
В марте этого года в престижном медицинском журнале Cell Reports Medicine было опубликовано весьма интересное исследование группы китайских ученых из научных центров Шанхая. Оно представляет собой крупный мультиомиксный анализ, направленный на выявление связей между кишечной микробиотой, структурой мозга и поведением при расстройствах аутистического спектра (РАС).

Ген Нейролигин-3 (NLGN3) уже давно известен как фактор риска расстройства аутистического спектра. На протяжении многих лет большинство исследований было сосредоточено на конкретной его мутации — p.R451C. Существует, однако множество других мутаций в этом гене, и мы на удивление мало знаем о том, как они действуют. Более того, наблюдается интересный паттерн: большая часть унаследованных мутаций NLGN3 передается от здоровых матерей к сыновьям с РАС, в то время как новые мутации (de novo — изменения, возникающие у ребенка впервые и отсутствующие у обоих родителей) временами внезапно возникают у девочек с расстройством. Это поднимает ключевой вопрос — влияют ли унаследованные и внезапные мутации на мозг по-разному?

Когда речь заходит о детях с расстройствами аутистического спектра, нередко говорят об их выдающихся способностях к систематизации и логике. У них действительно есть хороший математический потенциал, однако традиционная школа с ее единым для всех темпом, громкими переменами и требованиями «смотреть в глаза» часто становится для них источником колоссального стресса. Ребенок может блестяще решать задачи в уме, но совершенно теряться у доски или паниковать из-за тикающих часов во время контрольной работы.

Распространенность расстройств аутистического спектра неуклонно растет, и если еще двадцать лет назад считалось, что аутизм встречается у одного ребенка из 150, то современная статистика в некоторых странах (например, в США) оценивает распространенность этого расстройства как 1:31. Возникает вопрос: этот рост является реальным или мнимым? Иными словами — если переводить этот вопрос в практическую плоскость — действительно ли бòльшая пропорция детей стала страдать аутизмом, или сегодня мы более чувствительны и внимательны к нему? Может быть, те дети, которые раньше не получали диагноза РАС, теперь диагностируются, причем достаточно рано?

Оксид азота — вещество, которое является одним из тихих помощников мозга. Эта крошечная молекула легко перемещается между клетками, помогая тонко настроить коммуникацию и поддерживать работоспособность нейронных цепей. Новое исследование ученых Еврейского университета в Иерусалиме показывает, однако, что в некоторых случаях аутизма оксид азота может также запустить последовательность биохимических реакций, которая вызывает чрезмерную активность критически важной клеточной системы.

Аутизм и ряд других неврологических и ментальных расстройств долгое время рассматривались исключительно как нарушение тех или иных мозговых функций. Между тем, терапии, прицельно направленные на причину, локализованную в мозге, очень часто не дают желаемого эффекта.

С 2013 «Центр проблем аутизма» реализует уникальный инновативный проект по инклюзии детей с аутизмом в общеобразовательную среду на базе модели ресурсного класса. В основе нашей работы — серьезные научно-методические основания, и хотя мы видим воочию уникальные результаты, в числе которых — успешная инклюзия в общеобразовательную среду невербальных детей — мы всегда рады новым научным работам, подтверждающим эффективность этой модели.

Состояние потока обычно описывается как ощущение ускользающего времени, когда мы полностью поглощены каким-либо занятием. У аутичных людей подобного рода глубокое погружение («аутистический поток») может быть особенно сильным, и, как показывает новое исследование, оно играет важную роль в повседневном функционировании. Исследовательница Даниэлла Уэйн и ее коллеги демонстрируют, что состояние потока не только является очень приятным переживанием, но и играет ключевую роль в саморегуляции, влияя на то, как люди с аутизмом контролируют эмоции, справляются с подавленностью и взаимодействуют с окружающим миром.

Представьте себе учителя, который никогда не устает, повторяет объяснение столько раз, сколько нужно, и умеет превращать сложные социальные концепты в простые, понятные правила. Таким учителем уже более 15 лет является робот Каспар (Kaspar) — разработка ученых из Университета Хартфордшира (Великобритания). Это не фантастика, а одно из самых успешных на сегодняшний день решений в области помощи детям с расстройствами аутистического спектра (РАС).