На следующее утро, едва покончив с завтраком, Лу Суй мимоходом обронил, что старая мотыга совсем затупилась и пришла в негодность. Он собрался было съездить на рынок в городок, чтобы присмотреть в кузнице новый инструмент. Ся Цинтао тут же вспомнил, что кузней там заправляет семья Ся Мяня, и поспешно предостерёг мужа: — Ты только в ту кузницу, что на западной окраине городка, не заходи. Ей заправляют родные Ся Мяня. Стоит нам туда сунуться, они ещё подумают, будто мы по старой дружбе хотим у них скидку выгадать или подешевле сторговаться. Лу Суй согласно кивнул: — Хорошо, я тогда загляну в ту лавку, что примостилась в переулке у самой реки. Едва муж скрылся за воротами, Ся Цинтао привычно принялся за повседневные хлопоты: постирал...
Когда с обедом было покончено, Юньнян выставила на стол миску с цукатами и свежими фруктами, и все вместе уселись за неспешную беседу. Ся Цинси поинтересовался, когда супруги планируют следующую поездку в лесную хижину. Услышав, что те собираются дождаться осени, он заметно повеселел и успокоился. Затем мужчины принялись обсуждать виды на урожай озимой пшеницы, и Лу Суй охотно делился со старшим братом своим опытом ведения хозяйства. Разговор плавно перетёк на деревенские дела, и Синхуа принялась в красках расписывать Ся Цинтао последние сплетни и забавные случаи, произошедшие в их родных краях. Родственники не виделись довольно долго, так что тем для разговоров у них было хоть отбавляй. Беседа затянулась до середины дня. Когда...
— Цинтао! — окликнула его Синхуа, завидев на пороге, и поспешно поднялась со скамьи. — Наконец-то ты вернулся! — Брат, невестка! — Ся Цинтао аккуратно пристроил плетёную корзину и деревянное ведёрко под навесом крыльца. — Я ходил к речному броду траву косить да вола выгуливать… А этот Дахэй упёрся как осёл, ни в какую не желал из воды вылезать. Пришлось оставить его под присмотром соседского мальчишки. Услышав это, Ся Цинси добродушно рассмеялся: — Как говорится, каков хозяин, таков и скот! Ты сам у нас упрямый как осёл, вот и вол под стать тебе вырос. — Ся Цинси, ты что, специально ко мне в дом пришёл, чтобы меня позлить? — шутливо огрызнулся Цинтао, но с его лица не сходила тёплая улыбка. Он подошёл ближе, ласково взял невестку...
Юньнян, впрочем, ничуть не смутилась и с улыбкой ответила: — Да куда спешить-то? В таких делах спешка ни к чему, молодые ведь только-только поженились, и полугода не прошло. Старшая тётушка тоже согласно закивала: — Да это я так, к слову спросила, дело-то житейское, торопить нельзя. Наш Иньшэн, вон, тоже полтора года прожил в браке, прежде чем понёс. Как раз в этот момент из кухни вышел Ся Цинтао и протянул пиалу родственнице: — Тётушка, я всё дочиста вымыл. — Ох, спасибо, сынок. Ну, вы тут занимайтесь своими делами, а я пойду обед стряпать, — взяв посуду, тётушка развернулась и вышла со двора. Ся Цинтао выбрал из кучки сливу, протянул Юньнян и весело предложил: — Матушка, а ну-ка попробуйте, правда ведь кислятина несусветная? Поскольку...
Закончив обед, Бай Шуй-эр с супругом стали собираться в обратный путь. С одной стороны, они и так загостились в этих краях на много дней, и им давно пора было возвращаться в управу Минчжоу. С во-вторых, янмэй — ягода капризная и быстро портится: даже с учётом льда, чем скорее они доставят товар к месту назначения, тем лучше. Это было их общее дело, и задерживаться купцам никак нельзя. Раз уж гости уезжали, Юньнян велела Ся Цинтао собрать им в дорогу целую связку ароматных цзунцзы — она понимала, что на лодке те не смогут сами приготовить праздничные угощения, а так они хотя бы справят Дуаньу как полагается. Бай Шуй-эр, разумеется, был несказанно рад и глубоко тронут такой заботой. Они только недавно назвались братьями, да и по характеру...
