из самых совершенных тел, которое формально ещё могло считаться человеческим, больше не могло комфортно им пользоваться. Сейчас где-то в пограничных мыслях происходили колебания — от страха осознания необычности ситуации при первой попытке отвлечься, до упрямого её игнорирования, когда моё внимание переключалось на это неудобство.

Послышался слабый удар, и чувствительные органы осязания подсказали мне, что подростки в соседней комнате не на шутку разбушевались. Не то чтобы это меня особо интересовало — в крайнем случае, за ними было кому присмотреть. Но осознание того, что молодежь остаётся молодёжью в любом веке, подняло в моём разуме странную волну весёлости. Накатившее ощущение было давно забытым — не то, чтобы понятие юмора было далёким от меня, просто его восприятие было куда более нутряным, наполнявшим меня, чем привычное оценочно-механистическое.

Сама попытка слияния была изначально бесполезна, поскольку лишь часть меня в лучшем случае могла бы разместиться в человеческом мозге. Этот поступок был иррационален, но зачем-то требовался мне. Логика, сопровождавшая его, странным образом разделилась в момент интеграции, и теперь моё поведение казалось импульсивным и противоречивым. Но не будучи больше совершенным творением чистой воли (непривычная кривая усмешка сопровождала эту мысль), мне не требовалось соблюдать собственные правила, во всяком случае, пока моё сверхсознание не решит, что эксперимент становится неким образом опасным.

Мои глаза снова сфокусировались на пейзаже за открытым окном — ничто там не напоминало о титанических энергетических и защитных сооружениях, наземных и орбитальных, и супергороде, занимавшем большую часть планеты во времена угасании Утопии. Тогда им было не до выдерживания правил эстетики. Намида объявила себя форпостом Прогрессивного Человечества, пока Энигма только набирала вес, как наиболее активная развязка строящейся транспортной системы, а Старые Миры почти потеряли всё влияние, тщетно пытались отойти от шока, поразившего их с потерей Терры Прайм и прилежащих систем в галактическом катаклизме, разразившемся в месте, которое теперь называлось сегментом А3.

Всё вроде бы складывалось неплохо, как только могут складываться события, когда за твоей спиной стоит единственный из четырёх надмировых Праймов, не боящийся действовать. Лучше бы, конечно, это была Гайя, но никто никогда не видел, чтобы она использовала свои силы для вооружённого противостояния... Нет, для Гайи это было принципиально невозможно, седьмая во внутреннем шутливом рейтинге прайм-способностей, она всегда поправляла тех, кто пытался поставить её на место пятой, которая... исчезла. Поправляла, пока не перестала лично контактировать с окружающим миром.

Теперь, чтобы просто вспомнить имя Пятой, даже мне потребовалось бы снова слиться воедино и изрядно напрячься. А ведь мы были лично знакомы, и нередко моё восхищенное внимание должно было быть приковано к ней, её виду и словам... Вселенная людей и само понятие справедливости, казалось, обходили этот маленький кусочек, выбивавшийся из красивой картины. Мой разум, окутанный плотью молодого тела, как саваном, и свободный от контролирующих механизмов, выстроенных мной же самой, закипал в первобытном чувстве ярости.

В коридоре послышались тихие шаги и всплывавшая ненависть затухла почти мгновенно. Слияние действительно было неполноценным, и разваливалось при малейшем нарушении концентрации. К тому же это тело и само обладало неплохой системой регуляции.

Дверь открылась без стука, вошедшая девушка пересекла комнату и встала рядом со мной. Она безмятежно смотрела на пейзаж спокойным взглядом, который ей не был нужен, который видел больше, чем другие были способны различить, даже простояв здесь всю жизнь. Мы играли в нашу единственную оставшуюся игру, которая уже не доставляла никакого удовольствия, но продолжалась, видимо, в силу привычки.

Девушка наконец повернулась ко мне сказала:

— Ты не можешь не признать, что редизайн оказался более удачным, — она растянула губы в её фирменной "улыбке", которая не коснулась более ни одной черты лица, — Фаэф.

— Да... — голос Эйго ощущался несколько непривычно изнутри его собственного тела, — да, Ниик, никак не могу поспорить с этим.

Я усмехнулась тем же самым незнакомым голосом:

— И ты можешь не говорить мне, что Пятую было невозможно простить. Я знаю, что она всегда была слишком человечна для Прайма. Но наше с тобой отношение к этому факту всегда будет отличаться.

— Я помню, Фаэф, — еле слышно произнесла моя вторая половина голосом девушки, которая давно должна была умереть, — я буду следовать за тобой, пока ты ещё можешь идти.

April 9, 2019
by Gwellir
0
15
Lightest Novel
Show more