Пресс-атташе футбольного клуба


 Как стал пресс-атташе ФК?

— Наверное, как и большинство именно в этой профессии – по связям, знакомству. Если конкретнее, то по рекомендации бывших коллег. Перед началом сезона искали пресс-атташе, обратились за консультацией к пресс-атташе другого спортивного клуба города. Тот спросил у, не поверите, ещё одного пресс-атташе, правда, в прошлом. А у того я в пресс-службе работал внештатником один сезон. Он мне позвонил и спросил, есть ли у меня желание. Я даже про условия слушать не стал, сразу сказал «да». Сказали, что надо прийти на собеседование на следующий день, а я даже не знал, как составлять резюме, и актуальны ли они ещё. Пришёл, думал, будут расспрашивать, как вижу работу, что планирую делать. А пришёл я сразу на совещание перед сезоном, там в срочном порядке решались другие, более важные вопросы. Меня ближе к концу представили как пресс-атташе и сказали идти оформляться. Спросили только имя и умею ли я грамотно писать. На эти вопросы я смог ответить.

— Что входит в твои обязанности?

— Так как штат у нас небольшой, на мне висят обязанности и не совсем связанные именно с работой пресс-атташе. Часто я немножко коммерческий директор, бренд-менеджер и так далее – в средних и больших клубах вся эта работа разделена между несколькими людьми или службами. Но, справедливости ради, не я один выхожу за рамки конкретно своей работы, почти что весь наш небольшой штат часто занимается не своими делами. Если говорить конкретно о работе пресс-атташе, то, на мой взгляд, сама профессия немного устарела, вернее, её название. Сейчас пресс-атташе не совсем по связи с прессой и общественностью, а больше SMM-специалист.

Раньше, когда интернет и соцсети не были так развиты, работа пресс-атташе была действительно больше связана с прессой – через телевидение, газеты, радио оповещать город, регион о новостях команды, о прошедших матчах, приглашать народ на будущие игры. Сейчас телевидение теряет актуальность, особенно среди молодежи, газеты умирают с последними их читателями. Радио живет среди автомобилистов. Вся жизнь у людей сейчас – в интернете. И задача пресс-атташе, в первую очередь, качественная работа в соцсетях (ВКонтакте, Инстаграм, Твиттер) и на Ютубе. Даже сайты уже не так важны, они незначительно, но также теряют актуальность, опять же, среди молодёжи и детей.

Так что в мои обязанности входит качественная и количественная подача информации о команде. Освещение её жизни не только во время матчей. И не только на собственных ресурсах, но и в СМИ. Но работа со СМИ – отдельная тема. В то же время я должен формировать положительный имидж команды не только во внутренних ресурсах, но и во внешних. Следить за тем, что говорят игроки (и не только) в СМИ. Важнейшая часть – социальное продвижение команды в городе и регионе. Здесь я должен выводить команду в люди, в городскую жизнь. Водить по детским больницам, школам, проводить мастер-классы. Устраивать детишкам экскурсии по стадиону. В общем, всё, что соответствует названию Local Team. Думаю, это далеко неполный список обязанностей. Но первоочерёдные я привёл.

— Если игрок сказал лишнего, что делаешь в таком случае?

— В этом плане ребята не глупые, все понимают, что они на виду, что их высказывания могут не так интерпретировать, вырвать из контекста. Если они что-то и говорят, то максимально лояльно и нейтрально. Но недавно был случай, когда игрок дал интервью в интернете какому-то болельщику, не журналисту. Тот в своей фанатской группе опубликовал. Там нет ничего преступного, в принципе. Но игроку влетело от главного тренера. Тот совершенно верно подметил, что надо следить, что и кому говоришь и, что тоже важно, согласовывать все это с руководством. И, собственно, со мной, иначе зачем я здесь? Но если игрок всё-таки скажет лишнего, моя задача постараться максимально «замазать» эти слова. Официально извиниться от его лица и от команды, дать опровержение, комментарий по этому поводу. В общем, в любом случае избежать конфликта или его стагнации.

— Как формируешь положительный имидж команды?

— Если честно, то пока никак. Вернее провожу мероприятия, но, так как я один, то хватает меня чисто физически не на много. А так, это продвижение в социальной сфере – создание Local team, как я уже говорил в одном из предыдущих вопросов. Также это вежливое общение с болельщиками в сети, со СМИ. Стараюсь, чтобы мы были открытой в информационной среде командой. Открытость и прозрачность для болельщиков – крайне важный аспект, влияющий на имидж.

Также стараюсь не ввязывать команду ни в какие конфликты в той же информационной среде. А провокаторов всегда достаточно, особенно среди журналистов, которым обязательно нужна «грязь», интриги

Если вкратце: «социальность», открытость, доброжелательность, избегание конфликтных ситуаций. Опять же, список неполный, но, думаю, основное раскрыл.

— Какие у тебя отношения с командой?

— Насколько я слышал, знаю, обычно пресс-атташе не так близки к команде. Лично я считаю, что у меня хорошие отношения с ней. Футболисты – больше закрытая каста, которая больше общается друг с другом. Сторонних, вне футбола, в их жизни маловато (или это только у нас так, тут не берусь судить). Поэтому рад, что держу нормальные отношения с командой. С кем-то общаюсь чуть больше, с кем-то чуть меньше, но со всеми примерно в равной степени. Если говорить не углубляясь, они мои хорошие знакомые. Административный штат команды — мужики взрослые, а я ещё сравнительно молод, ближе к футболистам по возрасту. Но и с ними общаюсь достаточно хорошо, все же одно дело делаем. Скажем так, выпивал со всеми.

— Звездная болезнь среди футболистов распространена?

— У подавляющего большинства из них, скажем так, завышенная самооценка. Не ЧСВ, конечно, но не совсем объективная оценка своих возможностей, в первую очередь, относительно других. «Зазвездившихся» не видел, но и работал с не таким большим количеством. Есть немного ленящиеся, недорабатывающие на тренировках в силу того, что они все доказывают в играх. Это нормально, но они могли достичь максимума и играть в командах куда лучше и сильнее. Поэтому «звездянки» нет, но повышенная самооценка у многих. Считаю, это больше помогает, чем мешает.

 Какая зарплата у пресс-атташе? Сопоставима ли она с потраченными усилиями?

— Ох, трудный вопрос. Вообще, своей зарплатой я полностью доволен. Но люди этой профессии, знаю, получают гораздо больше. Пока что эти деньги сопоставимы с потраченными мною усилиями. Но тут дело во мне и моей периодической лени и амёбности. Буду больше пахать, уверен, буду больше получать рано или поздно. Хотя такой расклад в любом деле. Если бы у меня была своя семья (жена, ребёнок), этих денег бы не хватало. Но так как я ещё студент и живу с мамой – это предел мечтаний. Все относительно.

— На кого учишься?

— Специалист по работе с молодежью.

— То есть, как я полагаю, образование не помогает в работе?

— Ну почему же. За всё время обучения у нас было несколько, не так много дисциплин, которые были актуальны, современны. Что-то оттуда мне помогает. Отмечу, что эти дисциплины были связаны с SMM и интернетом. Но абсолютное большинство — бесполезная хрень, и эта проблема уже образования, вдаваться в подробности не буду. Но а) не должны гуманитариев долбить и отчислять из-за математики и теории вероятностей, а технарей — из-за истории и философии; б) преподаватели, которые сидели на коленках ещё у Сталина и оценивают студентов по личному впечатлению, не должны и близко подходить к молодёжи. Тем более оценивать их. Думаю, так не только в моём не самом безызвестном ВУЗе.

— Какие у тебя карьерные перспективы?

— Зависит от рекомендаций коллег и тех, с кем взаимодействовал по работе. Ну и от того, как я буду пахать. У меня есть претензии к себе. Но думаю, что перспективы есть, и не самые туманные. Главное для меня, остаться в футболе. Без футбола в жизни я не смогу, а заниматься нелюбимым делом врагу не пожелаю.

В клубе могу занять руководящие должности с большим кругом обязанностей и соответствующей зарплатой. Есть другие клубы, но этот путь я для себя, по крайней мере сейчас, не рассматриваю. Есть работа в футболе, но не в конкретном клубе – туда тоже, правда, желания нет стремиться.

— Почему же не стремишься?

— Тут надо разделить. Есть информационная работа в российском футболе, не в конкретном клубе. Она только в этом году качественно рванула вверх. Туда бы я попробовал попасть. А есть другая, направленная на координацию, развитие футбола, все в таком духе. Это не привлекает. Основная причина, мой главный страх, если угодно, бумажная работа, вся эта бюрократия. Столкнулся с ней на первых порах работы – ужаснулся. Не представляю, в каких объёмах это всё происходит на высшем уровне. И не хочу. Не хочу писать служебную записку, чтобы пукнуть в своём кабинете, если утрировать. А у нас, к сожалению, встречается и такое.

 Сам играешь?

— Да, но в силу деревянности и бесталанности на своём уровне — «трупняки». Знаю, что такое футбол и как играть, но максимум — не бить с пыра.

 У футболистов есть менеджеры?

— Вроде как есть. Сейчас у всех есть.

— Есть ли конфликтные футболисты, с которыми у тебя не получается наладить отношения?

— Нет, конфликтных нет. Многие любят повозмущаться, но до конфликтов не доходило. Мы ведь делаем одно дело, так что наши интересы не пересекаются, а идут вместе. Хоть какие-то отношения есть со всеми. Просто кто-то больше сам по себе.

— Как проходит твой обычный рабочий день?

