«Малое расхождение»: доиндустриальные корни европейского неравенства
Экономическая история не любит телеологию: мы знаем, чем закончилась европейская модернизация, но это знание постоянно искажает наше понимание того, как она начиналась. В этом смысле «Малое расхождение» – расхождение траекторий Северо-Западной и Южной Европы в XIV–XVIII веках – представляет не самый удобный объект анализа. Здесь ещё не произошёл промышленный переворот, но уже есть устойчивая дивергенция в доходах, заработках и демографической динамике.
Каким должно быть историческое исследование? Очерк теории и методологии истории
Я заметил, что много пишу об истории, но мало о теории и методологии – спешу исправить этот пробел. По рекомендации коллеги я обратился к работам белорусского историка В.Л. Носевича, чьи научные интересы охватывают историческую географию, генеалогию и демографию. Больше всего меня заинтересовала его монография «Традиционная белорусская деревня в европейской перспективе». Именно на её примере я предлагаю разобрать, как сегодня строится качественное исследование. Под качественным исследованием я понимаю такую работу, которая обеспечивает реальное приращение знания об объекте, рассматривая его во всей сложности внутренних и внешних связей.
Миф о «бюрократическом засилье» в Российской империи
В массовом сознании укоренился образ Российской империи как гипербюрократизированного и милитаризированного государства. Однако современная историография, как отечественная, так и зарубежная, активно пересматривает этот стереотип. Как гласит крылатое выражение, «всё познаётся в сравнении». Чтобы проверить тезис о «бюрократическом засилье», необходимо обратиться к сравнительному количественному анализу.
В тени Листа: ограничения неомеркантилистской исторической аналогии
Согласно «Британской энциклопедии», меркантилизм –
Победа, но не над кризисом: спасла ли война американскую экономику?
Распространённое мнение, будто Вторая мировая война послужила катализатором, который вывел экономику США из Великой депрессии, глубоко укоренено не только в массовом сознании, но и в работах ряда историков и экономистов. Эта парадигма утверждает, что масштабные государственные расходы военного времени ликвидировали безработицу и запустили самоподдерживающийся рост. Однако пристальный институциональный анализ, проведённый экономическим историком Робертом Хиггсом, вскрывает ряд методологических ошибок этого подхода. В книге «Depression, War, and Cold War: Studies in Political Economy», он демонстрирует, что экономика военных лет представляла собой качественно иную, командную систему, чьи показатели несопоставимы с рыночной экономикой...
Неравенство в долгосрочной перспективе: пересмотр теорий Мальтуса и Кузнеца
В экономической истории доминировали две концепции, объясняющие причины неравенства.
Кто кого «ограбил» во время отмены крепостного права в России?
В советской историографии был распространён тезис о «грабительском» характере крестьянской реформы 1861 года. Как отмечает П.А. Зайончковский,
Модернизация: почему у Японии получилось, а у России – нет?
Во второй половине XIX века две империи – Япония и Россия – вступили в эпоху глубоких структурных преобразований. Обе были аграрными, отстающими от ведущих держав, и обе избрали путь «догоняющего развития». Однако к началу XX века Япония совершила мощный рывок, превратившись в полноправную мировую державу, в то время как Российская империя погрузилась в череду нарастающих кризисов.