В современном мире роскоши признаки качества — детали, выполненные вручную, ремесленное производство и отслеживаемые материалы — не исчезли, но стали необязательными. Символическая ценность происхождения, когда-то связанная с историей и трудом, все чаще заменяется эксклюзивностью. Рост количества подделок и суперподделок, нормализация контрфактной продукции и популярность массовых версий роскошных товаров — все это указывает на культуру роскоши, в которой происхождение не имеет значения. В этом мире важно не то, изготовлено ли что-то во флорентийской мастерской, а то, выглядит ли оно дорого и соответствует ли привычным кодам роскоши. В результате этого культурного сдвига в сторону пост происхождения качество было вытеснено зрелищностью...

В книге «Симулякры и симуляция» (1981) покойный французский философ Жан Бодрийяр высказал предположение, что мы больше не живем в реальности, которую непосредственно воспринимаем, а в «гиперреальности»: мире, настолько сильно опосредованном образами, что они оказывают большее влияние на нашу повседневную жизнь, чем реальный мир.
Вы долго искали этот святой Грааль, проводили исследования, нашли подходящее предложение или тот самый неизвестный магазин. Наконец, вы купили его и получили, и он вам понравился… Ну и что теперь?

Японская мода определяется балансом. Несмотря на то, что эта страна, несомненно, является одной из самых передовых в индустрии, в ней работают блестящие умы, которые не могут не внедрять инновации, за этим стоит непоколебимое чувство традиции. Понимание истории дизайна и деталей передается из поколения в поколение будущим творцам, а в будущее, которое они выкладывают перед нами, вплетаются глубокие знания и забота. Именно благодаря этому балансу, когда японские дизайнеры идут вперед, не забывая при этом о прошлом, они навсегда остаются идеалами моды. Среди них такие образцы, как Дзюнья Ватанабе и Рей Кавакубо — два имени, которые звучат в залах славы по причинам, понятным любому поклоннику моды. Будучи двумя дизайнерами, которые...

Лихая креативность Александра Маккуина выражалась в техническом мастерстве его дизайнов и драматическом накале его модных показов. Опираясь на авангардные инсталляции и перформансы, они также были абсолютно автобиографичны. Маккуин бесстрашно бросал вызов условностям моды. Редкий среди дизайнеров, он видел за физическими ограничениями одежды ее концептуальные и воображаемые возможности.

Испанский костюм неоднократно оказывал влияние на Баленсиагу. По мере урбанизации Испании начала XX века антропологи и художники стремились запечатлеть традиционные обычаи, пока они не исчезли. Баленсиага владел антологией региональных костюмов Изабель де Паленсии и наверняка видел фотографии своего баскского современника Хосе Ортиса-Эчагуэ. В этом вечернем платье, сшитом для его хорошей подруги Франсин Вайсвайлер, прослеживается долг перед валенсийской одеждой.

История его создания хорошо известна: Кристобаль Баленсиага определял будущее мировой моды с 1940-х и почти до 1970-х годов, но в 1968 году, когда готовая одежда начала одерживать верх над высокой модой, он решил уйти. Он закрыл свое ателье в Париже и вернулся в Испанию. Новый способ потребления и производства моды так и не убедил его, и он решил, что его эпоха закончилась. Это один из тех случаев, которые подтверждают, что нет смысла затягивать творческие дискуссии, когда все уже было сказано раньше и лучше, но также один из тех, которые напоминают нам, что с каждым прощанием сердце немного замирает. Мастер умер всего через четыре года после прощания.

Знакомство с основными характеристиками творчества Баленсиаги и его важнейшим вкладом в историю моды и дизайна с точки зрения коллекций Музея Кристобаля Баленсиаги.

Минимальное определение одежды можно сформулировать как совокупность кусков ткани, сшитых вместе для покрытия человеческого тела. Специфика работ Карола Кристиана Поэля заключается в том, что каждый элемент одежды — ткани, швы, формы, связь с человеческим телом — подвергается тщательному анализу с точки зрения структуры, функции и смысла. Работа с этими элементами неотделима от рефлексии над ними. Среди всех элементов особое внимание уделяется швам, которые демонстрируют выдающуюся концептуальную изобретательность.

Маневрируя по улицам Сибуи, мои глаза, уши и нос подвергаются нападению множества достопримечательностей, звуков и запахов. Но как житель Лондона я к этому приучена. Руки наготове, я делаю шаг и…