— Приезжаю на работу утром (нет определённого времени, главное, быть в нужное время на месте). А там уже зависит от повестки дня. Если у команды нет тренировки, занимаюсь... да чем угодно могу заниматься по работе, круг широкий. Если команда на тренировке, то и пойду на поле, вдруг есть какое-то событие внутри��омандное. Больше всего я взаимодействую с директором, оператором, администратором и специалистом по работе с болельщиками. Обсуждаем с ними вопросы повестки дня, разделяем обязанности, работаем. В один день могу с 8 утра до 10 вечера пробыть на стадионе, не успеть пообедать и поужинать (обычно это день матча), в другой — прийти и поплевать в потолок, потому что ни игр, ни тренировок, да и просто никого. Бывает, в выходные на работу хожу, когда не всё успеваю сделать на неделе. Ненормированный график работы — это про пресс-атташе. Инфоповод может появиться в любое время дня и ночи, и ты должен быть всегда на связи, на него реагировать.

— Чудеса журналистики встречал?

— Конечно! Журналистика в России — сплошная провокация, поиск грязи, говна и сплетен, клики. Конкретно в моём регионе СМИ – пассивные и ленивые, которые сами, без денег на карман, никогда не шелохнутся.

Конкретно в моем регионе невозможно работать с телевидением – у них на все нет ни денег, ни желания. Один телеканал ездит снимать репортажи с соревнований, условно, по поимке яиц ртом, кладя болт на футбол, баскетбол и хоккей – основные и самые популярные виды спорта. Это вообще нормально?

Про газеты вновь повторюсь, что они почти мертвы. К радио претензий у меня нет, с ними работать приятно, они взаимно заинтересованы в сотрудничестве. Интернет-СМИ, в том числе в соцсетях.... тут роль играют клики, а клики собирают скандалы. Тут не до помощи в информационном продвижении команды в городе. Был пример несколько месяцев назад, когда один из не совсем дружащих с головой болельщиков в своей фанатской группе подставил команду, натравив на нас обозленных и без того болельщиков другой команды. В СМИ ту провокацию представили как официальное заявление футбольного клуба. Это ещё раз показывает, что журналистам даже лень разобраться в сути – разница в том, что в официальной группе десяток тысяч болельщиков, а в той – полтора голубя. Главное для СМИ, чтоб внутри сюжета была «какаха», на которую слетятся мухи-пользователи. К сожалению, подобный пример не единичный.

— Сам ушел бы работать в СМИ за большие деньги?

— Из футбола самовольно не уйду ни при каких обстоятельствах!

— На какие самые распространенные вопросы журналистов ты уже устал отвечать?

— Собственно, большинство журналистов вообще не понимают, в каком соревновании участвует команда, отсюда иногда бывают ступоры. Но, наверное, это нормально. Просто журналисты знают, что есть Премьер-лига и что-то за ней. А как и что — многие не знают. Для обывателей это вполне нормально, считаю.

— Как часто сталкиваешься со стрессовыми ситуациями, когда хочется все бросить и уволиться?

— Ну, такая работа, прежде всего, доводит до стресса тем, что ты всегда должен быть на связи, и твои планы могут порушиться в любой момент, какими бы они ни были. Бывают уступки, но чаще всего ты должен быть всегда готов подорваться съездить куда-нибудь или срочно что-нибудь написать. Да и не все игроки любят участвовать в каких-то мероприятиях, но это пустяк. Много таких, которые понимают важность подобных мероприятий для клуба. Но такого, чтоб прям бросить все и уволиться, наверное, не было. Я ведь получил работу мечты – ещё в детстве ходил на стадион и думал, как было бы круто стать в будущем пресс-атташе, к примеру. Им по итогу и стал.

— Алкоголь или наркотики используешь, чтобы расслабиться?

— Наркотики и сигареты никогда в жизни даже не пробовал и не испытывал желания. А вот алкоголь с недавних пор употребляю. Всё-таки окружение влияет на человека, до 18 лет не пил, типа принципиальный был. Потом попробовал, и понеслась, но в ущерб работе – никогда. А после работы, почему бы и нет?

— Если игрок отказывается поучаствовать в каком-либо мероприятии, твои действия?

— Сначала уговариваю, мол, «надо, Федя, надо». После этого чаще всего, не хотя, но соглашаются. Если ни в какую, то ищу альтернативу – таких вся команда. Если нужен именно он, иду к начальству – кто платит, тот уговорит. Но обычно все заканчивается на первых двух этапах, да и отказывают парни в 1-2 случаях из 10.

— У футболистов есть какие-либо приметы или суеверия?

— Да, у многих. Но они их особо не афишируют. Есть одна шутливая примета, связанная со мной и одним игроком – перед матчами я фоткаю его на поле в очках и заливаю в клубный Инстаграм. За два-полтора часа до матча. Обычно мы выигрываем после этого. Один раз вырывали ничью на последних минутах. Один раз сфоткал его за день до матча на поле – мы разгромно проиграли.

— Какая атмосфера царит в раздевалке после первого тайма? Расскажи, что там делают.

— В перерыве я вообще не захожу в раздевалку. На домашних матчах ультразанят, в гостях – стою у поля, выдыхаю, общаюсь с запасными. Как-то раз вообще помогал разминать запасного вратаря, который готовился к выходу на поле.

— Чем занят на домашних матчах?

— Перед матчем – вопросы организации. Шоу, билеты, программки, анонсы матча в соцсетях, стартовый состав, протокол, может что-то ещё. Во время игры комментирую матч. Сразу после – бегу организовывать пресс-конференцию. Если выиграли, то забегаю в раздевалку для победного фото, если нет – то за главным тренером. Потом ещё сижу два-три часа в кабинете и отрабатываю материалы по матчу: текст, если есть фото, нарезаю голы, рассылаю инфу по матчу в СМИ и комментарии участников матча тоже обрабатываю. В общем, когда все уже под шафе или спят, я ещё только заканчиваю. Ещё решаю вопросы с журналистами, если подходят. А так, готовлю им чай и перекусить в пресс-центре.

— Какие главные минусы твоей профессии?

— Главный минус — когда команда проигрывает. В спорте нет людей, которые равнодушно и спокойно относятся к поражениям. Тогда у всех становится ужасное настроение, в том числе и у тебя, и работается не с таким энтузиазмом. Ровно так же, главный плюс — когда команда побеждает. Все становятся радостными и счастливыми, и ты работаешь на драйве, адреналине — быстрее и продуктивнее.

Ну и самый главный плюс для меня — начальство. У меня великолепный руководитель, благодаря которому я и профессионально расту, и получаю удовольствие от того, что делаю. Много раз слышал фразу что-то типа: «Если у тебя на работе плохой начальник, ты её не любишь, какой бы она ни была». Так вот, мой руководитель — обратный пример

Благодаря нему у меня никогда нет желания про*бать работу, забить на всё. Он одновременно и жёсткий, строгий, где надо, и в то же время открытый и понимающий. Даже предполагаю, что, если уйдёт когда-нибудь он, то покину команду и я. Может, не сразу, но покину.

— Что после поражения делает команда?

— Команда идёт в раздевалку, переодевается, слушает слова тренера и в плохом настроении разбредается по домам. Я, независимо от результата матча, работаю.

— Как часто журналисты выкладывают фейковые новости, связанные с вашей командой?

— В одном из предыдущих вопросов рассказывал, как один из телеканалов в сюжете представил провокационный пост в фанатской группе как позицию официальной группы. Это можно назвать фейком. Было ещё пару новостей, которые я видел, где всё представлено несколько иначе, чем есть на самом деле. Но там, скорее всего, не «воняло» заказухой, а «пахло» непрофессионализмом. В подавляющем большинстве случаев СМИ о нашей команде публикуют достоверную информацию, либо ту, что удалось нарыть самим. Бывали фэйлы, где были фактические ошибки, но, опять же, это нормально для непрофильных, неспортивных журналистов.

 Были ли случаи, когда хотел вспылить на журналистов, начать орать и т. д., или же ты всегда должен быть спокойным?

— Во-первых, я никогда не должен выходить за рамки культуры и приличия. Это равнозначно тому, что я должен знать грамматику и орфографию русского языка. А, во-вторых, я могу быть недовольным их работой, но бубню себе под нос обычно об этом. Но в основном я отношусь к каким-то крайним ситуациям иронично. Без привязки к журналистам, ко всему. С иронией жить легче.

— Какой бы ты совет дал людям, которые хотят себя попробовать в роли пресс-атташе?

— Относиться ко всему проще, с иронией. Всегда держать себя в руках. Быть готовым пахать. И, самое главное, делать свою работу так, как видишь её ты. А то советчиков всегда много, которые обязательно знают, как делать «лучше». Однако в том или ином вопросе разбираются поверхностно, либо просто выё*ываются. Есть пресс-атташе, у которого есть (или нет) пресс-служба. Каждый должен заниматься своим делом.

— Профессия как-то отражается на личном характере?

— Ох, даже не знаю. Наверное, не мне об этом судить. Точно могу сказать то, что профессия отражается на настроении. И до, и после работы не могу не думать о ней. Все уношу домой или туда, куда иду.

— Связей стало больше в жизни?

— Естественно, список контактов «разбух» в несколько раз. Сейчас их около 300, а было не больше 40-50. Список постоянно пополняется. Стало не столько больше связей, сколько взаимодействий с людьми. Эта работа – постоянное взаимодействие со всеми.

— Есть ли у тебя свободное время?

— Ну, когда как. Вообще, по идее, его не должно быть. В этой работе абсолютно всегда есть чем заняться. Во время игр свободного времени, естественно, нет. Есть нехватка времени в принципе.

— В каких клубах хотел бы поработать и почему?

— Если честно, то просто остался бы в своём клубе как можно дольше, стал бы одним из его старожил, может даже легенд. Хочется не просто пассажиром побыть, а оставить значимый след. Если мыслить не только мечтами, то там, где будут платить достаточно, чтобы обеспечить свою семью. Это для меня тоже крайне важно. Конкретных каких-то клубов нет, просто есть симпатии к работе отдельных пресс-служб.

