
В интервью на портале «Милосердие», с которым мы уже знакомили наших подписчиков, большой друг Центра проблем аутизма и постоянный участник наших международных конференций кандидат биологических наук Екатерина Трифонова из Института цитологии и генетики СО РАН подробно объясняет, почему генетика — это ключ к пониманию аутизма, но ключ непростой.

Окситоцин давно известен как «гормон любви» и социальной связи. Но у него есть менее известный брат-близнец — вазопрессин. Исследование, опубликованное в марте 2026 года в журнале Autism Research, показало: именно вазопрессин, а не окситоцин, является ключевым биомаркером социальных нарушений при расстройствах аутистического спектра (РАС).

Речь — это одна из важнейших характеристик и преимуществ человека, поэтому независимо от того, каков диагноз ребенка (например, расстройство нейроразвития) или взрослого (тут речь может идти об инсульте, параличе, травме), мы всегда стремимся развить или восстановить его речевую функцию. Иногда мы делаем это с помощью тех или иных внешних предметов или технологий, способных «вытащить» речь (например, в письменном виде или при помощи специальных картинок) и тем самым обеспечить коммуникацию.

В последние годы в понимании аутизма происходит значительный сдвиг. Социальные трудности, которые раньше рассматривались как внутренние дефициты аутичного человека, всe чаще переосмысляются как результат взаимного недопонимания между людьми с разными нейротипами . Это явление получило название «проблемы двойной эмпатии»: аутичные и нейротипичные люди испытывают трудности во взаимопонимании не потому, что кто-то «неправильно» устроен, а потому что их способы восприятия и коммуникации различаются.

Девочка лет двенадцати идет с мамой на музыкальный концерт. У Ани (так зовут девочку) расстройство аутистического спектра. Она любит музыку, но, к печали всех членов семьи, не хочет заниматься ею специально, хотя у нее, как убеждены родители, «музыкальные гены»: бабушка по отцовской линии — прекрасная пианистка, дедушка по материнской — популярный в свое время эстрадный певец.

Чтение — один из ключевых навыков, открывающих двери к академическому успеху, независимости и будущей карьере. Для многих детей и подростков с расстройствами аутистического спектра (РАС) этот процесс сопряжен с серьезными трудностями. Они могут хорошо справляться с декодированием слов, но испытывать проблемы с пониманием смысла, или наоборот — сталкиваться с барьерами на уровне фонематического осознания и беглости. Именно поэтому систематические обзоры, обобщающие доказательную базу вмешательств, так важны для учителей, логопедов и родителей.

Почему один ярлык не подходит всем

Ученые из Института Аллена (Сиэтл) и Исследовательского кампуса Джанелия при Медицинском институте Говарда Хьюза (HHMI) создали белковый сенсор iGluSnFR4, который впервые позволяет в реальном времени фиксировать входящие химические сигналы нейронов — передаваемые нейромедиатором глутаматом, — а не только их исходящие электрические импульсы. Эти сигналы слишком слабы и скоротечны для наблюдения, поэтому в понимании того, как на самом деле общаются клетки мозга, был серьезный пробел. Новая разработка закрывает эту брешь.

Родители детей с аутизмом по всему миру часто живут в двух параллельных реальностях. С одной стороны — огромная нагрузка: терапии, школы, постоянный контроль, усталость и тревога за будущее ребенка. С другой — социальная среда, которая нередко реагирует непониманием, осуждением или просто отстраненностью. В итоге многие сознательно или вынужденно уходят в свои круги: закрытые чаты, родительские группы, встречи «со своими». Там не нужно объяснять, почему с ребенком случается истерика на игровой площадке, оправдываться за его поведение или терпеть недоуменные, а то и осуждающие, взгляды. Это защитный механизм, но он может усиливать общую изоляцию семьи, и с недавних пор исследователи аутизма заинтересовались не только инклюзией детей...

Одно новое исследование и одна семейная история