Таблетка, которую я принимаю всю жизнь, запрещена в половине мира
Четыре акта, один бытовой вопрос и несколько часов чтения, после которых смотришь на свою аптечку немного иначе.
Когда мир стал слишком большим: что я понял, прочитав про последнего охотника на белых медведей
Формально — это разбор статьи из The New Yorker про последнего охотника на белых медведей в Гренландии. На самом деле — про то, как жить, когда мир стал слишком большим, чтобы в нём было ощущение смысла.
Мы не потеряли монокультуру. Мы получили выбор — и не знаем, что с ним делать
О том, что такое монокультура, и о том, как теперь жить эту жизнь в таком сложном культурном фоне
Почему счастье так невыносимо скучно? Что нам говорят Толстой, Борхес и Тейлор Свифт
О сложности природы счастья через неймдропинг классиков
Любовь как долговая расписка: что «Одиссея» знает об отношениях
О модели любовных отношений, которую предлагают нам греки
«С нами боги»: как оправдывают насилие во все времена
О том, почему формула Одиссея звучит подозрительно знакомо
Одиссея: древняя мудрость для современного хаоса
О том, чему Гомер мог бы научить нас в эпоху двух телефонов и бесконечного выбора
Ловушка «Никто»: Почему античные герои круче современных инфлюенсеров
О невозможности подлинной славы в эпоху управляемой репутации
Быть Дягилевым
Психологическое упражнение с щепоткой фантазий на анализе биографии главного русского импресарио 20 века