— Что считаешь своим самым большим достижением за все время работы?

— Нет у меня пока достижений, ничего значимого и глобального, на мой взгляд. Есть какие-то положительные моменты, истории, но не более того. Радуюсь, когда заходит какая-то конкретно моя креативная задумка. Например, креативное представление новичка команды. Такое удавалось провернуть и заходило. Но, повторюсь, это просто положительный момент. Мое главное достижение, пока что, то что я работаю на этой должности. Смог добиться этого своим трудом.

— Почему так переживаешь за анонимность?

— Во-первых, люди у нас очень любят воспринять всё больше с негативной точки зрения, что-то, в ряде случаев, даже дорисовать, если это выгодно. Любой мой ответ недоброжелателями (а такие есть всегда, не лично мои, но, например, клуба) может использоваться против меня и клуба. Это не в наших интересах. Задай мне точно те же вопросы спустя несколько лет, ответы будут другие. Я пока нахожусь не в том положении, чтобы быть настолько открытым. Тем не менее, надеюсь, раскрыл вашим читателям хоть какие-нибудь интересные детали работы.

 Что считаешь наибольшим провалом за всю свою карьеру?

— Минусов в работе много, не чересчур, но достаёт. Начиная от мелких косяков (не в том свете представил новость, банальная фактическая ошибка), заканчивая тем, что не выполнил важное поручение по работе. В основном мне достаётся за то, что лишь смежно связано с моими обязанностями (как я говорил, штат у нас маленький, поэтому все мы совмещаем ещё какие-то должности). Прямо наибольших провалов нет, но есть слабое место. Это, собственно, работа со СМИ. Как раз основа работы пресс-атташе. Но это процесс обоюдный. Мне трудно что-то делать, когда взаимодействующей стороне ничего не надо. К тому же свою роль сыграла моя неопытность — в некоторых моментах я сработал не так, как было должно. Есть положительные примеры, но их минимум. Отладить взаимодействие со СМИ, по большей части, не получается. Не провал, тут есть ещё, над чем работать.

— Расскажи какую-нибудь самую запомнившуюся историю, связанную с работой.

— Даже не знаю, с одной стороны много таких, с другой они только для меня особенные. Когда человек обожает футбол, мечтает туда попасть, работать в нём, связать с ним свою жизнь и попадает туда – первое время он живёт словно в сказке. Так было со мной. Я не до конца понимал, что происходит и немного витал в облаках. Кого-то это, может, заряжает, но меня немного отвлекало от самой, собственно, работы. «Розовая пелена» прошла и стало легче сосредотачиваться на задачах. Лучше быть реалистом, чем мечтателем. Я хорошо помню первые дни, когда толком не понимал, что и куда, зачем и почему. В свой первый день вышел к кромке перед тренировкой, меня представили команде, все поаплодировали. Дежурная мелочь? Вроде бы. Но для меня эти пару мгновений самые запоминающиеся. У меня аж руки дрожали и голос. Некоторые футболисты даже подумали, что я новенький. Видимо, настолько молодо и спортивно (нет) выгляжу.

Интервьюер

Today
by Anton Shpakov
0
9

Страховщица: Детектив для бедных


— Кем вы работаете в страховой компании?

— Начальник отдела урегулирования убытков.

 Опишите подробнее вашу деятельность и обязанности.

— Мы практически последнее звено. Купил человек полис, и если произошел у него страховой случай, он обращается в наш отдел. Мы рассматриваем, страховой это случай или нет на основании условий полиса: договора страхования, правил страхования и действующего законодательства. Далее в зависимости от вида страхования принимаем решение — произвести выплату или отказать.

Конкретно в мои обязанности входит не только урегулирование, но и руководство в своем отделе, взаимодействие с мастерскими по ремонту (если это касается автомобиля) и оценочными компаниями. Также отчетность, решение сложных вопросов, которые не могут решить мои подчиненные.

— А по какому поводу можете отказать?

— Смотря какой вид страхования. Например, «всеми любимое» ОСАГО. По ОСАГО разные бывают случаи. Несмотря на то, что оно существует с 2003 года и расшифровывается, как Обязательное Страхование Гражданской Ответственности автовладельцев, наши граждане почему-то наивно полагают, что это страхование их автомобиля от всего

— Если это не универсальный «подорожник», то с чего у людей такое представление о нем?

— Мне кажется, это связано с введением ПВУ (прямого возмещения убытков) — обращение в свою страховую по своему полису ОСАГО. Хотя, на самом деле, при положительном решении и прочем акцепте (одобрении со стороны СК виновника) мы платим. А потом выставляем требование в СК виновника на его полис. Поэтому люди не особенно задумываются.

— Какое у вас образование? Как оказались в страховом бизнесе?

— Экономист менеджер (высшее). В 2008 году была в декрете. В гости пришла тетя, чтобы оформить полисы от несчастного случая. Мне показалось интересно, как дополнительный заработок, попробовать поработать в роли агента. Но с продажами как-то не срослось. После декрета на работу возвращаться не захотела и устроилась офис-менеджером в страховой, пока в 2010-м не пришла в урегулирование убытков.

— На сколько это рутинная работа?

— Процентов на 50. Но зависит от того, чем конкретно занимаешься. Каждый день что-то новое происходит. Но иногда возникает чувство, что крутишься, как белка в колесе. Особенно нравятся трудные случаи. Иногда бывают достаточно сложные ДТП с участием нескольких машин, например, и не сразу понятно, кто и насколько виноват, либо случаи с подозрением на мошенничество.

— Вы занимаетесь подбором персонала для своего отдела? Какие требования к работникам в страховой сфере? 

— Занимаюсь. В страховой сфере работают различные специалисты. И требования ко всем разные. Все зависит от отдела. Конкретно в моем отделе нужны очень ответственные люди. Немаловажна стрессоустойчивость. Нам не просто приходится работать с людьми, у этих людей бывают достаточно сложные ситуации. Разбираться в компьютере необходимо, также немаловажно просто уметь читать.

— Может к вам устроиться человек с улицы с любым образованием?

— Если конкретно в мой отдел, то я буду в первую очередь рассматривать человека с опытом работы. Если в страховую в принципе, то конечно. Даже в штат. Но это, как правило, на офис-менеджера или операциониста.

Хотя все зависит от ситуации, за годы работы разные были случаи — и с «улицы» люди работали. Но если это не их дело, то быстро уходили. Не у каждого железные нервы. И зарплаты не космические. По регионам примерно 20 тысяч рублей у простого специалиста. Бывает меньше, бывает больше. В моей организации — 20-25 тысяч.

— 20 — как-то маловато. Если верить интернету, страховые агенты получают от 30 до 100. Это заблуждение?

— Мы не агенты. Страховые агенты может и получают — они продавцы, а мы убытчики. Мы работаем с тем, что они настраховали.

— Расскажите про обманы и «разводы» в вашей сфере со стороны страховых организаций.

— Мы никого никогда не обманываем.Просто люди не умеют читать. Лень же прочитать, что в договоре написано. Особенно такое со страховками телефона часто бывает. Продавец в магазине реально впаривает страховки, говорит, что телефон будет застрахован от всего. А на самом деле там может быть и есть риск от воды, например, но только вследствие аварии водопроводных труб. И когда телефон попадает в унитаз, лужу или под дождь, мы отказываем. И виноваты мы. Хотя надо было читать, что покупаешь.

Очень давно по ОСАГО до введения ЕМР (единой методики расчета) могли быть обманы в плане стоимости ремонта авто — выплаты занижали. Сейчас так не работают. Ну и если говорить про обманы, то они могут быть со стороны продавцов, которые при оформлении полиса не рассказывают, что продают. Такое бывает постоянно.

— Какие сложные вопросы возникают?

— Капризные клиенты, решение их вопросов, а также борьба с мошенничеством.

С мошенникам иногда как в детективе работать приходится. Обдумывать ходы, искать слабые места, где они промахнулись, чтобы собрать доказательства

 Расскажите подробнее об этих случаях.

— Мошенничество бывает мелкое или работают целые ОПГ. Второе доказать очень тяжело, потому что люди на этом зарабатывают.

Мне навсегда запомнился один самых первых случаев, когда по КАСКО к нам обратился убытчик. Очень сильно разбил новенькую машину (месяца два от покупки полиса). Тогда еще по КАСКО были не выплаты, а ее ремонт. При рассмотрении случая закрались подозрения, что что-то не так. Хотя ДТП было оформлено сотрудником ГИБДД.

Этот убытчик «наехал» на препятствие в виде кучи строительного мусора, оставшегося после замены труб теплоснабжения, на 200 тысяч ущерба. Тогда грамотно сработали мы и сотрудники нашей службы безопасности.

При сравнении фото предстрахового осмотра и фото поврежденного авто нашлось много отличий. На первый взгляд машины были одинаковые, но при детальном рассмотрении это оказались разные. Мы также осмотрели «место ДТП» — препятствия, на которое он якобы наехал, и в помине не было. Кроме того, был сделан соответствующий запрос в коммунальную организацию, о производимых работах на данном участке на дату события. Получен ответ, что никакие работы в это время не производили. Еще был элемент везения, что машину он по глупости своей или самоуверенности не спрятал, мы ее нашли, целую и невредимую, провели экспертизу, она показала, что авто никогда не было в ДТП.

Как было дело на самом деле : с целью заработать, а где-то и сэкономить, он купил новую машину за 700 тысяч, застраховал, выждал время, купил документы ГИБДД (да, такое бывает). А вот на подставной тачке он реально решил сэкономить, причем очень прилично — нашел на АВИТО фотки битой похожей и скачал. С ним еще и оценщик был в сговоре, который составил акт осмотра по фоткам. В итоге после расследования было возбуждено уголовное дело. И теперь этот убытчик не может устроиться на нормальную работу.

