Триста страниц исписанной бумаги, три жизни, уместившиеся в стопку листов.
Агата проснулась оттого, что кто-то гладил её по волосам. Не открывая глаз, она улыбнулась и потянулась навстречу тёплой ладони.
Лаз был узким, тёмным и, казалось, бесконечным. Грэй полз на ощупь, сдирая локти и колени о острые камни, но не останавливался. Каждая секунда промедления могла стоить Агате жизни.
— Морган, — голос Грэя прозвучал удивительно спокойно, хотя Агата чувствовала, как напряглись мышцы его спины под её ладонью. — Старая перечница. А я уж думал, ты утонул со своим корытом.
Алина подошла к окну. Залив был серым, небо низким, дождь лил как из ведра. Хорошая погода для работы — не тянет гулять, можно сидеть дома и писать.
Они выехали рано утром. Автобус до Кеми, потом поездка на катере по Белому морю — и вот уже вдали показались очертания Соловецкого монастыря.