Едва вор приземлился на землю, как две пары рук с силой прижали его к полу. Он попытался вырваться, но противник намертво придавил его спину коленом. — Всю ночь тебя прождали! — Проклятая псина, как ты посмел обкрадывать наш дом! Это были голоса Лу Суя и Лу Яня. — Вор! Ловите вора! Снова этот мерзавец на воровство пришел! — во все горло закричал Лу Янь. Крики быстро разбудили Юньнян и Ся Цинтао. Они быстро встали, зажгли масляные лампы и вышли во двор. К этому времени Лу Суй и Лу Янь уже подтащили пленника к свету. Юньнян поднесла лампу ближе и вскрикнула от негодования: — А-Фа! И впрямь ты! Оказалось, этим человеком был Лу Яофа, второй сын Чжао Цайцзинь — той самой женщины, что раньше постоянно притесняла Юньнян и Ся Цинтао. Мать в нем...
Супруги вернулись домой как раз к обеду. За едой они рассказали Юньнян о планах заняться продажей яньмэя вместе с семьёй У Чэна. Юньнян всегда доверяла сыну и невестке, поэтому возражать не стала, лишь наставительно заметила: — Раз уж вы всё обсудили и решили, мне сказать нечего. Только дело это рискованное, так что будьте готовы ко всему. — Матушка правду говорит, — отозвался Ся Цинтао. — В торговле не всегда всё гладко. Даже если прогорим, зато опыта наберёмся. Мы ещё молоды, возможностей заработать будет полно — если сегодня потеряем, завтра вернём всё сторицей. И добавил: — За эти два дня на солёных утиных яйцах и сушёных побегах бамбука мы выручили триста четырнадцать вэней. За вычетом расходов на завтраки чистыми осталось почти...
Попивая прохладительные напитки, четверо собеседников вели неспешный разговор, обмениваясь новостями. Бай Шуй-эр сказал: — На праздник Дуаньу морские дары разлетаются на ура. Особенно в богатых семьях, где на стол принято подавать «двенадцать красных блюд» — там без горбыля* никак не обойтись. Вот мы и приплыли сюда поторговать. — Он сделал глоток и продолжил: — Сегодня товар и впрямь был нарасхват, всё мигом распродали. Теперь хочу прикупить овощей в дорогу: завтра на рассвете отчаливаем обратно в управу Минчжоу, надо же нам что-то есть в пути. Лу Суй спросил: — Сколько плыть отсюда до Минчжоу? — Два дня, — ответил У Чэн. — Поэтому каждый раз, когда идем сюда, загружаем судно морским товаром под завязку. Слушая их, Ся Цинтао прикинул...
Стоило ему отойти, как к прилавку приблизилась полная женщина средних лет с корзиной в руках. Носком туфли она слегка пнула корзину с утиными яйцами и спросила: — Почём эти солёные утиные яйца? — Тётушка, сегодня все продают по девять вэней за штуку, и мне не пристало нарушать правила. Зато желток у моих яиц маслянистый и рассыпчатый, невероятно вкусный! Ещё по прибытии они разузнали цены: поскольку завтра был праздник Дуаньу, солёные утиные яйца пользовались большим спросом, и все продавали их по девять вэней за штуку. Заметив, что женщина внимательно их разглядывает, Ся Цинтао понял, что она хочет купить, и добавил: — Тётушка, если возьмёте много, я всё посчитаю и скину вам несколько вэней! — Это слишком дорого, вы пользуетесь...
Выйдя за ворота и обойдя ограду, он и вправду увидел, что у того места, где обвалился небольшой кусок стены, был подложен камень размером с корзину для промывки риса. Хотя камень был невелик, его было достаточно, чтобы взрослый человек, вытянув руки, смог взобраться на стену. Посветив еще на землю, он заметил отпечатки ладоней. Должно быть, когда вор лез на стену, его напугали собаки; он сорвался и уперся руками в землю, а позже, услышав, что идет хозяин, сбежал. Лу Суй пошел вперед по следам, но вор юркнул в горный лес, и след затерялся. В лесу было много животных, запахи смешивались, и даже Дамэнь, скорее всего, не смог бы ничего учуять, так что Лу Сую пришлось оставить эту затею. Вернувшись, он убрал камень из-под стены, чтобы...