Обычно ОПГ работают намного аккуратнее и чище, что доказать мошенничество бывает очень сложно. Только благодаря усердной и кропотливой работе удается добиться доказательств.

Еще по региону появился новый вид — полная хорошо сработанная инсценировка ДТП, порой даже с участием нескольких автомобилей. Причем реально может прокатить и прокатывает, особенно на первых порах. Потому что настолько красиво работают, что при первом обращении даже мысль в голову не приходит, что ДТП подставное. Но либо реально расслабляются, либо зачем схему новую каждый раз придумывать. Почерк-то у них одинаковый.

Например, несколько случаев заявлено по схеме: дешевое старое авто с крепким бампером (семерка или девятка) по трассе догоняют авто в зад. Причем авто почему-то обязательно поворачивает налево, летит в кювет или на встречку под другое авто. Все это всегда происходит по ночам, в местах, где не то что камер нет, они и на Гугл/Яндекс панорамах не светятся. Авто бьется тысяч на 100-130 (чтобы не привлекать внимания размером выплаты), справки в ГИБДД в данном случае не покупаются.

Причем, как мы выяснили, данная группа реально в шлемах и защите сидит и бьет тачки. И, блин, когда они за выплатой приходят, мы реально локти иногда кусаем, что в кустах в это время с телефоном не сидим, и платим.

 А насколько часто происходят такие мошенничества? Это целая преступная ниша?

— Периодами. Придумают новую схему, начинают ее обкатывать потихоньку, аккуратно. А потом массово ее пускают. Мне кажется, на этом потом мы их и ловим.

Потом, когда поймают группу, всё стихает, либо в другой регион уходят, пока новую схему не придумают. Менталитет в России такой, и умных очень много. Зато нам не скучно на работе

Только жалко, что из-за подобных страдают обычные нормальные клиенты. Страховые реально много убытков получают от мошенничества. Вот и борются на разных уровнях, включая повышение тарифов на страховки.

— Были такие случаи, когда в выплате отказали, а вы настолько сопереживали происшествию человека, что готовы были пойти на подмену и подделку документов, экспертиз и прочего?

— Нет. Бывает, что переживаем, но репутация дороже. Не исключаю, что есть убытчики нечестные на руку. И даже не от переживания за клиента, а от переживания за свою маленькую з/п идут на эти подделки. Но таких тоже ловят рано или поздно, и они потом устроиться не только в страховую не могут. И почему-то еще не встречала таких из бывших, которые успели себе обеспечить безбедное существование, чтобы потом не работать. Поэтому считаю, что не стоит шкурка выделки.

Еще из случаев, которые могут быть полезны читателям, не связанные с мошенничеством, а наоборот (не дай бог) пригодятся в будущем. Это применение статьи 1079 ГК РФ (вред при взаимодействии источников повышенной опасности).

Например, едет пассажиром человек на любом транспортном средстве, и случается ДТП с участием нескольких ТС. Пассажир получает телесные травмы (ушибы не будем брать в расчет, они копейки стоят по таблице выплат). Так вот, он имеет полное право пойти за выплатой по здоровью не только в страховую виновника ДТП, но и во все страховые, которые участвовали в ДТП. И везде ему заплатят.

Практика такая сложилась пару лет назад. Сначала дико было себе представить, что вот едет наш клиент, никого не трогает, ПДД не нарушает, и тут в него въезжает какой-то мудак, да еще с пассажиром, который получает травмы (инвалид или вообще труп), почему мы должны производить выплату по полису нашего клиента, который просто оказался не в то время не в том месте.

А сейчас в подобных случаях иногда даже наоборот родственникам подсказываю, что надо идти во все СК. Особенно подсказываю, когда в ДТП погибают родители, а дети остаются сиротами. Родителей не вернуть, но хоть где жить потом будет. Было ДТП с участием трех авто, родители погибли. За каждого можно получить по 475 тысяч во всех трех страховых.

— Какие самые абсурдные и, если такое возможно, забавные случаи происходили?

— Было несколько. Был у нас летающий Мерседес — наша версия «Форсаж 7». К нам обратился клиент на Мерседесе с заявлением о страховом случае. Ехал на автомобиле под горку на небольшой улочке. Перед перекрестком на неровности проезжей части машину подбросило, она ПЕРЕЛЕТЕЛА через всю улицу и приземлилась на другой стороне перекрестка, получив ряд серьезных повреждений. В данном случае мы отказали, и дело ушло в суд.

— А почему отказали? Летающие машины — это миф?

— Дело не в этом. У него были повреждения, которые не относились к событию. Еще интереснее и веселее всего бывает читать объяснения водителей, когда они описывают, как произошло ДТП. Тут такого начитаешься: «ДТП от того, что светофор был синий» и просто смешно пишут.

Еще запомнилось, как клиент из маленького городка повздорил с кем-то на стоянке и этот обиженный гнался за ним по городу. Из его объяснений: «Ему что-то не понравилось, и он начал за мной гнаться. Затем начал таранить мою машину. Мою машину кидало то влево, то вправо, параллельно я звонил сотрудникам ГИБДД и координировал их действия».

— Дайте несколько советов для наших читателей.

— 1) Всегда читать, что купили, что застраховано, какие риски застрахованы.

2) При возникновении неприятных ситуаций, если не знаешь, что делать — обращаться к профессионалам, а не спрашивать мнение у соседа.

3) С понимаем относиться к сотрудникам УУ и не качать права с порога.

4) Ну и самое главное — пусть страховые случаи не случаются.

Интервьюер

Yesterday
by Anton Shpakov
0
58

Учитель истории: История в меняющемся мире


— В какой момент вашей жизни вы решили связать жизнь с историей?

— С малых лет. Лет с пяти, наблюдая, как работает мать. Я из династии преподавателей. Мама преподавала естественные науки, бабушка — лаборант в универе, прадед директор школы. Мне немного за 30. Десять лет в профессии, хотя репетиторствовать начал ещё в университете.

— Закончили истфак?

— Да, закончил истфак 10 лет назад.

 Выбор профессии учителя ясен. А выбор предмета истории как состоялся?

— Выбор предмета состоялся так: хотелось не быть похожим на мать, избавиться от ее диктата. Кроме того, я родился на окраине страны, часто поднимался национальный вопрос относительно русских, и я хотел разобраться, кто же прав.

— Вы когда нибудь заваливали учеников или снижали им баллы, исходя из своих желаний или принципов?

— Учеников никогда не заваливал, хотя часто испытываю к некоторым из них неуважение, раздражение их беспринципностью. Скорее, завышал. Но тут ещё дело в системе образования. Если ты ставишь «2», то департамент образования Москвы беспокоит директора, а директор беспокоит препода, из-за которого он получил нагоняй. Ставишь «2» — должен написать кучу бумажек, план работы с отстающим, беседовать с его родителями. Это занимает свободное время, и в итоге все равно придется ставить «3». Так что легче сразу.

— Бывало так, что вы видите потенциал у ученика, и из-за этого занижаете оценки, чтобы он «поднажал»?

— Такой «нажим» не всегда продуктивен. Человек может сломаться, возненавидеть тебя и перенести отношение на предмет. Скорее, практикую беседу по душам с указанием на ошибки и недоработки. Из твердых троечников делают хорошистов.

— Много замечаете молодёжи с потенциалом к хорошему обучению, но абсолютно не пользующейся этим ?

— Потенциал к обучению есть у многих детей. Когда организм молод, он горы может свернуть. Проблема в воспитании, мотивации и оболванивания массовой культурой, которая снижает планку развития «среднего человека».

— Насколько сильно исковерканы учебники по истории?

— Что понимать под «исковерканностью»? Учебник, даже если просто излагает факты, подбирает их, связывая в цепочку так, чтобы формировалась логика историческая. Если их подобрать одним образом — будет одна логика, если другим — другая. Да, сильно поданным идеологии становится ЕГЭ и новые учебники.

До Москвы ещё не в полной мере дошли ОПК (основы православной культуры), но их ведут священники в регионах (в ряде случаев). Или их приглашает учитель, а сам занимается своим делом. Градус патриотизма и клерикализация растет

— Историю пишут победители? Вы согласны с нынешним изложением истории «победителями»?

— Да, историю пишут победители. Или по их заказу историки и летописцы. Но с изложением истории «победителями» не согласен. Они часто дают трибуну в СМИ псевдоисторикам, которые педалируют теорию заговора, типа Старикова. Фильмы и выставки, типа «Романовы», начисто игнорируют социально-экономического экономическую природу общественных явлений, а всех вождей революций и волнений объявляют шпионами — от Болотникова и до Ленина.

— Сейчас к истории очень часто прибегают ведущие различных политических шоу. Это зачастую популизм, который ещё и далёк от правды. Смотрите ли вы подобное по ТВ? Какие самые забавные или возмутительные мнения слышали от ведущих?

— Телевизор принципиально не смотрю. Только когда в гостях или на репетиторстве, обрывки фраз. Смешно и страшно бывает. Самые возмутительные мнения, что украинский язык, например, искусственно создан.

— Как историки относятся к присоединению Крыма к РФ?

— Любое социальное знание — это относительная истина. Сколько людей, столько и мнений. Зависит от понимания расстановки сил в мире, от ценностей, от воспитания, от кругозора, от менталитета. Я негативно смотрю на все наши манипуляции против братского украинского народа. Но мое мнение субъективно и относительно.

— Какой ваш любимый период истории?

— Гражданская война в России. Интересно увидеть, как насилием разрушался гордиев узел социальных, политических и национальных противоречий. Как разогнали за два дня Учредительное собрание, и какой потом пошел замес. Интересно поставить себя на место современников тех событий.

