22. Совет и Кирез
Они шли к лагерю почти в полной тишине. Позади догорала деревня — ещё недавно полная жизни, теперь превращённая в пепел и огонь. В пламени исчезала вся та скверна, что годами накапливалась в сердцах её жителей.
21. Йорг
Пильяс и Артембальд медленно продвигались к краю деревни. У старой коновязи стояла до боли знакомая лошадь — та самая, что бросила Артембальда сегодняшним утром. В это время воины Йорга завершали зачистку: тела павших лежали в пыли, добивали раненых, а уцелевших, что не успели скрыться, сгоняли в пустующий скотный загон. — Как ты нашёл меня? — спросил Артембальд, бросая взгляд на спутника. — Когда мы с тобой летели в повозке графа Коха, — начал Пильяс, — ты потерял сознание, и, судя по всему, благополучно рухнул где-то в районе озера. А я, не удержавшись, выпал над хребтом. По чистой случайности выжил и оказался почти на вершине той самой горы к северу от озера. Но был я на северном склоне, и долетел ли ты — оставалось тайной. Пока...
20. Отчаяние и облегчение
Увиденное оставило в душе Артембальда неизгладимый след. Это переживание ещё не раз отзовётся в его снах и мыслях. Но сейчас он действовал в режиме сухой рациональности — будто сознание инстинктивно пыталось отстраниться от ужаса. Он не знал, что мог бы сделать. Лучше бы его прикончили Чорблины или он утонул — но не такая смерть.
19. Странная Деревня
Оставив позади поле боя, дымящуюся хижину и пару тел, Артембальд двигался дальше. След крови, который он тащил за собой, становился всё длиннее, но на душе у него было спокойно. В той пастушьей хижине он будто оставил часть своего страха и сомнений. А ещё он оставил там и содержимое желудка, о чём пожалел часа через три пути. Глянул на солнце — до темноты было около четырёх часов, решил потерпеть. Позже, когда усталость стала давать о себе знать, он слез с лошади (а точнее просто перестал подгибать ноги) и устроился на ночлег в степи. Вокруг — ни деревца, ни холма, один и тот же пейзаж во все стороны. Холмы, откуда он шёл, уже скрылись за горизонтом. Он усадил лошадь, поел и лёг рядом. Кобыла, с которой он познакомился только утром...
18. Храбрость
Проклятая пастушья хижина, что осталась за спиной Артембальда, медленно исчезала из виду, с каждой секундой становясь всё менее зримой. Его терзали сомнения, тревога и страх. Он постоянно оборачивался — вновь и вновь, не в силах оторваться взглядом от этой мрачной постройки. С каждым шагом, с каждым поворотом головы страх будто ослабевал — будто сама дистанция между ним и хижиной обрывала тёмные нити, сжимающие сердце. Но на месте страха рождалось иное чувство — обида, вперемешку с глухой беспомощностью.
17. Нет дыма без огня
На единственной кровати лежал изуродованный труп полурослика. В углу слева от двери Артембальд заметил груду окровавленной одежды, перемешанную с костями — человеческими по форме, но меньшими по размеру. Всё это покоилось в бурой зловонной жиже, от которой шёл невыносимый запах. Он выскочил из хижины, с размаху ударившись головой о низкую дверную раму, и его тут же вырвало прямо у порога. Опрокинув содержимое желудка и немного придя в себя, Артембальд застыл рядом с хижиной, не решаясь войти снова. Он бы и дальше стоял там, но новая, более острая волна ужаса пронзила его — а что, если убийца всё ещё где-то поблизости? Что, если он притаился неподалёку, наблюдая? Проглотив страх и подавив рвотные позывы, Артембальд заставил себя войти...
16. Начало пути в Рольнад
На этот раз Артембальд проснулся в том же месте, где и уснул. Ночь прошла спокойно: ветви дерева надёжно удерживали его, а вещмешок лежал точно там, где он его оставил. Всё было на месте, ничто не нарушило покоя. Прикинув в уме, сколько времени занял его полёт, пребывание в отключке и путь от озера до стоянки, он заключил, что до Рольнада оставалось около трёх дней. Этого вполне хватало, чтобы прибыть вовремя на встречу вождей двух племён.
15. Полет и пробуждение
Артембальд очнулся посреди озера, лежа в лодке, голова раскалывалась, а солнце уже клонилось к горизонту. Приподнявшись, он с удивлением разглядел вдалеке гору — ту самую, которую, судя по всему, каким-то чудом преодолел. Пильяса поблизости не было. Крыльев на лодке тоже. И тут его охватило знакомое чувство дежавю, только на этот раз он не был связан по рукам и ногам, что уже можно было считать прогрессом.
14. Сгоревшая башня
Граф Кох выкрикнул нечто столь непристойное на языке Полуросликов, что перевод на Имперский представлялся делом не только невозможным, но и крайне нежелательным. Ворота распахнулись почти мгновенно, и троица прошла внутрь. Артембальд невольно поразился разнице между этим укреплением и предыдущим: обугленная башня, обвалившаяся часть стены, и главное — хаотичная груда досок и металлических обломков, будто тут располагалась лавка по торговле тележными останками. Во дворе стояли несколько странных телег. Одна напоминала карету с дощатым корпусом и крошечными бойницами, другая — уже знакомую Артембальду модель со штурвалом, но без зловещих бочек с порохом. Граф, заметив интерес в глазах спутников, пояснил: — Та, что похожа на ящик с дырками...
13. План
— Отлично! — воскликнул Кох. — Слушай план. Через четыре дня в Рольнаде состоится встреча между Рашхаром Покорителем Дюн и Джимбо Джеймсом. Рашхар — вождь Пустынников. Он хочет заключить союз с Джеймсом, чтобы объединить Пустынное и Лесное племя и ударить по нашим Горным друзьям. Если им удастся победить Горных Воинов и Дозорных, ослабев после боя, они не смогут удержать границу, а про победу над ордой и говорить не стоит. Так вот: я предлагаю убрать Рашхара, поговорить с Джеймсом, склонить его на нашу сторону, и, пока пустынники останутся без лидера, Горные Воины под предводительством Йорга возьмут Рольнад. А мы, в свою очередь, сможем объединить племена.