 А какой момент в истории человечества вы считаете самым значимым?

— Открытие Америки Колумбом и пути в Индию Васко да Гаммой. Благодаря этим событиям случилась «революция цен», развились классы буржуазии и пролетариата, а церковь села в лужу по ходу процесса Реформации. Старые центры торговли потеряли значимость (города северной Германии и Генуя с Венецией), поэтому процесс объединения Германии и Италии застопорился. А объединившись, они начали борьбу за колонии, что привело к Первой мировой, а, как следствие Первой, и ко Второй.

— Какой период России с момента зарождения Руси кажется вам самым продуктивным и знаковым?

— Самые продуктивные, на мой взгляд, это три периода: период «великих реформ Александра II», период коллективизации и индустриализации и «свято-лихие» 90-е. Все очень неоднозначные, все комментаторы крайне ангажированы, все сопровождались кровью и маргинализацией значительных пластов населения.

— Учитывая исторический опыт, возможна ли Третья мировая война? Как вы считаете?

— Думаю, что в прежнем виде она невозможна. Это будут локальные конфликты руками наемников и радикалов. Возможно ограниченное применение атомного оружия по командным центрам противника и пусковым установкам.

 Должен ли учитель истории сохранять нейтралитет на уроках? 

— Не проявлять ангажированности не получается. Важно упоминать о том, что то или иное мнение — есть ваше оценочное суждение, которое стоит на взаимосвязи определенных фактов.

 Есть проблемы с дисциплиной на занятиях? 

— Дисциплина — понятие относительное. Зашел — встали, продемонстрировали готовность к уроку. На уроке не шумим. Шумим — спрашиваю. Что получил, то получил. Ответил хорошо — поставил положительную оценку. В разных учебных заведениях дела с дисциплиной разные. Есть ПТУ, а есть гуманитарные классы. Всюду разные подходы, разный уровень преподавания, разные требования. Я работал в очень многих школах, от школы в национальной республике до гуманитарных классов гимназий при вузах Москвы.

— Как ученики в общей массе относятся к вашему предмету? Есть те, кто прям влюблён в историю?

— Есть и влюбленные в историю. Большинство нейтрально относится.

Моя задача — склонить их полюбить историю, показать, что она может помочь на важнейшие вопросы в жизни, придать сил, ну и прокормить, как меня кормит

— Какие исторические личности последних лет тридцати, те современники, у которых есть шанс попасть в историю, вас больше всего интересуют? 

— Путин туда однозначно попадет. При всей моей к нему антипатии. Сурков попадет как «Суслов современности». Понятно, что попадут все европейские лидеры. Интереса большого ни к кому из них не испытываю, пиетета нет.

— Распад СССР вы преподносите как очевидное логическое завершение нежизнеспособной системы или как тёмный момент в истории страны, вызванный продажностью высших эшелонов власти тех времен?

— Вместе. Продажная элита была продуктом сгнившей системы. Но и народ ни во что не верил, конечно же, об очередях за водкой рассказываю, фото показываю. Про Кашпировского и Чумака говорим. Слушаем Цоя и Гребенщикова.

 Где больше всего преподавать вам нравилось и почему?

— Конкретных учебных заведений не назову. Выражусь так: в небольшом населенном пункте под Москвой, где я сумел увлечь историей десяток парней. Они пошли учиться на гуманитарные специальности, это греет мне душу. Теперь мы друзья.

— Где лучше учат: в школе, гимназии, колледже или ВУЗе? И где лучше педагогу в материальном плане? Вас заставляли вести 1,5 ставки или 0,5 ставки, а оплату резали?

— Лучше всего для нужд ЕГЭ работала одна из гимназий при ВУЗе. Материальный план педагога — очень абстрактное понятие. За одну и ту же работу могут платить от 15 (в национальной республике) до 80 (в Москве). Многое зависит от расположения администрации, от «стимулирующих» и бонусов, которые она распределяет. В Москве больше всего получают организаторы различных конкурсов, результаты которых влияют на «рейтинг» школы. В соответствии с вкладом в этот рейтинг распределяются бонусы, которые выше, чем плата, собственно, за часы.

— Как вы считаете, имеет ли смысл раздельное обучение парней и девушек?

— Не думаю. Самые страшные вещи случаются в закрытых однополых учебных заведениях. От однополого доминирования до сексуального унижения один шаг.

— С учительским составом у вас сейчас хорошие отношения?

— Постоянные конфликты. Мировоззрением и менталитетом не сходимся.

— Были ли конфликты с администрацией по поводу «не проставили часы», «меньше оплатили»?

— Я не конфликтую с администрацией из-за денег. Я, в основном, живу на деньги от репетиторства, а зарплату откладываю. Скорее, конфликты случаются из-за невыполнения мной абсурдных требований, нежелания участвовать в ненужных детям конкурсах.

Были и идеологические конфликты.

Директор хотел заставить мальчика- мусульманина ходить на уроки православной культуры, мотивируя это тем, что всей школой выбрали этот курс, и родители мальчика должны подчиняться большинству (не было сказано, но читалось «русскому»). Я саботировал (вместе с родителями) хождение мальчика туда

По мнению директора это стало лакмусовой бумажкой нелояльности. И я ушел (скорее по экономическим причинам, но его агрессия тоже стала доставать).

— Бывает такое, что дети всеми силами показывают, как им плевать на ваш предмет?

— Бывает такое. Это вызов. И, если я профессионал, я не должен сорваться на него или гнобить двойками. Но каждый раз, как только задание не выполнено, я буду назначать индивидуальные занятия, контактировать с классным руководителем, родителями, выяснять причины.

— А родители в целом адекватные или сталкиваетесь с очень неприятными личностями?

— Разные есть. Одним не нравится мое влияние на ребенка, обвиняют в навязывании своего мнения. Другие обвиняют в занижении оценок. Третьи в грубости и нежелании найти контакт с их уникальным чадом.

— Бывает ли, что ученики имеют альтернативное мнение об истории, подкреплённое какими-то знаниями, и спорят с вами?

— Да, бывает, и часто. Спорим после уроков, собираются все желающие. На уроке не могу позволить себе, прежде всего привязан к порочному планированию.

— Слышали ли от учеников по-настоящему интересные мысли, доводы, которые заставляли вас задуматься?

— Ну,ничего нового для себя не слышал, но оригинальные и самобытные интерпретации известных идей способны удивить. Например, что Болотников был агентом Папы римского (интерпретация факта освобождения Болотникова из турецкого рабства венецианцами). Ленин умер от сифилиса, споры вокруг этого.

— Пытались ли учащиеся давать вам «взятки»?

— Да. Девочки могут принести кусок тортика. Нарисовать картинку для украшения кабинета. Более серьезного нет. Вот тут пришло время поговорить и о системе образования.

Мне нравится наша система образования. Адекватному учащемуся плевать на оценку, которую ему ставит учитель. Реальный показатель его знаний — это ЕГЭ. Вот давай ты взятку или нет, лижи ты жопу администрации или нет — эти ребята не могут повлиять на твои баллы ЕГЭ. И ты либо учишься по-настоящему, либо платишь.

От аттестата ровным счетом ничего не зависит. Это я говорю об аттестате за 11 класс, а не о конкурсе аттестатов в «не ПТУ, а колледже». Хочу призвать готовиться к ЕГЭ и не бояться идти в 11-й. Посвятить два года выбранным предметам. И пусть это будут история, общага, русский и английский. Да поможет нам Клио!

— Как вы относитесь к мейнстримной марксистской концепции видения истории через призму угнетателей и угнетенных, эксплуататоров и эксплуатируемых?

— Положительно. Сам ее придерживаюсь. Правда считать ее универсальной и исчерпывающей не могу, надо делать поправки и на цивилизационные особенности той же экономики.

— Вы много думаете о будущем России? Как думаете, что будет после Путина и кто может стать президентом после него?

— Я много думаю, но ничего конструктивного не вижу. Человек человеку волк. Гражданское общество в зачаточном состоянии. Оппозиции реальной нет. Те, у кого есть голова на плечах, драпают не только от власти, а, скорее, от ментальности нашей. «Пьют и воруют», слова, приписываемые Салтыкову-Щедрину, актуальны и сейчас. Кто будет на престоле? Какой-то из его охранников или молодых технократов, выпестованных в администрации. Не личность имеет значение, не фамилия, а курс. Будем ли мы продолжать оставаться сырьевым придатком и жить на ренту от ресурсов всей страной?

— Продолжаете ли углублять свои знания предмета?

— Да, конечно. Книги всегда в моем рюкзаке.

— Расскажите о самых интересных учениках, которые у вас были.

— Затюканный мальчишка 16 лет из неполной семьи, который за 10 лет закончил профильный вуз и состоялся в страже галактики (полиции) как специалист. История, обществознание, физические нагрузки сделали свое дело. А вообще-то мне в той или иной степени интересен каждый.

— Какая из теорий заговора или псевдонаучных исторических гипотез заставила вас поверить в неё или показалась очень правдоподобной?

— Теория Гумилева красива и хочется быть пассионарием.

— Отталкиваясь от исторического опыта, возможна ли в РФ (судя по последним законам, в частности ограничение интернета) модель Китая, Кореи? Или РФ хватило утопической идеи Союза и больших идей, равной этой, больше не будет?

— Чтобы были «большие идеи», надо в них верить самим создателям. Это вот эти, что ли, верить будут? Ну а интернет да, ограничат, думаю, как в Китае. Потихоньку, полегоньку, не сразу. Тут ограничат, помитингуют, поорут, пару человек крикунов задержат, посадят. Что, проглотили? Снова ограничат, опять выйдут крикуны, опять посадят, опять на реакцию общественности посмотрят. А она и не изменится, эта реакция. Нас будут замещать мигрантами, экономически активные будут стягиваться в города, слежка по камерам и телефонам будет совершенствоваться.

— Были ли у вас коллеги по работе, которых вы не считали профессионалами?

— Да, конечно. Очень много таких.

 В чём проявляется их непрофессионализм?

— Они никак не поймут, что образование — это услуга. Родители детей платят государству, государство — нам. И требует, чтобы мы реализовали одновременно его заказ, одновременно учли пожелания родителей. Они же начинают врать детям, манипулировать ими, в недостаточной мере владеют материалом и приемами его преподнесения. Их интересует не знание ребенка, а его участие в отчётных мероприятиях и лояльность. О будущем обучаемого он не думает, непрофессионал этот.

— Что вы думаете о таком явлении, как самостоятельное глубокое изучение истории молодежью, что среди молодых людей в целом растет запрос на консервативные идеи и противопоставление их современным, по их мнению, навязываемым, глобалистским тенденциям?

— Положительно отношусь. Обеими руками за. В определенных кругах есть запрос на левачество, в других — на консерватизм. Это тренд всей Европы. Консерваторы укрепляются повсюду.

— Ни для кого не секрет, что подавляющее большая часть преподавательского и руководящего состава школы состоит из женщин. Как складываются отношения в таком относительно закрытом и относительно гомогенном микросоциуме?

— По-разному складываются отношения. Единственное, женщины зациклены на семьях и своих детях. Стараются из школы сбежать как можно скорее, к своим детям и мужу. Но это и понятно. На меня это никак не влияет, это их дело.

— Где работать историку, если не в системе образования?

— ФСБ, стражи галактики, журналистика, паблик рилэйшнз (PR), строители, военные-контрактники. Но мне-то уже поздно туда.

— Планируете продолжать работать в школе и системе образования дальше?

— Пока смогу работать. Не смогу работать в школе по идеологическим мотивам — сделаю основным занятием репетиторство.

March 22, 2019
by Anton Shpakov
0
60

Консультант Пенсионного фонда РФ


Здравствуйте, я чуть менее двух лет проработала в ПФ РФ (точнее в его отделение клиентской службы)

— Как пришла к этой работе?

— Закончила среднее специальное образование (право и организация социального обеспечения) по специальности юрист, потом поступила в институт на юридический, а в это время хорошая знакомая позвала подработать туда временно на месяц, заместить постоянного сотрудника во время отпуска, так всё и началось.

— До сих пор там работаешь?

— Нет, к счастью.

— Почему к счастью?

— Потому что это абсолютно того не стоит, неблагодарная работа, как и в любых других госструктурах на невысоких должностях: непомерная работа, за маленькую зарплату, несколько раз в неделю оставаться до позднего вечера на работе, выходить на праздники, ну и плюс контингент, который туда ходит.

— Сколько ты зарабатывала?

— Вначале, как испытательный срок, около 10, по-моему, потом около 15, плюс-минус, были премии, на праздники, вроде Дня соцработника, годовая премия, но чтобы они были хорошего размера, нужна и должность соответственная и большой стаж работы.

— Что входило в твои обязанности?

— В первую очередь приём граждан, от устных консультаций до оформления различных выплат, например, и соответствующей документации, плюс общая работа, которая делилась несколько раз на весь отдел, обработка почтовых поступлений, в конце года и каждого месяца сводить все данные и делать отчеты. Но обычно до шести ты принимаешь десятки людей, а только после делаешь остальное, потому что времени просто не хватает.

— Какой рабочий график?

— Официально с 9 до 6, 5/2, но я, как и остальные приезжали к восьми, а то и раньше, чтобы переодеться, включить всю технику, поделать мелкие дела, которые не успеваешь, а потом после шести работай, сколько влезет.

У нас сидели девчонки с другого отдела и до 11, уезжали на такси домой, я до 10 почти, благо автобусы ещё хоть как-то ходили, естественно, никто не доплачивал и, вообще, то, что ты сидишь после работы и на праздники — это твои проблемы, значит ты не успел

— В процентном соотношении, какова доля работы с людьми и бумажной работы?

— 35-40% — люди, остальное — бумажная работа.

— Плюсы были в работе?

— Просто отличнейший коллектив, вплоть до руководителя, хорошо общались со всеми, помогали друг другу, чтоб хоть как-то было легче работать, с двумя сотрудницами общаемся до сих пор, коллектив меня и держал, по сути, все это время.

— Штрафы были?

— Нет, в этом и плюс коллектива, максимум могли сократить премию или вообще ее лишить, могли на планёрке отчитать, но такого у нас не было, даже самые трэшевые ситуации или косяки решали всем отделом и помогали тому, кто накосячил, у меня такого не было вообще, как-то все хорошо прошло.

— Как у вас проходила планерка?

— Каждый день после шести, после того, как уходил последний человек с приема, собирали, кого-то могли отчитать, дать работу текущую на неделю, решить рабочие моменты какие-то и все. В конце месяца распределить всем разного вида отчеты и журналы сделать и т. д.

— Какие самые большие косяки случались в твоем отделе?

— Не назначили во время пенсию по инвалидности, не пришли документы, подтверждающие стаж из страны бывшего СНГ, был упущенный срок на пару дней буквально, а тот, кому назначали, бывал в горячих точках и, мягко говоря, был не очень уравновешенный, бил двери, орал, бегал по каждому кабинету, короче, еле-еле его успокоили. Хотя и нашей вины не было, ему этого не объяснить, ну и с документами все решили, просто выплата пришла позже.

Мою соседку по кабинету, когда я была в отпуске, женщина, причём в здравом уме с виду, достаточно молодая ударила ладонью по голове так, что очки слетели, и убежала. И сразу хочу сказать, во-первых, камеры были только в холле и коридорах, в кабинетах их не было, никаких перегородок и окон тоже нет, просто столы с техникой стоят, так что защиты нет никакой, охраны тоже нет, в холле женщина сидит, которая просто подсказывает какой взять талон и в какой кабинет пройти. И полицию тоже не вызвали после того случая с моей соседкой.

— Какова структура в каждом отделении? Кто там есть?

— Руководитель и зам. руководителя, а отдел делится на участи, назначенцы — те, кто назначает пенсию по инвалидности, старости или случаю потери кормильца, общий приём — те, кто работает с пенсионерами непосредственно, там была я, архив — там работа с архивами, документами и отправка, те, кто занимался почтой и всем таким. Ещё в отделе есть участок материнского капитала.

— Не было ли установки, что пенсии нужно давать далеко не всем, или всё строго по закону?

— По закону строго, конечно же, там такие сроки жесткие и правила, за которые дерут сверху из управления. И неважно, кто ты, что наработал, какой стаж и другие данные — есть такая пенсия и будет, даже если ты родственник какого-то начальника, все документы в открытом виде на всех носителях, проверки из Москвы каждый год.

— Все боялись проверок из Москвы? Как они проходили и какие результаты несли?

— Все боялись, все сидели и доделывали косяки до их приезда, например, должно быть минимальное количество жалоб от граждан на каждый отдел. Обычных сотрудников это не сильно касалось в плане конкретного отдела, а вот отдела ПФР по каждому городу и руководителей начальства каждого из отделов могли и премии лишить, но у нас не было такого, мы неплохо работали. Руководителя моего отдела вызывали на ковёр руководство городского ПФР, просто отчитывали, но так со всеми, потому что идеально не может быть в принципе.

— Как получали повышение?

— Я никак. Просто перевели после временной работы на постоянную, место освободилось, там мало его кто получает, там или костяк до пенсии работает, или такие, как я, которые частенько меняются. Бывает редкий случай, что могут перевести в другой отдел, например, туда, где не работают с людьми, а занимаются непосредственной проверкой документов после нашего отдела. Но на зарплату это не влияет особо, объём работы большой, только плюс, что без людей.

— Костяк? Неужели так много держатся за такую работу?

— Конечно, там 70% работают всю жизнь там, у них стаж большой, соответственно, и премии отличные. Куда идти, если тебе за 50?

— Каков должен быть внешний вид сотрудников?

— Форма была: юбка или брюки темно-синие, белая рубашка, жилетка темно-синяя, волосы или в хвосте, или коса, минимальное количество макияжа, обувь или на низком каблуке, или без него.

— Что могло быть за нарушение?

— Никто не нарушал, вроде, поэтому не могу знать, когда не было проверок, могли позволить себе не носить жилетку, например, или рубашку надеть бледно-розовую, но в общем всегда придерживались дресс-кода.

— Клиенты часто хамили?

— 70% из 100%.

 Расскажи о самых запомнившихся клиентах.

— 1) Хреновых было так много, они были и молодые и старые, из неблагополучных семей, которые получали пенсию по потери кормильца, одна женщина пришла, причем молодая, только начала получать пенсию, сказала, что мы ее пенсию воруем, в карман кладём, ей мало пришло, по ее мнению, хотя показали ей все документы, разжевали, как она насчитывалась. Короче, чем дело закончилось: она вылетела хлопнув дверью, а через полгода примерно узнается, что она подала в суд, думала ей пенсию неправильно посчитали, проиграла его, естественно. А ещё через пару месяцев опять приходит к нам на приём, и по воле судьбы попадает именно ко мне опять, и милым голоском просит сделать ей справку. Ещё и похвалила меня, мол, какой я сотрудник хороший.

2) Пришёл ко мне на приём дедушка, который живет в США (Бостон), но является гражданином РФ и получает пенсию от нас, поэтому ему раз в год необходимо прилетать в Россию для подтверждения. Очень интеллигентный, хорошо одет и воспитан, разговаривали с ним обо всем, пока я оформляла документы, ему почти 80, а он был в очень хорошей форме, ещё и летает по несколько раз из США в РФ.

— Разве российская пенсия ему так необходима?

— Я думаю, она ему не так важна вообще, но тут у него квартира, все родственники живут почти, мотивов я не знаю его, почему он решил нашу получать.

 Какой средний возраст сотрудников?

— ~40-45. Есть и молодёжь, и старше, но их меньше значительно.

— Какое отношение у тебя к пенсионной реформе?

— Отвратительное.

Тут и до неё (реформы) такие законы пенсионные были «прекрасные», что люди с ума сходили от того, какие пенсии им насчитывают «огромные», естественно, злость и обиду срывали на нас, я уже и не надеюсь, что к тому времени, когда я состарюсь, у меня будет хоть какая-то пенсия

 У всех сотрудников ПФР такое отношение?

— Я думаю, у процентов 90, может, просто не такое агрессивное.

— Люди приходили к вам «разбираться» по поводу пенсионной реформы?

— Я уже не работала там, когда закон вступил в силу, ушла только тогда, когда стали обсуждать его возможность в Правительстве.

— А по рассказам бывших коллег?

— Мы насчёт работы не общаемся почти, возмущаются, ещё больше ругаются, плачут, а многие просто смирились.

— Работники часто пьют?

— Нет, у нас такого не было в отделе, ну только на праздники, когда отмечали все вместе.

— Дай совет молодым, кто не нашел себя еще. Стоит идти в эту сферу? Что нужно знать в таком случае?

— Нет, не стоит, только если нет других вариантов вообще, это очень сложно, работа плохо оплачивается, и если в моем случае была хорошая поддержка и дружба коллектива, то это не значит, что так будет везде, работать от лица государства на стороне несправедливых законов – ну такое себе чувство.

— Что в ПФР и конкретно вашем отделе мешало для нормального функционирования?

— Во-первых, низкая оплата труда для такой специфики работы, постоянный стресс, режим многозадачности и очень агрессивные люди, а во-вторых, очень большой поток людей и огромный объём работы, что в свою очередь выливается в то, что ты до темноты сидишь на работе в нерабочее время и тебе за это не платят, поэтому это, конечно же, расширение штата сотрудников.

Ну, и также не хватало хоть какой-то защита и безопасности сотрудников: камеры, охрана, застеклённые окна для приёма граждан и хоть какая-то защита со стороны закона. Потому что существует негласное правило о том, что гражданин всегда прав, например, если он пишет жалобу на конкретного сотрудника отдела в Управление ПФР, то разбираться никто не будет. Могут лишить всей премии, за которую сотрудники, в принципе, и пашут, а многие так и делают из пенсионеров, большинство чисто со зла и для мести и писать там, и придумывать могут всё что угодно.

 Случались ли нападения на сотрудников?

— В мое время нет, но пару лет назад до моего устройства пенсионер ударил тростью по голове молодой девчонке несколько раз, пробил голову (и да, этому деду ничего не было), хотя те, кто ещё находился в кабинете, и сотрудники, и посетители, говорили, что ее вины не было вообще. Такие случаи не частные, там не каждый день лупят сотрудников, но в год-полтора что-то, но происходит. А личные оскорбления сотрудников, мат, ор, хлопанье дверьми и угрозы — дело еженедельное.

— Почему таких людей не сажают?

— Не могу ответить точно, но знаю, что когда мою соседку ударили, она обратилась к начальству и «свыше» запретили вызывать полицию, потому что начнётся прокурорская проверка. А есть куча мелких нарушений во всех отделах, которые не регулируются городским главным ПФР. И никому не хочется лишаться премий и должностей у высоких начальников, нет видео- и аудиозаписей, часто это происходит, когда в кабинете нет ещё каких-либо людей и свидетелей. Короче, все это в совокупности и даёт такой результат. Частенько, грубо говоря, я чувствовала себя на работе «терпилой», на котором отыгрываются с одной стороны — разочарованные, озлобленные и агрессивные люди, которые разочаровываются в своей стране и власти, а с другой стороны — античеловеческие законодатели, огромная ответственность и необъятные объемы работы «свыше».

— Есть ли обращение к людям от сотрудника ПФР?

— Люди, будьте добрее друг к другу, наберитесь терпения, понимайте, что мы все в одной лодке.

Интервьюер

March 21, 2019
by Anton Shpakov
0
52

Сотрудница аниме-магазина


— Это физический магазин? Что в нем продается?

— У нас есть как физический магазин, так и сайт. Найти можно много чего: мангу (японские комиксы), японские сладости, дакимакуры (огромные подушки, примерно 160-170см, с персонажами аниме), аниме-атрибутику, косплей-атрибутику (для переодевания), линзы, огромные и малые фигуры и много чего. Мы также увлекаемся гик-товаром, поэтому найти можно и всякие вещи из сериалов, видеоигр и комиксов тоже.

— Насколько большой ваш магазин?

— На данный момент магазин маленький. По размерам как два школьных класса. Через год примерно планируется переезд в собственный центр, намного больше нынешнего магазина.

 Это ваш основной способ заработка или, скорее, хобби?

— На данный момент основное место заработка. Зарплата маленькая. Но наша организация — это совершенно новая структура в сфере бизнеса. Мы — бирюзовая/эволюционная организация.

Одно качество, которой состоит в том, что коллектив (всего восемь человек) является скорее семьёй, чем сотрудниками. Это только начало, поэтому жду роста нашей организации и не планирую покидать это место. Ну и у нас абсолютное доверие. Например, зарплату мы себе выбирали сами.

— Можете как-то коротко и доступно поведать о «бирюзовых/эволюционных» организациях?

— Самое основное: самоуправление (коллективный разум, нет лидеров), целостность (больше нет распределения на «работа» и «личная жизнь»; ты на работе — это ты, какой ты есть на самом деле), эволюционные цели (организация — это организм, который растёт и развивается не потому, что мы переезжаем в здание побольше, а потому, что мы сами становимся умнее и берём в свои руки задачи сложнее и интереснее).

— Как устроились на эту работу?

— Совершенно случайно. Корячилась и губила здоровье на работе в продуктовом, как приемщица товара. По 12 часов таскала коробки под крики жирных начальников. На перекуре зашла в ВК. Листала ленту и наткнулась на их объявление. Сами понимаете, от той работы, на которой я уже тогда работала, жизнь сахаром не казалась. С самого начала подумала, что ничего не выйдет. Написала им «ради прикола». А вот как все повернулось, устроилась же.

— Тяжело было устроиться на работу?

— Не скажу, что тяжело. Но человеку нужно подходить к этому месту на 100%. Мне просто повезло, что тут такие же люди, как я.

Если ты не подходишь, ты сам почувствуешь это и будешь ощущать себя неуютно. Как карусель — кого скинет, а кто останется

Чтобы начать работать, надо как минимум разбираться в названиях главных и популярных аниме, чтобы помогать людям в поиске товара. Некоторые слова, как дакимакура и манга, тоже надо знать.

— Интересуетесь ли вы сами аниме-тематикой? Считаете свою работу интересной или работаете только ради денег?

— Точно не ради денег. Деньги — последнее, что интересует там. Да, аниме интересуюсь. Не назову себя каким-нибудь «гуру», не смотрю взахлёб. Но интерес к некоторым произведениям есть. Можно смотреть, как и сериалы с фильмами. Ничего страшного в аниме нет.

Работа интересная. Каждодневное общение с людьми (чего обычно я терпеть не могу), заказы классных вещей, посещение фестивалей и так далее. Только вот после фабричной работы и штамповки школ и гимназий сложно привыкнуть и влиться в новую систему эволюционной организации.

 Какого возраста сотрудники вашего магазина? Все они интересуются аниме?

— Трём сотрудникам по 18 лет (включая меня), остальные от 24 до 26 лет. Все интересуются аниме. Кто-то меньше, кто-то больше.

— Люди какого возраста являются наиболее частыми посетителями магазина?

— Чаще всего подростки от 12 до 16. Приходят и меньше, намного. Часто приходят и взрослые. Часто приходят запуганные дети и подростки и благодарят нас, что наш магазин есть, и что мы не осуждаем их за их вкусы, общаемся с ними. Бывало, что приходила и «гопота». Даже с ними мы нашли общий язык, чему сами удивились. Иногда забегают занятые родители и показывают фотки и требуют помощи в выборе подарка для ребёнка.

— «Запуганные дети и подростки» — до сих пор существует гонение за любовь к аниме? Приходилось ли вам сталкиваться с этим конкретно на своей работе?

— Да. Родители часто смотрят на вещи, которые покупают их дети, и с презрением спрашивают: «И ты это смотришь? И тебе это нравится ? Фи». Некоторые клиенты просят упаковать товар так, чтобы не было видно на улице, а то «пацаны не поймут, отпи*дят». Некоторые люди приходят в магазин и просто разговаривают. Говорят о том, что родителям не нравится их увлечение и они просто хотят высказаться. И все эти люде не «помешанные», а совершенно обычные. Кто-то вечером садится под пивас Игру Престолов смотреть, а кто-то мультик студии Ghibli, и в этом нет ничего такого.

— Какие товары пользуются наибольшей популярностью?

— Если судить по заказам, то чаще всего быстро улетают японские сладости, манга, оригинальный товар (большие плакаты, фигурки) и кей-поп (корейская поп-музыка) альбомы (они не связаны с аниме, но людям нравится).

— Вы работаете с азиатской культурой в целом? Или все же конкретно с аниме, но так вышло, что и кей-поп затронули мимоходом?

— С кей-попом так вышло, потому что у нас несколько компаний. Одна — конкретно аниме, японская субкультура. Другая — корейская музыка и косметика. На развитие второй компании пока не хватает возможностей, поэтому мы их немного соединили.

На всю страну (я из Эстонии, Европа) у нас единственный магазин с аниме-атрибутикой и единственное место, где можно пробрести кей-поп альбомы и мерч. Людям нравится, а мы рады помочь.

— В большом ли городе работает магазин? Есть хоть какая-то конкуренция?

— Магазин находятся в столице Эстонии — Таллинне. Есть пара подвалов, где продают немного сладостей из Японии. Но конкуренция не ощущается. Да и у эволюционных организаций нет конкурентов — каждая индивидуальна.

 Как друзья и родители относятся к данной работе?

— У кого-то из работников родители и друзья поддерживают их полностью. Им наоборот интересно, мол, что-то новое и необычное. Другим, наоборот, приходится врать, что работают «в детском магазине» или «магазине игрушек». К сожалению, это так.

— Есть ли у вас знакомые среди покупателей и запоминаете ли вы их вообще?

— Да. Мы стараемся общаться с посетителями как с друзьями, хорошими знакомыми. Постоянных клиентов знаем по именам, спрашиваем, как у них дела в школе/на работе. В мире и так все слишком гнусно и кисло, все крутятся и заняты, думают о себе. У нас мы даём людям расслабиться и быть спокойными. Если им надо выговориться — мы тоже можем.

Несмотря на такую «романтику» в магазине, мы тоже не роботы. У нас нет такого понятия «клиент всегда прав». Наш маленький магазин для нас как дом. Если к тебе пришли в гости домой и начали вести себя как свиньи, то пора уносить ноги.

— Продаёте ли вы хентай-мангу (манга с эротическим или сексуальным содержанием) ?

— Пару раз была манга 16+ и 18+. Но ее мало. Планируем сделать целый отдел 18+ в новом центре: с мангой, фигурками и т. д.

— Часто ли приходят в магазин просто поглазеть на товар?

— Бывает, да. Иногда люди случайно попадают в магазин и после этого уже приходят регулярно.

— Товары по каким аниме сейчас пользуются самым большим спросом?

— Классика актуальна всегда: Naruto, Death Note, Tokyo Ghoul. Относительно новые аниме: Darling in the Franxxx, My Hero Academia.

— Что можете вообще сказать по поводу аниме-комьюнити? Многие люди, не смотрящие аниме, вешают клеймо абсолютно на всех любителей японской анимации, исходя из типичного представителя этой культуры. Как вы относитесь к этому? Схожи ли ярлыки с действительностью, по вашему мнению?

— Все люди, которых я пока встречала, абсолютно разные. Не встречала ещё ни одного человека, который подходил бы под описание «типичного анимешника», именно такого, как его описывает интернет.

Иногда приходят и говорят, мол, «анимешники такие, анимешника бла-бла». Тогда мы спрашиваем: «А я тоже?» В ответ они говорят, что нет, мы классные. Потом мы отвечаем, что тоже смотрим аниме, и эти люди с позором уходят

Бывало и так, что дверь в магазин открывалась, никто не заходил, но кричали «Анимешники пи*арасы», а заходить боялись. Вообще не понимаю, почему в сторону аниме такая агрессия. Когда я посмотрела комментарии под опросником Изнанки, я была в шоке. Столько грязи и гнили было…

— Как считаете, почему так происходит, что некоторые порицают других по поводу аниме?

— Люди гнобят друг друга за многие вещи. За обычные и непривычные. Я думаю, так происходит по двум причинам:

  1. Аниме кажется людям чем-то новым (хотя оно далеко уже не ново), поэтому отталкивают его вместе с людьми, которым оно нравится.

2. Слишком сильная давка стереотипов. Многим людям лень думать самим, а чтобы разобрать самому — иногда просто нет времени.

— Как вообще относитесь к Японии и её культуре, помимо аниме?

— С большим интересом. В японской культуре, как и в многих других, много удивительного. Если бы было время, я бы и язык попробовала выучить, и съездила бы в Японию.

— Какие у вас обязанности по работе в магазине?

— Конкретно я отвечаю за интернет-магазин. В скором будущем планирую начать заниматься заказами манги. Может быть, буду помогать с заказами для отдела 18+ и гик-товара в новом центре.

 В любом комьюнити, состоящем из увлечённых людей, есть люди, которые слегка помешались на своём хобби. Встречали какие-то проявления этого помешательства у ваших клиентов?

— Ну, бывают люди, которые скупают буквально всё, что мы имеем с их любимым персонажем/аниме. Это уже может немного насторожить. Но опять же, это выбор каждого и мы только рады осчастливить кого-то.

— Сотрудничаете ли вы с пиратскими издательствами манги?

— Было один раз. Заказывали украинскую мангу. Решила я разок ее почитать и ужаснулась — качество перевода ужасное, страница наполовину пустые и всё в таком духе. С тех пор решили, что лучше будем платить больше и заказывать реже, зато качество будет лучше.

— Какой самый странный товар видели в вашем магазине?

— Самым странным могу назвать наволочку на дакимакуру, на которой была изображена женщина-лошадь и женщина-паук. Еще видела на сайте дакимакуру с покемоном 18+. Мы ее так и не заказали. Но травма у меня осталась.

 Что бы вы никогда не стали продавать в вашем магазине?

— Вещи с тематикой Fortnite и Minecraft. Маленькие мальчики, которые бурно реагируют на видеоигры, меня подбешивают. К сожалению, немного этого есть в магазине.

— Какие можете посоветовать аниме-сериалы или полнометражки?

— Из полнометражек мне лично нравятся мультфильмы Хаяо Миядзаки. «Вкус жизни», «Твоё имя» и «Форма Голоса» — больше для подростков, но заинтересовывает.

Хотя я больше фанат необычного аниме, как «Тетрадь Смерти», «Парад Смерти», «Паразит» и все в таком духе.

И на возгласы родителей и учителей, что аниме делает из детей маньяков, могу смело ответить, что чушь все это. Я и многие люди тому доказательство. И «Паразита» смотрю, и Чехова читаю. И ничего. Из детей маньяков делают пьющие родители и школы, более похожие на мясорубку, но никак ни аниме или другие мультики (исключения всегда бывают)

— Были ли какие-то веселые и запомнившиеся моменты в работе?

— Совсем недавно наш сотрудник облокотился на шкаф со сладостями и он упал. Ничего такого. Но когда мы посмотрели на это через камеры, часа три смеялись с слезами на глазах. Далее был монтаж, и вот теперь этот сотрудник местный мем.

— Какой покупатель вам больше всего запомнился?

— Однажды в магазин забежала девушка. Сказала, что из Питера. Купила мангу, мы с ней так хорошо поговорили. Она ушла и я подумала, что мы ведь больше и не встретимся. Почему-то она так и запомнилась.

— Может ли современный аниме-магазин выжить без продажи гик-товаров по комиксам, видеоиграм и сериалам?

— Да, может. Просто мы тоже не только аниме смотрим. Я, например, жду выхода Мстителей и последнего сезона Игры Престолов. Другая девушка обожает League of Legends и играет в Доту. Нам нравится иметь и видеть этот товар в магазине. Мы не лавируем на волнах хайпа, чтобы срубить денег. Нам просто это нравится.

— Как дела обстоят с «движением в массы» аниме в Эстонии? Показывают ли, к примеру, полнометражки в кино?

— Раз в год происходит фестиваль, целую неделю в кино показывают различные мультфильмы и прочее, устраивается распродажа всякого мерча, косплей, конкурсы. Некоторые люди иногда сами устраивают сходки или мероприятия. Мы тоже частенько зовём клиентов в гости на различные праздники. В книжных магазинах можно найти мангу (дорогая правда).

— Дакимакуры пользуются спросом? Встречали людей, которые покупают дакимакуру не просто «по фану», а именно чтоб как-нибудь скрасить своё одиночество?

— Часто, да. У некоторых есть даже больше, чем одна. Если не ошибаюсь, у одного нашего клиента их уже штук девять. Один мой знакомый купил себе тоже дакимакуру. Со своей «вайфу» (любимый женский персонаж). Говорит, что с подушкой спать удобнее и теплее, а изображение персонажа — как вишенка на торте. Сама себе я бы ее не купила. Я люблю просторность на кровати.

— С каким самым взрослым покупателем имели дело? По какому поводу он был в вашем магазине?

— Один мужчина просто любит аниме, часто приходит, принимает участие в мероприятиях. Еще одна женщина любит со своими детьми приходить: они покупают что-то себе и она себе. Думаю, им обоим где-то около тридцати лет.

Пару раз приезжали женщины в возрасте от 45-50 лет из Финляндии. Они закупились японскими сладостями и сказали, чтобы мы приобрели что нибудь из олдскульных аниме (Sailor Moon, например).

— Реально ли работать на вашей должности, но при этом ненавидеть аниме?

— В какой-нибудь другой организации, где клиент — это бог и ему нужно зад целовать, где ты можешь пакостить своим коллегам, чтобы продвинуть себя, может и да. Но у нас — точно нет.

 Что самое дорогое у вас продается?

— Оригинальные фигуры — они сделаны из качественных материалов и стоят несусветных денег.

— Аниме вам больше манги нравится?

— Мне нравится аниме больше манги, да. Но я еще люблю Ранобэ (японские романы с иллюстрациями). Манга бывает такая длинная, да и я не люблю с картинками читать — голова то на что? А вот ранобэ в самый раз.

 Какая у вас зарплата?

— Я получаю от 430€ до 500€ + премии (от 7,90€ до 50€), если у нас удачный месяц.

— В целом, вы чувствуете причастность к аниме-культуре или это приятная побочная часть жизни?

— Даже не знаю, как ответить. Я — человек многосторонний. Мне нравится много чего. Аниме тоже. Мне просто нравится, как все сложилось, что я попала в это место. Если меня спросят, являюсь ли я анимешником, то я отвечу да. Но я не считаю, что вешаю на себя какой-либо ярлык. Просто наслаждаюсь тем, что нравится.

March 20, 2019
by Anton Shpakov
0
73
Show more